П Р А Щ У Р Ы


К И Е В

"А р а т т а"

2003

Пращуры - это давние предки современных людей. В книге рассказывается о предках славян да их братьев. О тех, кого учёные называют "индоевропейская общность народов". Когда и как началась их история? Юрий Шилов - известный историк, писатель, общественный деятель - утверждает, что история пращуров наших началась во времена существования мамонтов.
Книга адресована юношеству и всем почитателям Истории, "учительницы жизни".

Перевод с украинского и редакция - автора.


Да идет слово наше о правде,
и так обрящем правду.
И се молвим от старых словес,
что идут от отцов наших, ибо сильными были.

Влес-книга
- священная книга славян

 

С О Д Е Р Ж А Н И Е

П р е д и с л о в и е


І. Л е т о п и с ь   Ш у - Н у н
1. Что это такое?

2. Исследования Шу-Нун - Каменной Могилы
3. История углублена на 15 тысячелетий!


II. З а р о ж д е н и е   ц и в и л и з а ц и и
1. "Великая неолитическая революция"

2. Возникновение "индоевропейцев"
3. Начало индоевропейской цивилизации


III. А р а т т а - п е р в а я   в   м и р е   д е р ж а в а
1. Основы государственности

2. Расцвет Аратты
3. Возникновение Шумера


IV. А р и а н - с т р а н а  а р и е в
1. Кто же такие арии?

2. Святыни прародины ариев
3. От Аратты и Орияны - до Дандарики и Арсании


V. Г и п е р б о р е я - ' С в е р х с е в е р н а я   с т р а н а '
1. Аполлон и его родня

2. Гиперборейцы Пелазг, Атлант и другие
3. Маршрутом аргонавтов и Одиссея


VІ. П р о и с х о ж д е н и е   с л а в я н
1. Глубины исторической памяти

2. Когда же появились славяне?
3. Что означают названия (У)Краина и Русь?


VІІ. З а п а д н о е   р а с с е л е н и е   с л а в я н
1. Русь и (ве)энет(д)ы

2. Сколоты и кельты
3. Венеды, анты, склавины


VІІІ. В о с т о ч н о е   р а с с е л е н и е   с л а в я н
1. Орияны, борусы, сло(а)вяне

2. Киммерийцы и скифы
3. Кияне - индоевропейская династия


ІХ. О б р а з о в а н и е   К и е в с к о й   Р у с и
1. Основание летописного Киева

2. "Вся Земля наша добра…"
3. Заветы волхвов


П о с л е с л о в и е

П р и л о ж е н и е   ИСТОКИ БРАХМАНСКИХ УЧЕНИЙ : Два подхода к решению
научной проблемы


П р е д и с л о в и е

История - учительница жизни. Так поучали пращуры, имея ввиду рассказы о минувших делах.
Государственное прошлое Греции, где впервые родилась такая вот мысль, началось с Троянской войны. Её время, да и местоположение Трои, классические греки забыли. Современные историки обновили забытое. Но и они не совсем уверенны в своих знаниях. Действительно ли находилась Троя на месте того холма восточнее пролива Дарданеллы, который турки называют Гисарлык? Греки, начавшие тогда собираться в отдельный народ, в очередной раз захватили Трою - древний город пелазгов - около 1250 или же в 1020 году до нашей эры (условно отсчитываемой от рождения легендарного Иисуса Христа)? И действительно ли был Гомер, автор величественной поэмы "Илиада" (от Илиона, как стали называть Трою примерно с 800 г. до н. э.)? - годы и местожительство которого также затерялись в веках. Более того, мудрые греки не знали точно: происходят они от пелазгов или же нет?.. Такая вот учительница жизни досталась Европе да её историкам 25-ти последних столетий. Досталась и традиция: считать греков зачинателями писанной истории европейской цивилизации, то есть государственности. Эта традиция освящена религией, политикой и зависимой от них наукой, - однако весу фактам такое освящение не придало.
Отцом истории греки величали Геродота (484 - 425? годы до н. э.). По его мнению, Греция была настолько младше Египта, что даже её боги оттуда пришли. Платон (427 - 347 годы до н. э.), соотечественник Геродота, оставил потомкам красивую легенду об Атлантиде. Легенду рассказали его прадеду жрецы Египта, указав на гибель Атлантиды 10 тысячелетий назад. Дата тож легендарная, посколько Платон был представителем лишь XV поколения со времён Атланта, основателя того государства. К тому же наука датирует начало истории Египта примерно 3200 годом до н. э. Немного раньше возник Шумер, с которого принято ныне начинать историю общечеловеческой цивилизации. Однако не отказались ещё и от мудрствований еврейско-греческой Библии, согласно которой мир возник всего лишь в 5508 г. до Рождества Христова, а то и (по иудейским подсчётам) на пару тысячелетий позднее. Это ненаучно, весьма далеко от действительности. На самом же деле евреи появились на исторической арене (покинув Египет) в период Троянской войны. А сведения о предках арабов - иной, нежели евреи, группы семитских народов, захватившей Шумер в раннебиблейский период - не раньше 2371 г. до н. э.
На таком фоне невероятной виглядит глубина исторической памяти Влес-книги славян. Будучи завершенными в 879 году, её священные тексты неоднократно вспоминают о 20-тысячелетнем прошлом! И это подтверждается несколькими независимыми данными.
Так, на Киевщине в позапрошлом столетии была записана легенда о 196 (теперь уже 198) веках существования мира. Полностью же с тысячелетиями Влес-книги совпала недавно расшифрованная древнейшая летопись Каменной Могилы (на Запорожчине). Тут рядом с изображениями мамонтов есть их название, впоследствии ставшее именем Бога-громовика Ишкура. Так он назывался в Аратте и Шумере, а славяне доныне вспоминают мамонта под именем Ящер. Эту связь народ позабыл, однако она была обновлена исследованиями ряда ученых: Даниленко, Рыбакова, Сафронова и Николаевой, Кифишина, др. Посколько же мамонты вымерли в Европе около 14 тысячелетий назад - то, выходит, что пращуры славян тогда уже существовали. А воспоминания о 21-20 тысячелетиях совпадают с наибольшим похолоданием 22-19 тысячелетий назад. Стена Ледника высотой до двух километров продвинулась тогда к месту нынешнего Днепропетровска. Такая катастрофа вынудила людей фиксировать весомые события. Так зародились первейшие календари и письмена, то есть летописания. И эта традиция была сохранена как в народном творчестве, так и в легендах да священной книге пращуров наших.
Но главное даже не это! Наиглавнейшее то, что славянская традиция, сохранившая глубочайший корень индоевропейской и всемирной цивилизации, - открывает теперь альтернативу библейскому учению о "конце света". Соглашаясь с ним (христианство) или же вроде бы отвергая его (марксизм), современная культура не одной лишь Европы зиджется именно на этом учении. Чего ожидать от надуманного Господа-рабовладельца? Что хорошего несёт "исторический материализм" марксизма-ленинизма? - отождествляющий с рабовладением истоки и основы цивилизации-государственности (долженствующей, мол, заполыхать в "мировой революции", обречённым топливом для разжигания которой обязаны-де стать славяне). Сумасшедствие! - как не религиозное, так научное. Примечательно и далеко не случайно, что творцами обеих разновидностей суицидных ('самоубийственных' для общечеловеческой цивилизации) учений является народ "богоизбранных" или же "интернационалистов" (теперь "глобалистов"). Их теории уже вылилась в практику - гражданских и мировой войн да голодоморов, унесших десятки миллионов жизней не одних лишь приговоренных ими индоевропейцев-славян… Почему так и в чём важный "плюс" несомненно "минусовой" еврейско-семитской культуры, мы поймём к концу наших "Пращуров". Впрочем, они не о том - не о противостоянии сумасшедшим идеям. Наша книга о том, что цивилизация будет всегда; и что она зиджется на вселенской гармонии, на мире и братстве народов!
Автор "Пращуров" шёл за фактами, сопоставляя их да обобщая. Жанр книги можно назвать научно-популярно-концептуальным. Она основана на сугубо научных изысканиях, наименования и авторы которых приводятся в тексте. Книга обращена к думающим и не лишённым совести людям с различными образованием, этнической принадлежностью и проч., но сходным в своём стремлении преодолеть угрозу самоистребления земной цивилизации.
Пред нами - недра её тысячелетий и поколений. Недра с живою водой!

 



I. Летопись Ш у - Н у н

1. Что это такое?

Среди сухих степей украинского Приазовья вода - "Божий дар"! Медленные речьки между Днепром и Доном неглубоки и мутны. Когда в 514-512 годах до н. э. персидский царь Дарий привёл сюда своё войско, то скифы обессилили его тем, что "стали медленно отступать, угоняя стада, засыпая колодцы да источники и уничтожая траву".
Камни тоже здесь диво! На Приазовской возвышенности, меж Донецким кряжем и Днепровскими Порогами, вздымаются среди трав лишь отдельные гранитные сопки. Подобно курганам, украинцы зовут их могыламы. Однако они творения не пращуров, а матушки-Земли.
Между природных высоток, остатков стертой временем горной гряды, выделяется Каменная Могила, что на берегу речьки Молочной. Сей холм - застывшее жерло гейзера, "грязевого вулкана". Он бил тут (возле нынешнего посёлка Мирный Мелитопольского района Запорожской области) миллионы лет назад. Когда гейзер еще действовал, постепенно стихая, то сцементировал тонкий золотистый песок. Так образовалась круглая плита диаметром около 200 и высотой до 15 метров. Воды и ветра источили её, превративши в подобие пчелиных сот. Особенно поработала пра-Молочная, полноводная после таяния Ледника.
Где-то 15 тысячелетий назад река поменьшала и каменный остров превратился в прибрежный холм. Охотники на мамонтов избрали его многочисленные пещеры и гроты для своих ритуалов. А рядом возникло жреческое поселение. Жрецы вершили тут великое дело! Они накапливали знания об окружающем мире, необходимые не только для ведения хозяйства - но и для предвидения грядущих событий, для постижения сокровенных глубин жизни-и-смерти.
Тягу к предвидениям стимулировало у людей катастрофическое похолодание в XX-XVII тысячелетиях до н. э. Оно привело к вымиранию мамонтов, основной добычи тогдашних охотников. Последние в Европе скопления этих животных сосредоточились в низовьях Днепра. Это обстоятельство стало главнейшим, что привело к подъёму святилища возле Молочной - Нун-Бирду ('Владычицы Степи'), как она тогда называлась. Застывший "вулкан" наделял святилище особенной энергетикой, тлеющей в Могиле доныне. Тогда или несколько позднее она называлась Шу-Нун - 'Закон Владычицы (мира)'. Её песчаниковые пустоты намного обширнее и многочисленнее навесов в гранитных сопках. К тому же местные пещеры и гроты были удобнее тем, что давали возможность процарапывать на песчанике рисунки и меты; на граните сделать такие весьма затруднительно.
Совокупность четырёх указаных обстоятельств привела к тому, что в Шу-Нун потянулись жреческие делегации из святилищ от Алтая до Пиренеев. По мере сокращения этой охотничьей территории, жрецы-правители различных её областей сносили в святилище над Нун-Бирду копии своих наиважнейших заметок, а местные мудрецы переносили их со шкур и т. п. на стены и потолки подземелий. В нескольких из них начали накапливаться самые первые, каменные "книги"-скрижали. Под них люди избирали небольшие природные камни, несколько их подправляли да покрывали все теми же рисунками, календарными и прочими памятными знаками.
На нынешний день археологи исследовали 63 пустоты (пещеры, грота, навеса) и более сотни скрижалей. Выделено 7 исторических периода, охвативших ХІІ тыс. до н. э. - І тыс. н. э.


2. Исследования Шу-Нун - Каменной Могилы

Прежде чем знакомиться с периодами и текстами Каменной Могилы (Шу-Нун), остановимся на её исследователях.
Начнём с того, что распоряжением Совета Министров Украинской ССР от 1954 г. территория Могилы объявлена заповедником, подчинённым Академии наук УССР. А с 1986 г. памятник имеет статус Государственного историко-археологического музея-заповедника "Каменная Могила". Ныне ведётся борьба за то, чтобы Святыня всемирной цивилизации обрела статус национальной (а не только государственной) и была включена в список ЮНЕСКО при Организации Объединённых наций; в список особо ценных памятников.
Директор заповедника, Борис Дмитрович Михайлов, опубликовал легенды, свидетельствующие о понимании удивительного холма пращурами современных людей.
Древнешую из легенд сберегли либо сотворили украинцы. Наверное, то были казаки или же чумаки, останавливавшиеся тут по дороге на Крым… Рассказывают, что кряж сей вытащил из реки старший брат-великан. Он тайком поклал его на тропе, которой вся семья великанов ходила по воду. Об тот камень надлежало, по злому умыслу старшего, споткнуться и разбиться младшему брату, а вышло - погибла его жена. Под теми обломками и похоронили её; надгробный холм назвали Каменной Могилою, а озеро возле неё (в старом русле Молочной) - Красным, от крови несчастной красавицы… Напрямую иль нет, однако же в данной легенде озвучен рубеж материнского и отцовского права: матри- да патриархата.
Вторая легенда относится к розвитому патриархату. Её сочинили либо сохранили татары. По их легенде, Камень-гору (Таш-юнь) сложил богатырь Богур. Гора, по велению Аллаха, должна была стать такой, чтобы с берега Сютени ('Молочной') обозревались все степи. Работа срочная, а камни надо было носить издалека. И Богур решил обмануть Бога. Выполняя Его повеление, богатырь принялся абыкак, на скорую руку, неплотно укладывать плиты. И был наказан за это: сооружение развалилось, похоронив под собою лгуна… Тут запечатлен, возможно, отзвук какого-то землетрясения, действительно поколовшего наибольшие плиты Могилы.
Первым, кто обратил на неё просвещённый взор и взял под опеку, был генералиссимус А. В. Суворов. "Чудо природы", означил полководец на своей карте. И в 1778 г. учредил возле Могилы почтовую станцию, а при ней - казачий пост. Именно это уберегло редчайшее геологическое образование и величайший памятник истории от растаскивания на строительство Мелитополя да окрестных сёл в первые десятилетия освоения Новороссии - Южной Украины, освобождённой тогда от татаро-турецких захватчиков.
В 1837 г., когда в Российской империи проводилась первая регистрация древностей Северного Причерноморья, академик П. И. Кеппен отметил: "Каменная Могила… В одном месте между скал, поросших мхом, находится промежуток вроде улицы, шириною в 2 или 3 аршина, тут-то некогда был вход к пещере, в коей один из моих проводников, бывший в детстве пастухом и нередко с товарищами здесь прохлаждавшийся, видел на стенах надписи, из коих одна была длиною в аршин или более, составляя одну строчку, в других местах были означены отдельные слова".
Более-менее регулярное исследование изображений Каменной Могилы началось с 1889 г. Тогда Н. И. Веселовский, профессор Петербургского университета, записал в своём археологическом дневнике, что местные крестьяне "стали вырывать песок из пещер, ища клад, взрывали её порохом". Именем Императорской Археологической Комиссии запретив безобразия, учёный впервые приступил к описанию и публикации подлинных изображений в "Гроте Быка".
С 1932 года Каменную Могилу, курганы и поселения возле неё начали исследовать сотрудники Мелитопольского историко-краеведческого музея. Талантлевийшим - не только среди них, но в дальнейшем и среди археологов Украины ХХ века - оказался В. Н. Даниленко (1913 - 1982), учитель Б. Д. Михайлова, Н. А. Чмыхова, Ю. А. Шилова и многих других. В конце 30-х он принимал участие в Азово-Черноморской экспедиции Института истории материальной культуры Всеукраинской Академии наук. Экспедицию возглавлял О. Н. Бадер. В послевоенные годы он и Даниленко - ставшие, соответственно, сотрудниками столичных институтов археологии АН СССР и АН УРСР - несколько лет трудились бок о бок.
Однако киевский ИА АН УССР поручил в 50-тые руководство экспедицией М. Я. Рудинскому. Заместителем его стал В. Н. Гладилин, возглавивший экспедицию в начале 60-х. Тогда же к исследователям присоединился Б. Д. Михайлов. В начале 70-х он работал под началом Даниленко, с 1983 стал во главе экспедиции, а затем и музея.
Результаты этих работ подытожены в многочисленных статьях Рудинского, Даниленко и др. Оба исследователя в 1962 и 1986 годах издали в Киеве монографи (научные книги) под названием "Кам'яна Могила". Во второй из них впервые доказаны изображения мамонтов и носорогов, а также подтверждено давнее предположение о наличии надписей. В специальной статье Михайлова, опубликованной в 1992 г., приведено 32 строки и предпринята попытка сопоставления их с письменностью Финикии да Крита ІІ тыс. до н. э. А догадка Бадера об отношении знаков Могилы к письменам Шумера не была опубликована.
Начало открытию протошумерской письменности положили исследования письменных знаков Подунавья, проведенные в 1963-1965 годах румынским археологом Н. Влассой и немецким шумерологом А. Фалькенштейном. А в 1989-1990 Ю. А. Шилов (я, автор "Пращуров" и др.) опубликовал дешифровки двух шумерских мифов из Могилы и окрестных курганов. Эти работы подтвердили и конкретизировали предположения, сделанные ранее Валентином Николаевичем Даниленко. В обоих случаях мифы были отображены в рисунках, но не исключалось и наличие подписей. Из редкостных для бывшего СССР шумерологов решить последний вопрос мог лишь А. Г. Кифишин - и Шилов привлёк его к этому делу.
Совместная работа двух исследователей да примкнувшего к ним Михайлова началась в 1994 г. и завершилась в 2001 выходом в Киеве (при содействии А. В. Ермака, А. С. Полищука, Н. И. Сенченко и др.) монографии А. Г. Кифишина "Древнее святилище Каменная Могила. Опыт дешифровки протошумерского архива ХІІ-ІІІ тысячелетий до н. э.". Книга опирается на указанные выше труды М. Я. Рудинского и В. Н. Даниленко, а также на две монографии Б. Д. Михайлова, изданные в Запорожье в 1994 и 1999 годах. В последних есть ссылки на расшифровки текстов, сделанные Кифишиным.


3. История углублена на 15 тысячелетий!

А. Г. Кифишин не только прочёл летопись былого Шу-Нун, но и определил, что она была древнейшей во всём мире! Ибо тут впервые оформилась в письменность та совокупность знаков, которая зародилась в святилищах будущей Франции около 37 тысячелетий назад, вместе с человеком современного вида. А в соседней Испании (по заключению П. А. Андерлиха и др. генетиков из университетов Тарту и Стенфорда) примерно в ХХІІ тыс. до н. э. существовал один из трёх центров формирования европейского ответвления Homo sapiens sapiens; два других находились на территориях будущих Балкан и Украины. В последнем из этих трёх центров проживала треть населения грядущей Европы, доныне составляющая основу генофонда её восточной части. В конце рассматриваемой нами эпохи палеолита (когда орудия труда изготавливались из 'древнего камня') тут существовали такие, наиболее развитые на Земле поселения, как исследованные археологами у современных сёл Мизин, Межеричи, Гонцы. Возникнув не менее 14 тысячелетий тому, святилище Каменной Могилы стало важнейшим даже на их фоне.
Данное Святилище воплотило в себе как бы пуповину земной цивилизации (государственности), важнейшим признаком которой является письменность. А ещё здесь впервые - не позже VII тысячелетия до Рождества Христова и за 3-1 тысячелетий до библейского Сотворения Мира - был изображён и описан БОГ-Творец Энлиль. Тот самый, традицию которого хранят славянский Лель да индоарийская лилья. А также Элой, сочинённый еврейскими основоположниками Библии, опиравшимися на архивные наследия Вавилона - Шумера, в культуру которого Энлиль попал именно из Шу-Нун'а, Каменной Могилы.
До открытия летописи Шу-Нун считалось, что история - записанное прошлое человечества - началась в Шумере с конца IV тысячелетия до н. э. Иудейские авторы первых разделов Библии полагали, что и мир возник лишь немного раньше того. А в нашей летописи, согласно определению шумеролога А. Г. Кифишина, имеются свидетельства о 11582 годе и даже о ХІХ тыс. до н. э. - то есть примерно на 15 тысячелетий древнее официально (церковниками, политиками да обслуживающими их учёными) признаного ныне начала.
Последняя дата совпадает с исторической памятью Влес-книги, святыни славян. Она, очевидно, является наследницей летописи Шу-Нун - 'Закона Владычицы' мира. Такое предположение основано на открытии в курганах вблизи Могилы древнейшего слогового и алфавитного письма начала ІІ тыс. до н. э. - когда прекратилось тут главное, прашумерское летописание. Последние же изображения и знаки Могилы - от арийских середины ІІ тыс. до н. э. и до христианских конца І тыс. н. э. - совпадают со временем формирования и основным содержание Влес-книги. В тот период в степях Северного Причерноморья бытовали стелы, посуда, оружие и др. с надписями на языках русенов (этрусков) да индоариев. Письменность священной книги подобна той и иной, а также знакам Шу-Нун… Проблема нуждается в дальнейшем изучении.
Древнейшие, ХІІ-VII тысячелетий до н. э., надписи Шу-Нун прочитаны Кифишиным так:

В Праведные годы Ишкур (был) великим судьёй Ашнаны [богини зерна. Ишкур - Бог-громовержец араттов и шумеров - это воплощение Мамонта, воспоминания о котором в фольклоре славян сохраняются под именем Ящера].
Мамонт - (это) Ниндара [богиня Бездны, позднее уподобленная Свинье].
Ниндара - (это) Свинья // Табличка Каскисима [древнейшего из летописцев].
Масло Суда Воды [не Потопа ли?].
Сухур-алаль ['Короп-владыка', допотопное Прасущество].
Уту-паиль странствия познал, Инанна (его) любит. Намтар возвратился. [Намтар у шумеров - Владыка судьбы. Инанна - одна из Праматерей, воплощенная в планету Венера; прообраз украинской мамочки-неньки, рус. няньки, груз. Наны. Уту-паиль - 'Солнце-царь'.]

Итак, видим пред собою конспекты каких-то мифов и легенд, имеющих календарную основу. Когда-нибудь ученые в них розберутся. Для последующих надписей Кифишин уже выдвинул несколько объяснений. Они будут рассмотрены нами в следующих разделах.

 

II
Зарождение цивилизации


1. "Великая неолитическая революция"

Европейские современники мамонтов были наилучшими охотниками. Однако с вымиранием этих гигантских животных людям пришлось менять свой уклад. В Х-ІХ тыс. до н. э. это наилучше удалось охотникам за оленями, обосновавшимся между ледниками Карпат и Прибалтики. Современные археологи условно называют их культуру свидерской; языковеды же - евразийской (европейско-азиатской). Это они начали эпоху мезолита - 'среднего камня'.
"Свидерцы-евразийцы" в своей охоте на быстроногих животных впервые изобрели лыжи и сани, лук со стрелами, а также приручили помощников - волков и т. п. Из них была выведена собака, древнейшее из домашних животных. Вторыми стали мелкие копытные (преимущественно козы и овцы), которых люди научились ловить и держать про запас, на случай неудачного промысла.
Став первейшими скотоводами (однако и не помышляя расставаться с охотой), они настолько обеспечились средствами существования, что численность их значительно увеличилась. Началось расселение - как по Европе, так и в далекие края. Часть переселенцев дошла до Алтая, заложив там основу будущих угро-финских, урало-алтайских, тюркских народов. А третья и четвертая части пошли вдоль северного и южного побережий Чёрного моря.
Оно было тогда изолированным, соединяясь лишь с Каспием. Эти два-три водоёма, включая Арал, образовались вследствие таяния Ледника, отходившего в то время всё дальше на Север… Поскольку меж Черным и Каспийским морями долго существовал широкий Манычский пролив, то движение переселенцев от Карпат до Кавказа было затруднено. А вот между Чёрным да Средиземным проливов тогда ещё не было - и "сведерцы-евразийцы" проникли, через Малую Азию, аж до Синая.
А там в те же Х-VIII тысячелетия до н. э. разворачивался переход от собирательства к земледелию. Лыжи в этих теплых краях были без надобности; охотились мало - поэтому приручением животных занимались меньше и изобрели не лук, а пращу. Зато имели гораздо более стабильные поселения, укрепленные от хищников и захватчиков. Пришельцев из Закарпатья они, впрочем, не остановили. Иерихон (вот уж 10 тысячелетий существующий на территории современной Палестины) был взят ими невзирая на каменные стены и башню.
В конце VIII тыс. до н. э. площадь Иерихона достигала 3 гектаров; это было наибольшее в тогдашнем мире селение, протогород. Несколько смешавшись с его коренным населением "натуфийцев" (или же "афразийцев"), пришлые скотоводы-охотники ("свидерцы-евразийцы") быстро усвоили их навыки древнейшего земледелия и превратились в носителей так называемой тухунийской археологической культуры, которую можно считать протоиндоевропейской в языковом отношении. Отойдя назад - в район нынешнего турецкого селения Чатал-Гуюк - "тухунийцы" середины VII тыс. до н. э. основали поселение площадью 14 га. Раскопки Дж. Мелларта открыли тут около 40 храмов без видимых следов проживания в них и хозяйствования общинников. Это, скорее, город жрецов - правителей значительной сельской округи; древнейший в мире…
Охота и собирательство составляли присваивающее (от природы) хозяйство. Скотоводство и земледелие, выросшие из двух предыдущих, - хозяйство производящее. Этот переход историки называют "Великой неолитической революцией". А революция - это быстрая смена качества в преобладающе эволюционном, медленном развитии крупных явлений в природе и обществе. Неолит - название тоже условное, произдное от латинских слов 'новый' и 'камень' (для изготовления орудий труда; см. выше). Надвигалась эпоха меди и бронзы.


2. Возникновение "индоевропейцев"

Около 6200 г. до н. э. наступила такая засуха, что люди - проживавшие возле современного Чатал-Гуюка - решили расселяться в очередной раз. Тем более, что за 300 лет существования города истощились окрестные поля и пастбища, а население значительно увеличилось - и не могло уже прокормиться на своей прадедовской земле… И вот жрецы-правители послали экспедицию на поиск новых земель.
Посланцы могли бы остановиться на берегах Тритонского озера или одноименной реки, находившихся на месте нынешнего Мраморного моря и Боспорского пролива, - но местные жители их, наверное, не приняли. То же самое ожидало делегацию в низовьях Дуная, впадавшего тогда в Адриатику. Тогда экспедиция отправилась к святилищу Шу-Нун - 'Закону Владычицы', где находились авторитетнейшие жрецы-правители Северного Причерноморья. Там, в Шу-Нуне, вопрос расселения был решен положительно…
Следы данной экспедиции, а заодно и начала переселения до низовьев Днепра выходцев из малоазийского Чатал-Гуюка, были выявлены В. Н. Даниленко среди изображений Каменной Могилы и находок на поселении возле неё. Тут були найдены обломки каменных сосудов чатал-гуюкского типа, костей собак, овец и коз, а наибольше (от 180 особей) - обломков костей коров и быков, то есть крупного рогатого скота. Похоже, что тут-то его и приручили!.. Впоследствии археологи иследовали возле Васильевки (Запорожская обл.) два могильника времён интересующей нас экспедиции. Они содержали, по определению антропологов, скелеты как местных потомков охотников на мамонтов, так и выходцев из Восточного Средиземноморья - возможно, из того же Чатал-Гуюка.
Очерченные следы переселения были подтверждены изучением А. Г. Кифишиным письмен Шу-Нун (Каменной Могилы). Языковед-шумеролог обратил внимание на родство начала её летописи с "узорами" на изображении Праматери чатал-гуюкского храма 23/VII (по Дж. Мелларту). Такое могло произойти лишь в том случае, если сей храм Шу-эден-на-Ки-дуг'а ('Закон степи Земли благой', как расшифровал Кифишин самоназвание тогдашнего поселения у современного Чатал-Гуюка) был построен в честь возвращения экспедиции из Шу-Нун'а, - причём в сопровождении кого-то из тамошних жрецов (которые могли научить пришельцев письменности да позволить им скопировать часть своего 'Закона').
Как бы там ни было, а такое копирование засвидетельствовало начало союза населений южного и северного побережий Западной половины Причерноморья. Данный союз обновил древнее родство двух народностей "свидерско-евразийского" происхождения. Протоиндоевропейскую стадию развития южная народность, как отмечено выше, успела пройти (по В. А. Сафронову и Н. А. Николаевой: Истоки славянской и евразийской мифологии. - М., 1999). С возникновением Союза начался новый, праиндоевропейский этап. Его следует считать истоком следующего этапа - который начнётся через 1-2 тысячи лет и будет обусловлен новой волной переселенцев из Малой Азии на Балканы и др.


3. Начало индоевропейской цивилизации

Копирование древнейшей в мире летописи приазовского Шу-Нун пришельцами из малоазийского Шу-эден-на-Ки-дуг - это первое, из известных науке, письменное соглашение о союзе народностей. Поскольку же письменность является очевиднейшим признаком цивилизаци (государственности), то можно считать указанное соглашение её глобальным началом. Имеем и дату события: 6200+97 год до н. э. Так датировал Дж. Мелларт (Древнейшие цивилизаии Ближнего Востока. - М., 1982) храм 23/VII, где была помещена копия. (В последнее время археологи удревняют тогдашние датировки примерно на 1000 лет, что увеличивает приблизительность приводимых нами далее дат.) Известно также название государства, воплотившего собою начало цивилизации: Аратта, 'Пламя (Солнца) измененное (Землею)' или же 'Солнцеподобная страна' ('Страна земледельцев' в дальнейшем).
Впервые это название было означено червоной краскою на черепе мамонта со стоянки ХVIII-XII тысячелетий до н. э. возле с. Межиричи (между Росью и Росавой, на Канивщине). Но тогда то была не держава, но лишь обжитая охотниками территория меж Карпатами и Кавказом, Дунаем да Волгой. Теперь же, около 6200 г. до н. э., та традиция была обновлена и переведена в новое качество - державотворческое, цивилизационное.
Итак, уже первые "праиндоевропейцы" создали древнейшее в мире государство Аратту. Упоминания о ней есть на плитах VI-IV тыс. до н. э. Каменной Могилы, а также среди подобных надписей керешской археологической культуры Подунавья. Вот наиболее выразительная из прочитанных А. Г. Кифишиным:

(На) полях лиллу Крыло Великое [Птицы-Смерти] установлено […] (По указу) [демонов-] утугов Аратты Ламар (в) 80 (году) правителей судит. Думузи (для) Суда Воды 40 ослов определил (и) 40 Колесниц первейших. Жребий Колесниц первейших - (согласно) знанию Морской Бездны - мёртвых перевозить. Колесницы-птицы (были ещё у) Гильгамеша (и) Абукуна, правителя, Древо Быка имеющего.

Календарно-мифологические сведения перемежаются здесь намёками на "Всемирный потоп" (обусловленный прорывом вод Средиземного моря в изолированное до того Чёрное). Кстати, колесниц в указанные тысячелетия не было (они появились лишь в начале ІІ тыс. до н. э.); соответствующие письмена Кифишину следовало бы перевести как повозки, а ещё надёжнее - как волокуши…
Дальнейшие расселения северопричерноморских "индоевропейцев" привели к распространению их цивилизации, а значит и государственности под именем Аратта. Страны с подобными названиями встречаются в поэмах Шумера и Бгараты (Индии). Иранцы сохранили название Арты как синоним Золотого Века и наилучшего Мироздания. Город-государство Артана был у русенов (этрусков). Мифический Ортополис пелазгов и греков подобен доныне существующему украинскому Артаплоту - реке на Полтавщине. А на Виннитчине есть город Оратов. Возможно, это наследники страны Арсании со столицей Артой, о которой писали арабские путешественники ІХ-ХІ веков. При этом они указывали на территорию современной Черкащины (где был наиболее развитый центр прадавней Аратты) и называли Арту-Арсанию как одну из трёх главных частей Руси.
Таким образом, Аратта просуществовала в украинском Поднепровье на протяжении 7 тысячелетий, отзвуки же достигают и современности. А в Индии она существует поныне, ибо самоназвание этой страны - Бгарата, что может быть переведено как 'Божественная Арата'.

 

III
А р а т т а - первая в мире

д е р ж а в а


1. Основы государственности

Прежде всего необходимо остановиться на терминах держава и государство. С первым всё ясно: суть его в '(у)держании' строя, утрачивающего исконное общинное саморегулирование и требующего уже некого усилия-насилия для своего '(под)держания'. Второй термин древнее. В его сугубо славянском, как будто, звучании таится индоевропейская, причём именно араттская глубина. Несомненно в нём наличие составных частей говядо и дар. Го-су-дар-ство - это 'дарение (обще)ством го(вяд) (А)су(ре)': "сообщество, способное дарить коров Богу". Вероятно, такой или близкий смысл вложили жрецы-правители в это сложное слово-понятие. Себя же они впервые могли назвать властелинами: воплощениями божественной власти "Власа(Вола Асуры)-Тельца" в земной и небесной ипостасях этого созвездия, возглавлявшего солнечный зодиак в 4440-1720 годах до н. э. Специфика Аратты проступает здесь в том, что именно в ней (в буго-днестровской, сурско-днепровской, кукутеньско-трипольской культурах Юго-Восточной Европы VII-V тыс. до н. э.) был приручен крупный рогатый скот и начато его использование в земледелии и в жертвоприношениях тоже.
Выше сказано, что название державы Аратты прочитано шумерологом-языковедом А. Г. Кифишиным среди надписей Каменной Могилы и Подунавья VI-IV тысячелетий до н. э. Несколько позже датируется глиняная табличка из Горбуновского поселения, расположенного аж в Южном Зауралье. Данная табличка - копия части текста из "Грота Быка" (центрального святилища Каменной Могилы), скопированного также для святилища 23/VII Чатал-Гуюка. Вот эти тексты в их возможной последовательности:

Уту предков первых (людей) судил - (это) перволюди Севера. […] (На холме) Дуку утуги Аратты (возле) Древа Правителей Сына МЕ людей Спареными МЕ судили.
(По приказу) утугов Аратты Ламар (в) 80 (году) правителей судит.
Овца схвачена жрецом Аратты.
Когда Уту Лирой в Аратте завладел - Думузи к Ниназу в пропасть семена направил.

Эти календарно-мифологические тексты можно понимать так:
"Во времена Ледника перволюди подлежали суду Солнца… Позднее же людей судили - на Серебряном (белом?) Холме подле Древа Правителей, от имени Сына Бытия да еще и Дважды-Бытием (то есть наивысшим судом) - демоны Аратты (а не Солнце).
По велению демонов Аратты в 80 году (какого-то летоисчесления) правителей судил Бог-Заступник.
Верховный жрец Аратты принёс в жертву овцу.
Когда Солнце вступило над Араттой в созвездие Лиры - тогда умирающий-и-воскресающий бог-пастух Думузи ('Сын покинутый'; 'Пращур') направил семена в борозду (то есть засеял поле) под покровительство 'Владыки семени познания' (Нин-а-зу)".
Из этих расшифровок следует по крайней мере три вывода:
Во-первых, Аратта продолжила давнюю культуротворящую традицию, которая занимала территорию от Пиренеев и Карпат - до Анатолии и Алтая (см. четвертую надпись). Но государственный строй, пришедший на смену первобытности времён Ледника, стал противоположностью её догосударственному укладу. Теперь наивысшие судьи-утуги, действующие от имени вселенских законов и считающиеся воплощением божественной истины, связываются уже не со светом (с солнцем), а с тьмою (с лунным календарём?) - с демонами. Однако же этим самым подчеркивается не зло Закона, а Его сверхчеловеческая сила. Вспомним, что данная сила обусловливалась переходом от присваивающего к производящему хозяйству (от охоты и собирательства - к скотоводству и земледелию, отраженному в четвертом тексте) и что именно эта "Великая неолитическая революция" породила Аратту.
Во-вторых, суд в Аратте был достаточно гуманен, ибо проходил под покровительством Бога-заступника Ламара. Его имя родственно Аратте: оба происходят от 'Пламени'. Которое хоть и опасно, однако же преимущественно полезно.
В-третьих, державный строй Аратты предусматривал Верховного Жреца (который, в-четвертых, считался воплощением Бога-пращура Думузи). В иных текстах Подунавья - тоже араттских, но без указаний названия страны - упоминаются жрицы. Их полномочия более глубоки, а суть достигает отождествления с богинями (которые традиционно, еще со времен мамонтов, почитались выше божеств мужского пола). Так, одна из надписей Подунавья гласит: 'Женщина Воинов' возвеличила (=сожгла) воинов Святилища Огня, не дав (им) выйти из (пылающего) Святилища.
Итак, воины в Аратте были подчинены жрицам; вообще - жреческой касте. Но и её представители подлежали законам, согласно которым (по надписям на трёх табличках из жертвенника Тертерии, в Румынии): По велению Бога Шауэ (Ша-у-э: 'Ум старейшин храма') старейшину ритуально сожжено. Это десятая (жертва). Сороковое княжение.
Человеческие жертвоприношения Аратты были необходимым элементом её государственного строя. Элементом страшным, как на нашу современную мораль, - но связанным не с кровожадностью, а со Спасительством. Его суть коренится в снятии противоречий до главнейшего для всех народов во все времена - до противоречия между жизнью-и-смертью, включительно.
Что делать: человек смертен, это естественно. Однако не менее естественно стремиться к бессмертию рода-народа; это трудно, но порой достижимо. Аратта стояла на таких и подобных законах. И её правители, действительные "слуги народа", умели даже собственной смертью послужить обществу. При этом справедливо считалось, что добровольная смерть одиночек предпочтительнее гибели тысяч людей в военных стычках и проч. Которые тоже тогда регламентировались и носили характер не изничтожения противника, а демонстрации силы и мужества вождей да героев. Принудительные жертвы распространились позже, в арийской и последующих за нею культурах.
Не вечны также поля, села и города. Строения Аратты были, в основе своей, деревянными - и где-то через три людских поколения требовали перестройки; за такой же промежуток времени истощались людьми и окрестные земли. Тогда, четвертое уже поколение, выбирало себе вблизи подходящее место - и поднимало там целину, строило новый уру иль полис (город и села), перегоняло туда скот, перевозило инвентарь да необходимые вещи. А старое местожительство приводилось в ритуальный порядок - и поджигалось! То была жертва богам и, вместе с тем, наивысшее проявление Спасительства. Кроме хозяйственно-бытовых целей достигалась, наверное, и главнейшая из них - общественная. Такими периодическими самосожжениями - не только себя и других добровольцев, но также "градов и весей" Аратты - её жрецы-правители держали в энергетическом напряжении народ, не давая ему расслабляться и деградировать в тогдашнем "Золотом Веке".
Описанный выше обычай лёг в основу индоарийского учения о Дне Брахмы. Согласно ему, Вселенная возникает из 'Огненного Зародыша', проходит четыре 'великих поколения' магаюги (от счастливого "золотого" до страшного "железного"), а потом сгорает-обновлюется во всемирном пожаре - после которого начинается новый День… Такое учение доныне живет в Бгарате (Индии) как наследие уклада Аратты. На Руси же, где Арта-Арсания просуществовала до ІХ-ХІ столетий, данная традиция трансформировалась в обычай самосожжения старообрядцев, осталась в освящении "поднятой целины" да "прощания с Матерой" (по названиям известных произведений Шолохова и Распутина). Так, в киноромане Довженко "Поэма о море" есть сцена уборки селянами хат, что вот-вот исчезнут под волнами днепровского водохранилища - очередной "стройки Коммунизма, светлого будущего всего человечества"…
Справляясь с противоречиями бытия, жрецы-правители Аратты сумели напротяжении четырёх тысячелетий - меж концами VII-III тыс. до н. э. - сохранять общинный, доклассовый уклад в своей первейшей в мире державе. Аратта и вообще государственность такого, дорабовладельческого, типа открыта Ю. А. Шиловым лишь недавно. Поэтому она, а значит истоки цивилизации вцелом, были неведомы основателям теории исторического материализма. И они - К. Маркс, Ф. Энгельс, В. И. Ленин - считали, что государственность-цивилизация стоит на классовой разобщенности общества, эксплуатации народных масс тиранической властью, губительных войнах. Открытие общинной ('коммунистической', по-французски) державы Аратты, к тому же древнейшей в мире, качественно изменяет понимание основы цивилизации. Она воистину стоит на свободе, братстве и равенстве, что является естественным, нормальным состоянием общества. Тогда как рабовладельческая и последующие классовые формации - лишь полуестественные, икаженные человеческим волюнтаризмом надстройки данной основы. Впрочем, такой период в историческом развитии необходим - и он уже, в основном, пройден. Осталось лишь мягко перевести его конец-в-начало нового витка развития цивилизации; не дать тому концу перейти во всеиспепеляющую агонию… Очерченные вопросы означены в предисловии к "Пращурам" и будут подытожены в их послесловии.


2. Расцвет Аратты

Возникнув около 6200 г. до н. э., держава Аратта раскинулась вначале ближе к малоазийскому Шу-эден-на-Ки-дуг'у (современному Чатал-Гуюку), нежели к приднепровскому Шу-Нун'у (Каменной Могиле). Её ранняя история связана с археологическими культурами Подунавья: Кереш, Старчево, Боян, Кукутени. В дальнейшем центр Аратты начал продвигаться ближе к Днепру, и это движени да расцвет известны археологам как формирование культуры Триполье (по названию села возле Киева, где раскопками В. В. Хвойка в 1893 г. была открыта и названа им трипольская археологическая культура).
Начало продвижения датируется ныне около 5400 г. до н. э. и определяется (по В. Н. Даниленко), как дальнейшее розвитие буго-днестровской культуры (возникшей, по Ю. А. Шилову, вследствие рассмотренной выше экспедиции жрецов-правителей 6200+97 г. до н. э.). "Буго-днестровцы" разведали и обжили земли, новые для выходцев из Шу-эден'а; за ними двинулись "кукутеньцы-трипольцы".
Какие же причины вынудили Аратту смещать свой центр от Дуная к Днепру? Первопричина кроется не только в тяготении к авторитетнейшим жрецам-правителям Шу-Нун'а, способным разрешать неизбежные конфликты аборигенов с пришельцами. Важнее было, наверное, то, что между 5650-5000 годами до н. э. прервалось существование Шу-эден'а и других значительных поселений праиндоевропейцев Малой Азии - и оттуда пошла на Балканы новая волна переселенцев, известная археологам как культура Винча. Ясно, что она потеснила Аратту. А около 5550+20 г. до н. э. случилось такое землетрясение, что образовался Боспорский пролив, отмежевавший Европу от Азии. Эта катастрофа стимулировала, очевидно, переселения и прочие события первой державы.
Исследователи определяют три главных этапа в расцвете Аратты, которую доныне более принято (в 1893-1992 годах, меж открытиями её остатков и самоназвания) условно называть "трипольской археологической культурой" или Трипольем.
Итак, древнейшие поселения І этапа появились примерно в 5400 г. до н. э. (см. выше) на юго-востоке Трансильвании, в молдавском Прикарпатье и в левобережных долинах бассейна Дуная; в дальнейшем они распространились до Южного Буга. Насегодня археологи нашли уже более двухсот поселений раннего этапа Аратты; затем образуются тысячи.
С самого начала и далее преобладали прямоугольные наземные жилища площадью до 50-130 кв. м. Они состояли из деревянного каркаса, плетенных с лозы и промазанных глиной стен, горбылевого потолка да двускатной крыши, крытой соломой, камышом или дерном; отапливались жилища печами да открытыми очагами. Изнутри и снаружи дома обмазывались замесом из глины с половой, а затем белились и красились, а также расписывались (в те же красный, коричневый и другие цвета, как и керамика). Были отдельные сушилки для зерна, кладовые и погреба. Подобные строения доныне встречаются в глухих селах Украины и Молдавии. Особенностями же тех были разве что крестовидные и прочие алтари пред очагами, хозяйственные ямы да круглые оконца без стёкол. А наибольшим отличием стала, с конца І этапа, двухэтажность домов, имевших еще и полуподвал с мастерскими и проч.
Строения, числом до 20, располагались в ряд вдоль приречных обрывов и защищались также рвами да валами. Площадь поселений достигала 1 га. В домах обитали, по-видимому, трёхпоколенные семьи. Имелись и здания для общественных собраний. А вот отдельные храмы и дворцы неизвестны, равно как и прочие свидетельства классового расслоения общества. Что же касается признаков различного достатка семей того или иного дома, то их можно свести к естественным различиям дружности, трудолюбия, общественного разделения труда, поло-возрастной да общественной иерархии и т. д. людей.
Помимо отдельных жертвоприношений под семейными очагами, погребений рассмотренного и следующего этапов не обнаружено. Покойников, вероятно, сжигали и развеивали над полями да реками - как и теперь делают в Бгарате.
ІІ этап начался около 4600 г. до н. э. Территория, быт, хозяйство изменились мало, - разве что утвердилось пахотное (прирученными в Аратте быками) земледелие, которое долго потом оставалось самым развитым в мире. Значительно увеличились количество поселений да их площади - до 3-40 га. Уже по этому признаку можем говорить о городах Аратты. Тем более, если принять во внимание преобладающую двухэтажность жилищ и упорядоченность "градов и весей"; их планировка сменилась с рядовой на концентрическую. Характерными стают застройки тремя округлыми улицами с площадью посредине. Она служила для загона скота, народных собраний и проч. Рвы и валы исчезают, а защита (больше, наверное, от зверья, чем от врагов) осуществляется соединением внешних стен крайнего ряда домов.
Сочетание города, нескольких близлежащих сел и одного или более святилищ-обсерваторий (которые и в Украине, и в Индии доныне называются майданами) выказывает полисный тип государственности - как его называли пелазги да греки. До них шумеры его же называли уру, а последующие русичи - грады и веси. Что ни город - то и держава! Но, подобно Шумеру иль Греции, полисы-'защиты' или же уру Аратты тоже признавали родство и необходимость взаимовыручки между собою. Об этом свидетельствует близость культовых статуэток, керамики, орнаментов, архитектуры и проч. Однако независимость от суседей, по-видимому, преобладала. Такое этно-государственное объединение принято называть конфедеративным.
ІІІ этап начался где-то в 3500 г. до н. э., а закончился около 2750 (2250, согласно наиболее поздним датировкам) года до н. э. Полисы Аратты распространились до морского побережья современной Одесщины и лесов Припяти, до правобережья Днестра и левобережья Десны. А центр державы сосредоточился в почти замкнутом междуречье Южного Буга, Соба, Роси и Синюхи.
Тут, в нынешнем Тальновском районе Черкасской области, находились наибольшие города, а значит и полисы Аратты. Они были открыты на рубеже 50-60 годов ХХ в. лётчиком-геодезистом К. В. Шишкиным и археологом Н. М. Шмаглием. Николай Михайлович первым из коллег киевского ИА АН УССР отважился проверить и признать аэрофотоснимки невиданно "больших поселений первобытной эпохи". Шмаглий назвал их даже "протогородами", но городами - никак! ибо это потребовало пересмотра основ истмата и всемирной цивилизации тоже. Пред этим требованием сотрудники указанного Института стоят и теперь, не решаясь двинуться дальше.
Вспомним общепризнанный "протогород" или даже "первый на Земле город" Иерихон площадью 3 га. Площади же городов Аратты ("трипольской археологической культуры") возле нынешних сел Майданецкое да Тальянки достигли 300-450 га! Причём одно из них имело очертания остроконечного яйца, а другое - стопы. Эти фигуры отражают, наверное, мифы о Праяйце Мироздания и про След Вишну - которые доныне почитаются в Бгарате.
Тут необходимо коснуться керамики Аратты-"Триполья", достигшей наивысшего расцвета - как и указанные выше города - в начале ІІІ этапа. Посуду почти перестали украшать прочерченными орнаментами, а стали расписывать разноцветными красками. Помимо символов Луны и Солнца, времен года, дождя и света, др., харатерны также мифологические образы: Праматерь, танцовщицы, титаны, змеи, Телец, Псы, Небесные Олени. Подобным образом изменяются культовые статуэтки - женских, за немногими исключениями, божеств. Теперь это не всегда Праматерь с головою вселенской Прачерепахи (В. Н. Даниленко. Космогония первобытного общества. - К., 1997; М., 1999), ибо распространяются фигурки и с портретными лицами. Однако традиция черепашьего оформления носов остаётся (подвигая Л. Л. Зализняка, М. В. Поповича и прочих приверженцев "семитизации Триполья" на смехотворные выводы).
На человекоподобных статуэтках и сосудах нередко встречаются изображения деталей причёсок и одежды, сопоставимой с традиционными убранствами украинок, молдаванок, румынок. Однако есть и существенное отличие, отчасти сохраненное индусами обеих полов. Это - роспись или татуировка лиц. Подобные знаки, а также следы причёсок - среди которых интереснейшими являются "козачі оселедці" или "хохлы" - прослеживаются на черепах из курганов и могильников не только "усатовской культуры позднего Триполья" (по с. Усатово под Одессой). В северных областях Аратты проявился - извечный для неё, наверное - обряд сожжения покойников (теперь уж - с последующим захоронением останков на специальных кладбищах).
История ІІІ этапа Аратты междуречья Днестра и Днепра связана с месопотамским Шумером. В них одновременно возникают да исчезают большие города, крепнет и распадается государственность. На это обращают внимание даже те археологи, которые не признают "трипольскую культуру" державой Араттой, из которой выводил себя ранний Шумер… Рассмотрим факты их таинственной взаимосвязи.


3. Возникновение Шумера

Выше было отмечено, что около 5550+20 г. до н. э. (по заключению геологов В. Раена, В. Питмана, Б. Баларда) случилось такое землетрясение и проч., что образовался Боспорский пролив. Воды изолированного до того Чёрного моря наступили на пологое северное (и др.) побережье со скоростью примерно 2 км в день, продвинувшись до 300 км и поднявшись до 160 (!?) м; образовалось Азовское море. Ясно, что без переселения с затопленных земель - а это были наилучшие в мире почвы низовьев рек от Дуная до Кубани включительно - не обошлось тут никак. Это ли не общая причина одновременного разростания городов Аратты, возникновения Ариана, образования Орияны (усатовской культуры, контактной зоны двух первых образований) и появления Шумера в малопригодных для жизни болотах - сходных, однако, с ушедшей под воду землёй.
Мы уже знаем, что в летописи приазовского Шу-Нун'а упоминается Суд Воды и т. п., сопоставимый со "Всемирным Потопом". Имеются также свидетельства о переселении потерпевших в междуречье Тигра и Евфрата, про основания там городов-держав Шумера. Кифишин расшифровал тексты, свидетельствующие: в 5069 г. до н. э. в Поднепровье образовался "Дом Имдугуда" - противоположный "Дому Барагеси", учрежденному переселенцами отсюда в шумерскую Месопотамию.
Справедливости ради стоит отметить, что все вышеприведенные данные требуют дальнейших разработок и уточнений. Так, не все геологи датируют образование Боспора серединой VI тыс. до н. э. Более вероятной кажется теперь археологам середина IV тыс. до н. э., однако их собственные датировки этапов Аратты, возникновения Шумера и др. углубляются примерно на тысячелетие. Кроме того, известны катастрофы и последующих времён. Их датировки А. Г. Кифишиным, согласно архиву Шу-Нун, представляются нынче более надёжными (хотя и, по признанию самого Анатолия Георгиевича, "подозрительно точными").
В 2782 г. до н. э. святилище посетила делегация жрецов из самого северного города-державы Шумера, который назывался так само, как тогда и Каменная Могила: Шу-Нун, 'Закон Владычицы (сущего)'.
В 2535 г. до н. э. была завершена летопись Дома Имдугуда, 10 лет перед этим вёвшего тяжбу с Домом Барагеси. Однако это не помешало шумерам навестить северный Шу-Нун через 5, а потом еще через 13 лет. Во втором случае было оставлено письменное упоминание Бога или правителя Шару. Это же имя начертано на надгробии одного из жертвенных захоронений в кургане возле с. Надеждино (как и Каменная Могила - в Мелитопольском районе Запорожской обл.), что может служить подтверждением странствий между Шумером и Араттой. Еще более выразительным и древним является комплекс из двух погребений - шумерского и араттского - в основе кургана у Великой Александровки (райцентр Херсонской области)… Наличие таких связей было открыто В. Н. Даниленко в 50-е годы - когда трипольская археологическая культура не отождествлялась еще с Араттой, а вместо Шумера исследователи предпочитали говорить о его отдельных городах-государствах и прочих "цивилизациях Месопотамии".
То, что они стали государствами рабовладельческими - в отличие от общинной Аратты, - обусловилось, прежде всего, мелиоративной системой земледелия. В болотах и знойных долинах Востока иным быть оно не могло - и общества привязывали себя к земле каналами да арыками. А чтобы те строились, поддерживались в рабочем состаянии и защищались от распрей да войн, нужна была жёсткая власть - которая и приняла форму рабовладения. Аратта же могла обходиться без таковой, сберегая и совершенствуя общинный уклад. Ибо обширные площади наилучших в мире чорноземов будущей Украины, её умеренный климат и достаток влаги позволяли держаться переложной системы земледелия. А она не очень привязывала общества к обрабатываемым ими участкам да еще и позволяла снимать нарастающие противоречия путём расселений, даже без войн. Вольных земель было вдоволь!.. попервах; на ІІІ этапе расцвета Аратты стало земли нехватать. Тем более, что наилучшие из лучших черноземов поглотила морская пучина…
В 2316-2261 годах до н. э. Шумер и другие цивилизации Месопотамии были захвачены семитами (пращурами арабов) во главе с Саргоном І, основателем "Дома Аккада". Прослежено, что в ответ на его северную экспансию до Закавказья, оттуда к Днепру пришло племя хурритов. Заручившись здесь поддержкой арийских племён, в союзе с некоторыми из них хурриты двинулись обратно - что и отмечено в ближневосточных анналах как войны аккадцев ХХІІІ в. до н. э. с "народами Севера". Тем, однако, пришлось вернуться назад - и построить первую в Восточной Европе каменную крепость (над переправой у нынешнего приднепровского с. Михайловка Ново-Воронцовского р-на Херсонской обл.).
Возможно, что такие события подвигли жрецов-правителей приднепровской Аратты распустить её города и вернуться к предыдущему - догосударственному, но тоже ведь общинному - укладу, менее опасному относительно перехода его в рабовладельческий строй. То есть Аратта могла учесть негативный опыт розвития государственности произошедшего от неё Шумера - и отказаться от повторения его горького опыта. Механизм же для отказа содержался в араттском Спасительстве: периодическое самосожжение полисов нетрудно было сменить на их самороспуск… Как бы там ни было, однако прекращение обновлений "городов и весей" Аратты, её распад - совпали с появлением вышеуказанной крепости.
Те, кто вернулся назад из похода, принесли в район приднепровского Шу-Нун'а шумеро-аккадскую "Поэму о Гильгамеше". Два глиняных сосуда, украшенные изображениями её центрального епизода, найдено в катакомбных погребениях возле сёл Вознесенка и Васильевка (Ю. А. Шилов. Прародина ариев. - К., 1995).
В ХХVIII в. до н. э. царствующий жрец Гильгамеш был владыкой города-державы Урук, ссорившегося позже с Араттой. Та была не приднепровской, а другою - поближе к третьей, пенджабской. Из первой же, основной, вышли некогда предки царя. Среди их пращуров был, может, и тот, чьё имя Гильгамеш вышеупомянуто нами среди надписей Каменной Могилы VI-IV тыс. до н. э.
Мы уже знаем, что там много и других имен да сюжетов, присущих последующему Шумеру. Его происхождение из приднепровской Аратты представляется теперь несомненным. Проблема лишь в дальнейшем их изучении.

 

IV
Ариан - страна ариев


1. Кто же такие арии?

Арии!.. Сие слово связывается ныне со Второй мировою войной. "Истинными арийцами" нарекли свой народ фашистские идеологи "Третьего Рейха". Но это наречение было основано на полуправде, что хуже чем ложь.
Самоназвание арии было вычитано английскими исследователями Вед, священных книг Индии, в конце XVIII в. Стало ясно, что племена ариев пришли сюда в середине ІІ тыс. до н. э. откуда-то из Европы. К поиску их европейской прародины подключились также французские, немецкие, росийские ученые. Особенных успехов достигла немецкая научная школа (достижения которой и были затем использованы, на свой лад, фашистами). В начале ХІХ в. её представители осуществили классический перевод древнейшей из четырёх Вед - Ригведы, 'Речь ведать' или 'Священное знание'. Немецкие же исследователи Р. Рот и О. Бетлингк издали в Петербургской Академии наук 7-томный словарь санскрита - 'искусственно созданного' языка арийских брахманов-жрецов. Согласно А. Шлейхеру, потомками загадочных ариев стали не только немцы, но также некоторые народы Индии да Ирана, древние греки, италийцы, славяне и литовцы. Такие выводы признаются в какой-то мере поныне - с той существенной разницей, что такое родство пращуров современных народов ученые усматривают теперь не в ариях, а в условно названной "индоевропейской языковой общности". Она считается то ли пранародом, то ли союзом нескольких родственных народов - одним из которых были тогда (где-то в ІV-II тыс. до н. э.) и арии.
Выше мы выяснили - вслед за В. Н. Даниленко, В. А. Сафроновым, А. Г. Кифишиным и др., - что ядром "индоевропейцев" была Аратта, созданная около 6200 г. до н. э. потомками охотников на мамонтов северного и южного побережий Чёрного моря. Аратта была державой оседлых земледельцев и скотоводов, достигших наибольшего развития в 5400-2750 (-2250) годах до н. э. меж Дунаем и Днепром. Что же касается ариев, то ими стали знакомые с земледелием кочевые скотоводы, общность которых начала формироваться вдоль степных границ Аратты с рубежа V-IV тыс. до н. э.
Начало открытию действительной, поднепровской прародины ариев положила статья немецкого географа К. Риттера. Она вышла в 1820 г. и впервые обратила внимание на родственность названий Индии и (С)Индики - как называли древние греки низовья Кубани. А в публикации 1943 г. австрийский языковед П. Кречмер привлек к изучению проблемы еще и более давнюю Синдику, известную грекам в низовьях Днепра. Именно здесь разместил затем - его болгарский коллега - В. Георгиев прародину "индо-иранцев" (как условно стали называть ариев после войны). А со средины 70-х годов такие языковедческие исследования были существенно продвинуты россиянином О. Н. Трубачевым в серии статей, составивших впоследствии его книгу "Indoarika в Северном Причерноморье" (М., 1999).
Академик Трубачев обратил внимание на Дандарию и Дандаку, упоминавшиеся античными авторами напротяжении VI в. до н. э. - IV в. н. э. Некоторые авторы при этом называли первую державой, границы которой колебались между низовьями Днепра и Кубани, включая и таврскую Дандаку… Углубляя исследования О. Н. Трубачова, украинский индолог С. И. Наливайко доказал (Таємниці розкриває санскрит.- К., 2000) принадлежность Дандарии - 'Жезлоносной Арии' - к прародине ариев. Затем было показано (С. М. Вовк, Ю. О. Шилов, С. І. Наливайко. Сторінки історії та культури Праукраїни. - Чернівці, 2003), что позднейшими хранителями арийской прародины были печенеги и половцы IX-XIII веков. Так завершились, в основном, языковедческие изыскания.
А как продвигался археологический поиск арийской прародины? - т. е. исследования остатков поселений, святилищ, могильников. Ясно ведь, что без определения вещественных памятников (а не только названий да описаний) полноценного открытия на ниве древней истории нету.
Поначалу археологи ограничивались согласованием своих выводов с языковедческими: сравнивали с "возможно арийскими" археологические культуры подходящих областей и времён. Так, В. В. Хвойка отождествлял с ариями открытую им трипольскую культуру. Безусловно арийскими считались (после публикаций В. А. Городцовым и др. материалов раскопок в Северном Причерноморье и выхода книги Г. Чайлда "The Aryans". - Нью-Йорк, 1926) древнейшие курганы Черноморско-Каспийских степей, их погребения со скорченными и окрашенными охрой останками, каменные и бронзовые топоры, изображения свастик, др. Далее прочих продвинулся по этому пути В. А. Сафронов (Индоевропейские прародины. - Горький, 1989).
Немецкие исследователи старались вывести происхождение указанных признаков из германских земель. Однако начиная с 50-х годов В. Н. Даниленко (Энеолит Украины. - К., 1974) доказал появление курганов и т. д. в Степном Поднепровье. Формирование ариев началось, по его мнению, в той "азово-чорноморской линии развития степного энеолита", которая связала - древнейшей конницей - Триполье с цивилизациями Месопотамии. Но главное, что сделал Даниленко (Космогония первобытного общества. - К., 1965, 1997; М., 1999) - дал семиотический ключ к расшифровке мифов носителей археологических культур. Метод стал особенно действенен после публикации ряда работ Н. А. Чмыхова (Истоки язычества Руси. - К., 1990), открывшего календарные основы орнаментации керамики, украшений и др. Совокупность этих и прочих наработок археологов и языковедов, а также собственные раскопки (с 1968 г.) позволили Ю. А. Шилову приступить к серийной дешифровке мифоритуалов "степных пирамид".
Сопоставив свои расшифровки с мифами народов мира, Шилов сделал определенные выводы об отношениях носителей археологических культур, создававших курганы в Евразийских степях IV-II тысячелетий до н. э., к тому или иному из индоевропейских народов: ариям, хурритам, пелазгам, славянам. Для сопоставлений использовались данные этнологии, а также священные тексты. Из последних наиболее информативной и близкой к исследуемым курганам оказалась индоарийская Ригведа. В курганах над устьем Псла и средними течениями Ингульца да Ингула, у переправ через Днепр возле современной Каховки, др., обнаружились истоки этого собрания священных гимнов, которые - как оказалось - сопровождали курганный обряд на нижнеднепровской прародине ариев (а позже, уже в Индии, были ими упорядочены окончательно). Стало вполне очевидно, какие именно археологические культуры были арийскими, как отражают они общность арийских племен, и т. д.
Монография Ю. А. Шилова "Прародина ариев" (К., 1995) окончательно решила проблему, осталось лишь её изучать. Действительно, столь высокая культура скотоводов-кочевников IV-II тысячелетий до н. э. могла возникнуть только под крылом ещё более развитой цивилизации оседлых земледельцев - что и представляла собою Аратта. Её миссионеры - носители "усатовской", "нижнемихайловской", "кеми-обинской" культур да их редкостных типов - внедрялись в кочевую стихию соседей, чтобы обуздать её в интересах безопасности и процветания своего государства. Оружием миссионеров были не копья иль стрелы, но святость - Спасительство, прежде всего! Мы уже знаем, что суть его сводилась (сводится и будет сводиться) к искусству снятия противоречий общественного бытия. Тем жрецы-правители и побеждали. Нередко жертвуя во благо народа свои и чужие жизни - жизни одиночек, спасающих собою тысячи от гибели в ненужных войнах и проч. Останков таких Спасителей в арийских и др. курганах немало. Но прослежена также традиция замены живых людей трупами умерших или же каменными изваяниями (Ю. А. Шилов. Гандхарва - арийский Спаситель. - М., 1997).
Шиловым и Сафроновым, Трубачевым и Наливайко, др. было прослежено, как арии и созданная араттами да ими Ригведа формировались в низовьях Днепра с начала IV тыс. до н. э.; как потом, после их частичного переселения в Бгарату, традиция данной прародины просуществовала тут до Дандарии и Дандаки ІІ-IV в. н. э. и даже до ІХ-ХІІІ веков - до времён Киевской Руси и зарождения украинского казачества!


2. Святыни прародины ариев

Древнейшие памятники ариев - определяемые соответствиями мифоритуалов курганов мифам Ригведы - обнаружены вблизи г. Комсомольск. Данная местность относится к началу Днепровских Порогов и грандиозной геомагнитной аномалии. На противоположной, правобережной стороне переправы через Днепр, возле села Дереивка, археологи исследовали поселение "среднестоговской культуры" с многочисленными костями прирученных коней. А на правобережной стороне, вдоль левого берега устья Псла, обнаружены древнейшие из известных курганов. В народе их называли Цегельня и Кормилица. Первый был основан предками Дереивского поселения, теми же "среднестоговцами".
Поначалу на месте Цегельни было докурганное святилище. Оно имело вид змееподобного рва с ямой-"яйцом" возле хвоста. Это отвечает основному, новогоднему мифу Ригведы: змий Вритра охраняет зародыш мироздания Валу… Змия кормили - от чего остались кости коней и др., а также обломки керамической посуды. Среди последних преобладали древние среднестоговские, но случались и развитой днепро-донецкой культуры. Оба комплекса керамики соотносятся специалистами со ІІ этапом Триполья. Выходит, что носители среднестоговской и днепро-донецкой этнокультур сосуществовали тут на рубеже V-IV тысячелетий до н. э. - и что именно они составили основу арийской общности племен. Так же считал и В. Н. Даниленко.
Следующее святилище Цегельни состояло не только из "змия-с-яйцом", но включало также пустую могилу для вытянутого (что характерно для поздней днепро-донецкой культуры) покойника; все это было перекрыто первичным курганом. А его первая досыпка перекрыла яйцевидную могилу с останками эмбрионально согбенного человека и деревянной чашей; это можно признать принадлежностью нижнемихайловской либо трипольской культур. Тип горшка из первичного святилища Кормилицы соединил черты обеих культур и может буть определен как аратто-шумерский. Обряд и керамика одновременного и следущего захоронений кургана принадлежат представителям поздней днепро-донецкой и ранней среднестоговской культур ариев середины IV тыс. до н. э.
Немного позже, в пределах второй половины того же тысячелетия, можно датировать аратто-шумерскую основу Великоалександровского кургана (над Ингульцом, в одноименном райцентре Херсонской области). Материалы его и Высокой Могилы да ещё 11 курганов у соседнего Староселья раскрывают такую картину арийской общности (между окончаниями IV-ІІІ тыс. до н. э.). Большинство тогдашних ариев составляли носители ямной археологической культуры, выросшей из среднестоговской да родственных ей типов днепро-донецкой. Однако высшее руководство общностью ариев принадлежало, по-видимому, выходцам из Аратты. Они представлены захоронениями трипольской, а затем нижнемихайловской и кеми-обинской культур. Совместно с "ямниками" они отражают союз ариев с брахманами аратто-ориянского происхождения. Но в конце ХХIV в. до н.э. "кеми-обинцы" были потеснены "старосельцами" - и образовался, соответственно, арийско-хурритский союз. Последние были народом закавказского происхождения и тяготели к картвельским (пращурам грузин и др.), а не к индоевропейским народам. Пришлые хурриты-"старосельцы" вынудили ариев обновить их древний путь в Месопотамию - для отпора экспансии семитов-аккадцев Саргона І и его наследников. Вернувшись из недолгого похода, хуррито-арийский союз создал не только крепость над переправой возле современной Михайловки, но и катакомбную культуру, сменившую ямную. Данный переход конца ІІІ тыс. до н. э. отчетливо отразился в курганах у Староселья, Атманай и др.
Намного хуже прослеживается образование ингульской культуры. Её носители тоже хоронили умерших в катакомбах, но иной конструкции. Скорченное положение покойников сменилось тут вытянутым, а посуда унаследовала кое-что от Орияны. Из неё, наверное, и происходят "ингульцы". К тому же их мифология отошла от арийско-хурритской - и приблизилась к пелазгийско-греческой. Так, в кургане № 1-ІІ возле села Каиры Горностаевского р-на Херсонской области Ю. А. Шиловым исследовано три погребения ХVІІІ в. до н. э., которые воплощали мифоритуалы древнейших (среди известных науке) Зевса, Аполлона, Гиад. А среди однокультурных захоронений следующего столетия немало первых проявлений культа Диониса, младшего брата Аполлона. Особенно выразительны они в районе Каменной Могилы. Она содержит в себе иллюстрации и сугубо арийских мифов: главного да связанных с Богом-творцом Вишну, с конеподобными близнецами Ашвинами и др.
Мифоритуальные предтечи фрако-греческого культа Диониса прослеживаются также в культуре многоваликовой керамики, пришедшей на смену ингульской в ХVІІ в. до н. э. Однако в дальнейшем, в ней же да в срубной и сабатиновской археологических культурах ХVІ-ХІІ веков до н. э. снова взяли верх соответствия индоарийской Ригведе. Наипозднейшее выразительное проявление её главного мифа - о схватке змиеборца Индры с Вритрой за обладание новогодним зародышем Валою - выявлено в могильнике № 12-І возле Каир.
Сей могильник белозерской археологической культуры принадлежал ранним киммерийцам рубежа ІІ-І тыс. до н. э. А рядом находились курганы и поздних киммерийцев, и скифов. В них прослежено, как основной арийский мифоритуал был трансформирован в античный миф о Геракле да змееногой богине Гилеи (Днепровских Плавней); от их брака родились пращуры Агафирс, Гелон, Скиф. В кургане № 2-І такой миф наиболее выразительно отображен в погребении царевны - возле входа в склеп которой похоронили юношу с парой уздечек под головой. То "Геракл" пришёл в пещеру "Богини" по своих коней!
Наработки арийских брахманов были унаследованы последующими народами Северного Причерноморья: сарматами, печенегами и половцами, а также славянами (особенно украинскими рахманами). Археологически это можно допустить по материалам поселений и могильников возле вышеназванных Каменной Могилы и Староселья, а также Чонгарского полуострова (Сиваш). Так, на арийском кургане Гарман (Чонгар), возникшем в III тыс. до н. э. неподалеку от редкостного в этих краях поселения араттов, был устроен печенежско-половецкий могильник. Среди его вещей найдены изделия русских типов: керамика, огнива, шлемы, секира. Могильник завершился отдельным курганом-святилищем ХІІ-ХІІІ столетий, человеческое жертвоприношение и каменный идол которого могут считаться отблеском арийской традиции.


3. От Аратты и Орияны - до Дандарики и Арсании

В отличие от гипотезы В. А. Сафронова, но ближе к версии В. Н. Даниленко - Ю. А. Шилов наработал теорию, согласно которой ядро арийской общности хоть и сформировалось в ямной археологической культуре, но стало результатом воздействия на степняков соседней Аратты и следствием её взаимосвязей с отпочковавшимся от неё Шумером.
Связи двух этих держав пролегли с середины IV (может, и раньше) тыс. до н. э. от правобережья Днепра до низовьев Месопотамии, через земли разных племен. Среди последних преобладали подвижные степные скотоводы индоевропейского круга: потомки сурско-днепровской культуры провозвестников (вместе с носителями буго-днестровской культуры) Аратты дунайско-днепровского междуречья. К указанному времени те культуры преобразовались в среднестоговскую да трипольскую, а с началом ІІІ тыс. до н. э. из тех вышли ямная и усатовская археологические культуры. И если "среднестоговцы" да "ямники" стали главным этнокультурным массивом формирования ариев, то "трипольцы" и "усатовцы" - катализатором того же процесса. Почему?
Потому, что следуя "азово-черноморской линией" от Днепра до Месопотамии, небольшие экспедиции из Аратты в Шумер (и наоборот) должны были заботиться о своей безопасности среди моря местных племен. Ясно, что пробиться чрез чужие земли своей воинской силой странники никак не могли, - такое не удалось даже полчищам Саргона и Нарамсина, Кира и Дария. Да предыдущим правителям и в голову не могла прийти такая глупость: пробиваться, - не рабовладельческие ведь, а общинные были тогда времена! И мудрецы с достопамятного 6200 года до н. э., если не раньше, изобрели иную защиту - святость, обеспеченную Спасительством и международным авторитетом жрецов-правителей Аратты. Она-то и учредила традицию гостя, священного странника, - грандиозными свидетельствами которой остались "азово-черноморская линия развития степного энеолита" да возникшая тогда же система майданов (святилищ-обсерваторий), к середине ІІ тыс. до н. э. разросшаяся из Аратты до Британии (Стоунхендж) и Зауралья (Аркаим). Данная традиция пережила века и народы. Далеко не самые поздние её проявления известны историкам как "странствия гиперборейцев" - невероятные уже для разумения "мудрых эллинов", погрязших в своих рабовладельческих стереотипах.
По-своему, ещё не столь исторически характеризуя археологически открытую им "линию" или же путь, В. Н. Даниленко (Энеолит Украины. - К., 1974) связал с ним древнейшее всадничество новоданиловского (разновидность "среднестоговского") происхождения, а также носителей усатовского и нижнемихайловского типов. Реалии и территорию усатовской культуры между Днепро-Бугским да Днестровским лиманами можно отождествлять с Орияной (по "Велесовой книге" и "Махабгарате", в трактовках С. И. Наливайко и Ю. А. Шилова). Орияне - это приморские аратты со значительной примесью степных ариев. В соответствии с этим среди ориян были, помимо оседлой основы, путешественники и сухопутные, и морские, - что засвидетельствовано различными научными данными.
Археологи обнаруживают родство "усатовцев" с "нижнемихайловцами", получившими своё условное название по нижнему слою (второй половины IV тыс. до н. э.) того же поселения возле Михайловки, где спустя тысячелетие поднимется над днепровской переправою крепость, первая в Восточной Европе. Среди обломков посуды древнейшего поселения оказалось немало шумерских (майкопского типа) - но почти все они были выброшены раскопщиками, неверно определившими те обломки как сарматские (младшие на 3 тысячелетия). Подобное случилось и при раскопках верхнего слоя (тоже аратто-шумерского времени) поселения возле Каменной Могилы. Однако далее раскопщики научились считаться с "невероятными фактами" - в археологическом, правда, а не в историческом их понимании; второе остаётся пока что в зародыше (для рядовых специалистов, не говоря о таких уникумах как Даниленко, Рыбаков, Сафронов, Чмыхов, Шилов).
В 1990 г. было найдено поселение начала ІІІ этапа Триполья (Аратты рубежа IV-III тыс. до н. э.), оставленное странниками на Чонгарском полуострове перед Тавридой (Крымом). А за несколько лет до этого на берегу Ингульца археологи раскопали Великоалександровский курган с погребениями выходцев из Аратты-І той же поры, а также из древнейшего Шумера. Соответствующие захоронения да отдельные вещи известны уже от Южного Буга до Закавказья. Поэтому не исключено, что будет доказано основание "нижнемихайловцами" того города-государства Аратты-ІІ, которое отделилось от основного (трипольского) й обосновалось недалеко от шумерского Урука.
Мы уже упоминали шумеро-аккадскую "Поэму о Гильгамеше", а также крепость возле Михайловки, относящиеся к XXIII-XXII векам до н. э. Они наиболее очевидно свидетельствуют, с одной стороны, о прерывании аратто-шумерских связей, а с другой - о сложении арийско-хурритского союза. Таким образом, традиция взаимоотношений племён Поднепровья и Месопотамии отнюдь не прервалась - но обрела новое качество. В первой половине II тыс. до н. э. отсюда, из Северного Причерноморья, потянутся на Восток гиксосы, пелазги-филистимляне, миттанийцы. Наиболее очевидно такое теперь лишь для последних, продолживших свой вышеназванный союз на севере Месопотамии. Образованное там ариями-и-хурритами государство Митанни получило своё название (по Трубачеву, Сафронову, Шилову, Наливайко) от меотов - одной из арийских народностей, часть которой переселилась туда с берегов Меотиды (Азова). Поэтому вероятно, что "Михайловская крепость" стала зародышем Митанни, впоследствии поглощённой Ассирией. Её же, хоть в какой-то мере, традиция выходит - через Сирию - на азово-черноморский (над Керченским проливом) Сурож. Все три названия восходят к Сурье - верховному Богу Солнца ариев, хурритов, славян, - впервые проявившемуся в одной из досыпок Высокой Могилы (у Староселья Велико-Александровского р-на Херсонщины).
Ассирия VIIІ-VII веков до н. э. отбивалась от нашествия киммерийцев, исторический центр которых оставался в указанных выше Орияне и Суроже. Об этом свидетельствует, в частности, известный уже нам могильник возле Каир. Помимо сугубо киммерийских материалов, он содержал немало фракийских. Фракийцы же были пращурами румын и молдаван, отчасти болгар. Все они и ныне населяют Одесщину вместе со славянами.
Орияна (Орисса, Одисса - по С. И. Наливайко) упоминается Влес-книгой давних славян в связи с миграцией части их пращуров в индийский Пенджаб (Пендеб iнський) да возвращением назад. Поход осуществился под водительством ариев (Глс Аріув, арстии). Вероятно, что позднейшая Орияна да кто-то из тех возвращенцев основал в Северном Причерноморье ІХ-VI веков до н. э. Дандарию. А истоки соседней с ней таврийской Дандаки обнаруживается ещё в араттское время, в индоарийской "Рамаяне" (по Наливайко и Шилову).
'Жезлоносная Ария' и Дандака, хранившие на просторах между низовьями Днепра и Кубани ядро арийской прародины, упоминаются античными авторами на протяжении VI в. до н. э. - IV в. н. э. (О. Н. Трубачёв. Indoarica в Северном Причерноморье. - М., 1999), а выраженная традиция прослеживается в среде печенегов да половцев и в IX-XIII веках (С. М. Вовк, Ю. О. Шилов, С. І. Наливайко. Сторінки історії та культури Праукраїни. - Чернівці, 2003). Отсюда становится вполне очевидна причина сохранения в среде казаков-запорожцев именно арийских традиций (С. І. Наливайко. Таємниці розкриває санскрит. - К., 2000). Их же немало и в крестьянской среде украинцев, в наследии их народных певцов-кобзарей (Ю. О. Шилов. Праісторія Русі - України. - К.-Хмельн., 1998).
Лишь в ІХ-ХІ веках арабские купцы-путешественники прекратили письменные упоминания о древнерусской Арте-Арсании, наследнице прародины не только ариев да славян, но и остальных "индоевропейских" народов. Свидетельствует, к примеру, Аль-Истархи:

"Русы. Их три группы. Одна группа их наиболее близка к Булгару, и царь их сидит в городе, именуемом Куйаба [Киев], и он больше Булгара. А наиболее отдалена из них группа, зовущаяся Славийя [Волынщина?], и (третья) группа их, что зовется Арсанийя [Черкасчина], и царь их сидит в Арсе. А люди для торговли прибывают в Куйабу.
Что же касается Арсы, то неизвестно, чтобы кто-нибудь из чужеземцев достигал её, поскольку там они (жители) убивают всякого чужака, который приходит в их землю. Лишь сами они спускаются по воде и торгуют. Однако не сообщают никому ничего о делах своих и о своих товарах, и не позволяют никому сопровождать их и входить в ихний край. А вывозятся из Арсы чёрные соболя да свинец" [сопровождающий урановые месторождения Поднепровья].

 

V
Гиперборея - ' Сверхсеверная страна '


1. Аполлон и его родня

Рубеж ІІ-І тысячелетий до н. э. принято называть "темными веками Европы". Согласно трёхтысячелетней традиции европейской культуры, её письменная история начинается с Троянской войны - предверие которой высвечивают легенды и мифы Греции. А разбираться в исторических реалиях мифологическо-легендарных событий очень непросто!
На данный момент уже выяснено, что действительные события лишь стимулируют мифотворчество, но не порождают его. История формируется на фактах сознательной жизни конкретных людей и народов, а миф - на подсознательных общечеловеческих архетипах (по К.-Г. Юнгу). Поэтому так трудно сопоставлять эти два пласта культуры…
Основателем малоазийского полиса (города-государства) Трои считается Трос, внук Дардана - при котором случился один из "всемирных потопов". Этот можно сопоставлять с упоминавшимся выше прорывом вод Средиземного моря в Чёрное; подобные катастрофы случались и позже. Современные археологи да историки пришли к таким выводам: Троя возникла в 3700-2920 годах до н. э. и пережила не менее 9 перестроек; знаменитая 10-летняя война за Трою меж греческими народностями Малой Азии и Южной Европы произошла между 1250-1020 годами до н. э.
В последнее время Б. Д. Михайлов, Л. И. Акимова, А. Г. Кифишин, Ю. А. Шилов работают над гипотезами, согласно которым мифоритуальный канон "Троянской войны" сложился задолго до неё, причём в окрестностях Каменной Могилы - Запорожской Хортицы. Следовательно, поиск начала не только общей, но и античной истории Европы переносится теперь на территорию Украины - на прародину "индоевропейской языковой общности".
Изучение исторической подоплеки древнегреческих мифов началось вконце ХІХ в. с раскопок Трои немецким археологом Г. Шлиманом. Большую помощь в согласовании разнообразных исследований предоставляет теперь "Энциклопедия классической Древней истории" Паули-Виссова, тома которой издавались в Германии на протяжении 1893-1980 годов. Тут прослежены взаимосвязи всех племен, божеств, героев и лиц, упомянутых в античной (древнегреческой и римской) литературе.
Её "отец истории" Геродот и последующие авторы полагали пращурами греков пелазгов, произошедших от легендарного гиперборейца Пелазга. Выходцем из 'Сверхсеверной' Гипербореи считался также Аполлон, божественный покровитель той Трои, которая описана в "Илиаде" Гомера. Это, второе название города и поэмы происходят от Ила, сына Троса.
Рассмотрим родословные "огнеликого Бога" (Аполлона) да пращура пелазгов. Это поможет нам выяснить местоположение древнейшей Гипербореи (которая с развитием античной географии отодвигалась все дальше на север, пока - уже в позднеримское время - не оказалась аж в Заполярье).
Греки имели два главных храма Аполлона: в Дельфах (под горою Парнас), а также на острове Делос (меж Троей и Критом). Считалось, что Бог прилетает туда после полугодового пребывания на своей северной родине. В те же храмы время от времени приходили и делегации гиперборейцев. Они, очевидно, ритуально повторяли главный путь давних переселений. Полагали, что первой его прошла Лета, беременная Аполлоном да Артемидой. Сей путь, полузабытый греками VIII-V веков до н. э., попытался выяснить Б. А. Рыбаков (Язычество древних славян. - М., 1981), опираясь на свидетельства Геродота. Однако исследователь недостаточно рассмотрел родственные связи Леты (Латы, Ладоны) и её знаменитых детей, не связал их со святилищами-обсерваториями типа майданов, которые начали сопровождать "города и веси" Аратты с конца V тыс. до н. э. Эти пробелы нетрудно теперь устранить.
Согласно Геродоту (История IV: 33), маршрут гиперборейцев на Делос начинался севернее скифов, которым они "посылают дары, завернутые в пшеничную солому. От скифов дары принимают ближайшие соседи, и каждый народ всегда передает их всё дальше и дальше аж до Адриатического моря на крайнем западе. Оттуда дары отправляют на юг". По Рыбакову, до Адриатики маршрут сей пролегал от юго-восточного побережья Балтийского моря, где с V в. до н. э. жил славянский народ венетов.
Однако истоки энетов-венетов на полтысячелетия, по крайней мере, древнее легендарной войны и начинаются далеко от Трои, - вероятно, на побережьи Меотиды (Азовского моря). Да и упомянутые Геродотом города Гипербореи, её матриархальные традиции, имена гипербореянок (Гипероха, Лаодика, Арга, Опис) отсылают исследователей к более древним временам и прародине Пелазга, среди близких потомков которого бытовали означенные имена. Приэтом священная традиция Опис-'Короны' доживает (по определению С. И. Наливайко) до Опиды-"обиды" "Слова о полку и гореви Игоря Святославлича". А как Берегиню-в-короне её досихпор изображают украинки на Великденьских писанках - начало которых (по Ю. А. Шилову) ознаменовало образование в 6200+97 г. до н. э. державы Аратты. Она же, как мы уже знаем, находилась в Дунайско-Днепровском регионе. Отсюда, наверное, и отправлялись на Делос гипербореянки Опис и др.
Известно нам также то, что с рубежа ІV-ІІІ тыс. до н. э. приморская часть Аратты выделилась в Орияну. Из неё, вероятно, происходит Артемида Ортия. Её древнейшими изображениями можно считать пра-Артемид (по В. Н. Даниленко и Б. Д. Михайлову) на стеле из кургана № 3-І возле Усатово да в одном из гротов Каменной Могилы. Первая датируется серединой ІІІ тыс. до н. э., но связывается с древним календарем и образом индоевропейского Дьяуса-Притхиви - отца-Неба, спаренного с матерью-Землей. Другая - изображенная с мечем либо серпом в руке, над Псом, в схватке с вооруженным копьём Орионом - отвечает специфично троянскому мифу о борьбе богинь с богами за душу самого Зевса. Ортос же - фаллическое воплощение Диониса, сына Зевса - был главной святынею гомеровского Илиона-Трои… В античном мире была известна также Артемида Тавропола - 'Тавриды защитница', считавшаяся едва ль ни древнейшей. А главное имя Артемиды можно вывести из 'Аратты матерь Ида': из названия державы да имени богини жертвоприношений у индоариев, пелазгов и греков. Названные в честь сей богини горы Ида возле Трои, на Крите, а быть может и др., считались местами рождения и пребывания Зевса. С другой стороны, гиперборейский обычай заворачивания жертвоприношений в пшеничную солому связует древнейшее земледельческое государство Аратту, богинь Артемиду да Иду с артосом - как именовалась греками вывозимая из Северного Причерноморья пшеница. Принципиально важна для дальнейшего анализа связь Артемиды как с медведями, так и с оленями. Календарно-зодиакальная основа второй символики вполне очевидна на вышеуказанной стеле из кургана № 3-І. А за первой можно предполагать Медведиц с их Полярной Звездой - осью мироздания. Изображение битвы богов в каменномогильском "Гроте Артемиды" представлено на фоне звездного неба.
Города и веси Аратты сопровождались 'Не-городами' (…а майданами, святилищами-обсерваториями), как вероятнее всего переводится с древнегреческого имя А-поллона. Его древнейший эпитет Пайон, родственный ведическим (то есть аратто-арийским) Парджанье и Перуну славян да иных индоевропейских народов. Почитание ими этих богов как воплощений звездных скоплений Гиад и Плеяд указывают на первичное сочетание Аполлона с Тельцом. С ним же часто сочетался и Зевс - отец-соперник Аполлона. Именно так и воплощена эта божественная пара в жертвенных погребениях 11 и 13 кургана № 1-ІІ у Каир. Но те относились к ХVIII в. до н. э. Майданы же Аратты, возникли более чем на два тысячелетия раньше. В одном из них - возле Фрибритца на юге Австрии - выявлено древнейшее, вероятно, соответствие мифу о близнецах Аполлоне-и-Артемиде. Они, дети Леты да Зевса, расстреляли из луков 6+6 (по количеству месяцев года) сынов и дочерей царицы Ниобы, проявившей непочтительность к их матери Лете. В соответствии с этим, в центре святилища-обсерватории найдено жертвоприношение молодых мужчины и женщины, убитых стрелами.
Итак, если древнейший Аполлон (Гопала индоариев, Купала славян, Купавон русенов-этрусков) связывался з Тельцом, то Артемида (Артемитий славян) - с Полярной Звездою. Проступает некий астро-календарный канон, детали которого выясняются по мере рассмотрения старших членов мифологического семейства.
Родителями матери близнецов, Леты, были лунная богиня Феба и титан Кой. Его имя неслучайно созвучно с украинскими Кий и Кол - которые в обоих случаях имеют значение 'палки' (с оттенками 'жезла' и 'репера'). Возможно, имелась в виду палка-визирь для календарно-астрономических наблюдений. Во всяком случае, Кол - это народное название Полярной Звезды. А первичное имя Леты ('лета' и 'лет'?) известно как Рато. От него и ведический Рита, и та же пелазгийско-греческая Лата-Лета-Латона, и русено-этруские да славянские Лада и Лад. При этом два первых имели значение не только последнего, но также 'Круг' (укр. 'Коло') - в том числе и 'солн(ц)ечно-зодиакальный'. То, что солнцеподобный Аполлон Феб унаследовал, в качестве эпитета, имя своей лунообразной бабушки, отнюдь не случайно: около 2300 г. до н. э. в британском Стоунхендже, приднепровской Высокой Могиле и др. произошла смена календарно-астрономических ориентиров да символов - лунных на солнечные. Дата и центр данной смены неким образом были связаны, очевидно, с самороспуском Аратты. Такая версия подкрепляется подоплёкой мифа о взаимосвязи Зевса с Летой - одной из его несчастных любовниц, преследуемых законной сестрою-женой Герой-'Годом'. Первая же супруга Зевса (-Дзеуса < индоевроп. Дьяуса-'Неба') носила имя Метида. Её родство с Меотидой (Азовским морем, образовавшимся вследствие "Всемирного потопа" при участии Зевса и др.) указывает не только на Аратту, но и на исходную точку странствий Леты и её, тогда ещё нерождённых, детей.
Как видим, рассмотренное нами божественное семейство отображает календарно-астрономические события вокруг майданов Аратты концов V-III тысячелетий до н. э. Традиция сохранялась и позже, поскольку эти святилища-обсерватории доныне называют так и в Украине, и в Индии, - в странах, наиболее унаследоваших индоевропейскую культуру Аратты. Можно полагать, что майданы и взаимосвязанные с ними святилища являлись скелетом "индоевропейской языковой общности": её календарей и хозяйственных типов, празднеств и терминологий, священных текстов (Вед, Влес-книги, др.) да 'искусственно созданного' языка международных общений - санскрита.
Украинскими археологами недостаточно, но пока что лучше иных исследован майдан у с. Маяки над левым берегом устья Днестра. Святилище, как и упоминавшийся курган № 3-І, относится к Орияне. Статуэтки, посуда и прочие находки в его рвах, датируемых 2750-2325 годами до н. э., позволяют допустить, что местные мореходы - возившие в Малую Азию янтарь и проч., а оттуда металл и др. - основали около 2600 г. до н. э. град Трою-ІІ. Название вполне славянское, перекликающееся с землей Трояней и т. п. 'Солнечный' же Илион, закрепившийся примерно с 800 г. до н. э., ближе всего к распространенному среди русенов (этрусков) Илою или Илоясу - тому же Аполлону, который издревле считался главным покровителем Трои… Большинство строений её II города было, по араттской традиции, из дерева и сгорело в 2450 г. до н. э.
В ту же пору, в середине ІІІ тыс. до н. э., завершился расцвет Аратты и значительно возросла западная миграция из её приморской части - Орияны, - что и было узаконено соответствующими странствиями 'сверхсеверно'-гиперборейских жрецов. Эти события и привели, вероятно, к возникновению мифологического сюжета о бегстве беременной Леты из Гипербореи на Делос - где жила её сестра Астерия (укр. Гайстер, 'Зоря-Звезда' Венера). Впоследствии Аполлон каждые полгода возвращался на землю матери, т. е. на родину; не исключено, впрочем, и постоянное его пребывание здесь как Купалы да Илоя-Гелона. А его близнечная сестра Артемида вроде бы и не покидала прародины, продолжая почитаться здесь как Тавропола. Здесь же, в Гиперборее, остались и их прародители - знаемые славянами как Дид или Див (греч. Дий, второе название Дзеуса-Зевса) и Лада, а также дед Кий или Кол.


2. Гиперборейцы Пелазг, Атлант и другие

Итак, мифы и легенды Греции, которая считается древнейшим государством Европы, обнаруживают свои истоки в Северном Причерноморье. Геродот и его древнегреческие соотечественники об этом уже позабыли. И не мудрено: идеология их к V в. до н. э. стала вполне рабовладельческой, а общинная оказалась в загоне. Сохранились лишь слабые воспоминания о том, что своих богов переняли они от более древних пелазгов. Остатки их племён и традиций пребывали в классической Греции в самом тёмном углу указанного выше загона, а престижнее считалось выводить Зевса и прочих богов из Египта (Геродот. История II: 50-56) - рабовладельческий строй которого достиг апогея.
Зная, что в древние времена "Эллада называлась Пелазгией", "отец истории" стремится отмежеваться от такого родства. А ведь даже афиняне - эталон греков-эллинов - "в то время, когда пелазги владели так называемой ныне Элладой, были пелазгами и назывались кранаями. А при царе Кекропе их называли кекропидами" (VIII: 44). Заметно, что в именах пра-афинян присутствуют отзвуки (возможно, искаженные Геродотом) 'краян' и к(ц)иклопов Северо-Западного Причерноморья.
Означенные предания достигают кануна Троянской войны, дата которой остаётся неизвестной в пределах 1250-1020 годов до н. э. Это было время седьмого города от начала проживания людей на холме у входа в пролив Дарданеллы. Троя-VII дважды разрушалась врагами - что отвечает знаменитой войне и той, которую устроил перед тем легендарный Геракл.
До 1871-1890 годов просвещенная Европа сомневалась в историческом существовании Трои, описанной неким Гомером. Однако бытовали смутные предания о том, что её руины скрываются в холме Гисарлык. И вот, в указанные годы, немецкий любитель археологии Г. Шлиман, разбогатевший в России купец, прорезал сей холм траншеей раскопа. В своих поисках исследователь опирался на "Илиаду" Гомера. Правильное написание его имени - Омир, индоевропейский 'Сказитель'. Он из того же клана брахманов-'молящихся', что и Богомир - 'Божественный сказитель', которого Влес-книга величает отцом славян и вестником им Божьей воли.
Опираясь теперь на "Энциклопедию" Паули-Виссова, можна увидеть истоки античной, а значит и европейской истории в Гиперборее - в Северном Причерноморье. Сосредоточим внимание на его Орияне ІІІ-І тыс. до н. э.
Название сей страны на побережьи современной Одесщины (арийской Одиссы или Ориссы) было, возможно, преобразовано греками в Оропос, известную теперь как Европа. Триопос - эпитет троянского Зевса - означает 'Триокий'. Он породнен с тремя одноокими к(ц)иклопами, 'круглоокими'. Оба эпитета можно объяснить обычаем ориян изображать над бровями "третий глаз". Сей знак касты, прослеженный археологами на черепах из погребений усатовской культуры, был перенесен ариями в Бгарату (Индию) и сохранен там доныне. К тому же циклопы были кузнецами Зевса-громовержца, а "усатовцы"-орияне - наилучшими металлургами Восточной Европы III тыс. до н. э. Данные сопоставления тем вероятнее, что один из циклопов именовался Арг; Арга же - имя гипербореянки. Подобное наименование носил корабль "Арго", эллинская команда которого прославилась своим путешествием к северным берегам Понта - Чёрного 'Моря'.
Родственными предками пелазгов и греков были Инах и Пелазг. По легендам, именно они начали освоение Пелопоннеса, центра Эллады. Между тем, дети Инаха - превращенная в корову Ио и многоокий Аргос - связаны своими странствиями с Боспором Киммерийским (Керченским проливом). А среди ближайших потомков Пелазга: Атлант, Борисфенос, Ахелоос, - причем первые два считались выходцами из Гипербореи. На её первичное местоположение указывают имена последних двух пращуров, связанных с соседствующими Борисфеном (Днепром) и Ахилловым Бегом (Тендровской косою).
Борисфенос (некий хранитель каменных сил) и название реки Борисфен происходят, по-видимому, от арийского Борустана - 'Высокого места' (по О. Н. Трубачеву). Таковыми на Днепре были мыс (теперь остров) Березань, а выше - Пороги и Берестейщина в северных верховьях реки, где поныне много притоков с подобными названиями и сохранились берестовые леса. По Влес-книге, племена ориян и борусов - суседи да родичи; часть их пошла (в середине ІІ тыс. до н. э.) с ариями в Индию и там нареклася славянами. Отсюда славянское смысловое наполнение Березани и т. д.
Мифический Ахелоос - сочетавший в себе признаки великана, змия, быка - слыл пращуром Ахилла, самого героического захватчика Трои. Его родиной считалась Синдика, где (на Тамани, над выходом Керченского пролива в Азовское море) в античные времена стоял город Ахиллей. В его же честь греки-переселенцы назвали нынешнюю Тендру (<Дандарику) пред устьем Днестра, а местом пребывания души определили остров Левка(ду) напротив устья Дуная. Ранее сей остров звался Огигия (во дни царствования которого случился один из "всемирных потопов"), на нём проживала Калипсо - одна из дочерей Атланта.
Время жизни этого полумифического титана либо царя - племянника Пелазга, внука Урана, - а также основанной им Атлантиды определяется следующим образом. Защищая Кроноса (сына Урана), Атлант пострадал от сына-соперника того - Зевса, утверждение власти которого пришлось на Девкалианов потоп 1700 г. до н. э. Проплывая после этого на Эю (Тамань), аргонавты ещё общались с Атлантом, а Одиссей (после Троянской войны, в 1250 или 1020 г. до н. э.) - уже нет. Так что приходится принять промежуток между крайними датами.
Атлант - отец вышеупомянутых Плеяд, Гиад и др. - был ещё и братом Прометея, связанного с причерноморскими Кавказом да Скифией. Матерью братьев считалась Асия, давшая название Азии. На её северокавказской границе обитали позже асы да ваны, последние из которых были родичами дотроянских энетов. Вероятно, что прародиной (в)энетов и асов был остров Эя (известный также как Аиван и т. п.) возле Тамани, где в античные времена существовали города и местности Асса, Асанди и др. Возможно, что там находилась упомянутая в "Илиаде" Енетия, откуда Пилемен вывел свой народ на север Малой Азии. Оттуда же могли происходить Яс(и)он, брат Дардана, а также Эак - сын Зевса и дед Ахилла. Еак воздвиг треть стены Трои; две другие построили Посейдон и Аполлон.
Не исключено, что прародина Атланта - деда Дардана и мужа Асии - была затоплена между серединами VI-IV тыс. до н. э. (крайние датирования геологами) водами Меотиды. Не осталась ли на её дне и древнейшая Пелазгиотида? Послепотопная же Атлантида-ІІ (не выдуманная философом Платоном, а описанная историком Диодором) развернулась на берегу озера Тритон - и вместе с ним была поглощена затем (после образования Боспорского пролива) Мраморным морем.
Пелазги называли себя лелегами, что в переводе на украинский означает лелеки (рус. 'аисты'). То же самое значит и 'пелазги' - но на языке той народности, которая нарекла себя 'солнечными'-эллинами. Греками же (укр. граками, рус. 'грачами') назвали их лелеги-пелазги. Другое их ответвление - русены, более известное под вторичным названием "этруски" - весомо вошло в этнокультуру римлян. Они полагали одним из своих родоначальников троянца Энея, предводителя этруского племени энетов. А предки тех, как уже отмечалось, родственны ванам и венедам; последние из них - несомненные славяне.
К подобным выводам, опираясь на вышеочерченные и прочие факты, пришла также Л. И. Акимова (Троянский мир в античной мифоритуальной традиции / Сокровища Трои из раскопок Генриха Шлимана. - М.-Милан, 1996). Вот что пишет исследовательница: "события, происходящие в троянском мире, уводят за пределы греко-малоазийского круга. Они очерчивают территорию, обозначенную Тавридой или Тавро-Скифией (и Гиперборейской страной…) Очевидно, славяне имели прародину на той северной территории, которая стала центром создания будущей "истории Трои". Кроме того, нам хотелось бы привлечь внимание к одному грандиозному, исключительному по форме, смыслу и функции памятнику - Каменной Могиле…". Среди её изображений - и корабли, и письмена крито-микенского типа (по Б. Д. Михайлову), и отвечающая троянскому мифу (по Ю. А. Шилову) сцена борьбы Артемиды да Ориона за Золотого Пса, воплощавшего душу самого Зевса.


3. Маршрутом аргонавтов и Одиссея

Над входом в храм Аполлона в Дельфах было выбито подобие "Э" дужкой книзу. Астрономы доныне обозначают так созвездие Овна, сменившее Тельца во главе солнечного зодиака в 1720-1700 годах до н. э.
С воцарением Овна связан миф о Золотом Руне - шкуре Овна, принесенного в жертву Зевсу. За той шкурой (на которой, по одной из легенд, были записаны священные тексты) отправились - на корабле "Арго" - славнейшие из героев Эллады. Им покровительствовал Аполлон. А курс их пролегал до Колхиды или же, вероятнее, до знакомого нам острова Эя, где проживала Медэя.
В указанные выше года случилось такое землетрясение, что пали дворцы и прочие строения Крита, а люди надолго покинули остров. Очевидно, эта же катастрофа разрушила Трою-V. От землетрясения погиб и следующий город (1700-1250 годов до н. э.). Вероятно, то был очередной "Всемирный потоп", совпавший с правлением легендарного царя Огигоса - родича Атланта и предка неких "мстительниц" (амазонок?). Царю принадлежал одноименный (позже Левка, ныне Змеиный) остров напротив устья Дуная, имевшего тогда два русла; старейшее впадало в Адриатическое море. На остров Огигоса попали души троянцев Патрокла, Ахилла, Елены; тут же Калипсо - дочь Атланта - семь лет удерживала Одиссея. Странствия аргонавтов, а затем Одиссея (отец которого Лаэрт был среди героев "Арго") случились накануне и сразу после Троянской войны.
В первом из этих походов участвовал знаменитый Геракл. Несколько опережая спутников, герой навестил Атланта - владения которого находились на берегах Тритонского озера (теперь там Мраморное море), - а потом также Трою. Там в то время правил Лаомедонт - правнук Дардана и отец Приама, царя Трои времён 10-летней войны. В Трое герой победил змия, разрушившего ту треть её крепостной стены, которую построил Эак. Победив, Геракл освободил от гада Гесиону, дочь Лаомедонта. Тот пообещал Гераклу за подвиг пару коней, но затем попытался дурить. За это герой наслал на Трою первую войну, а Гесиону отдал за сына Эака. После таких вот событий Геракл последовал то ли на войну с амазонками, то ли в поход с аргонавтами. А затем попал в низовья Борисфена (Днепра) - где его кони оказались во владениях змееногой богини. У неё от Геракла родилось три сына, ставшие родоначальниками агафирсов, гелонов да скифов.
По имени младшего назвали страну, а по имени среднего - город-державу Гелон. Его окруженное рвом, валом, деревянной стеною пространство в 4400 га было наибольшим в тогдашнем мире, равняясь совокупной площади Вавилона, Корфагена и Рима. Название 'Солнечного' Гелона не случайно совпадает с Элленом (легендарным родоначальником эллинов-греков и основателем их Эллады), а также с Еленою - виновницей 10-летней войны Трои-Илиона, руки которой добивался троянский царевич Гелен. К тому же города-государства Илион и Гелон роднят не только созвучные названия с одинаковым значением - но и трёхчастность их укреплений, но и родословные вышеназванных троянцев Эака и др. выходцев из Северного Причерноморья, но и подобность подвигов Геракла возле Гелона и Трои.
Его странствия, тем более в связи с экспедицией аргонавтов за шкурой Овна, носили календарно-ритуальный характер. Об этом очевиднее всего свидетельствуют 12 (месяцев!..) подвигов Геракла ('Герой прославленного', 'Героя'), заданные ему богинею Герой - 'Годом', сестрой-супругою 'Неба'-Зевса. Основание данного мифоритуала, как и поход команды "Арго", находится в русле рассматривавшихся выше странствий жрецов 6200 г. до н. э. и последующих лет, включая "странствия гиперборейцев".
Одиссей, повторивший вскоре маршрут аргонавтов, Атлантиды уже не застал. Ибо её, как отмечено выше, уничтожили какие-то землетрясения и потопы XVII-XIII веков до н. э. Вероятно, что атланты переселились из Гипербореи (Северного Причерноморья) на берега Тритонского озера вследствие потопа 1700 г. до н. е., а отстроенный ими здесь полис оказался на дне Мраморного моря после землетрясения и проч., разрушившего и Трою в 1250 г. до н. э. (Впрочем, верхняя дата может быть удревлена до 5550+20 г. до н. э., как датируют ныне геологи воссоединение Чёрного моря со Средиземным.) Не исключено также, что пращуры Одиссея были из Одиссы-Ориссы-Орияны тех же времён, и что кто-то из его команды принял участие в основании Гелона. Как бы там ни было, а конечным пунктом Одиссея тоже, как и аргонавтов, стал островок Эя у берегов (нынешнего Керченского пролива и) возникавшей тогда Киммерии. На этом острове - перед входом не только в Меотийское море, но также в потустороннее царство греков Аид - жили волшебницы: Медэя да её тётка Киркея (Кирка, Цирцея). А ключи от 'Непроглядного' Аида (оставшегося, вероятно, на дне Меотиды) были у Эака - смертного сына Зевса… Упомянутые же Геродотом странствия Арги и прочих гиперборейцев, служителей Аполлона да Артемиды, исследователи относят к VIII и предыдущим столетиям до н. э.
Итак, если историю цивилизации Европы начинать даже традиционно - с легенд и мифов Эллады, но чесно прочитанных - то и они приведут нас к Северному Причерноморья, к его Орияне и Аратте ІІІ, по крайней мере, тысячелетия до н. э.
Тогда две названные части индоевропейского прагосударства переживали глубокие преобразования и "демографический взрыв". Из них, вслед за шумерами, один пред другим расселялись лелеги-пелазги, эллины-греки, арии, более-менее родственные им всем пра- и славяне: русены-этруски, ваны-энеты. Затем, уже во II тыс. до н. э. проявились сколоты, орияне и борус(тен)ы, киммерийцы, гелоны, иные "гиперборейцы". И когда Влес-книга говорит нам: "киморы - то отцы наши", - это значит, что именно на основе таких коренных "останцев" (по древнерусской летописи, разъясненной Б. А. Рыбаковым) аратто-арийской сообщности и появились на исторической арене славяне.
Рассмотрим же общее происхождение, а затем формирования восточных и западных славян, унаследовавших корень араттской, древнейшей в мире государственности-цивилизации.

 

VI
Происхождение славян


1. Глубины исторической памяти

Жизни семей (укр. родын) и народов сходны между собой. Проживают, скажем, в каком-то селе Ивановы. Дед, а то и прадед живы ещё, а уже подросли внуки-правнуки, отцы которых достигли расцвета и теснят своих старых родителей. Эти три-четыре поколения - словно разделившиеся, но сосуществующие родные народы. Взаимоотношения между ними могут сложиться по-разному, причём и поврознь, и в общем жилище. Различными образами можно исследовать учёным, писателям и проч. их судьбы-судьбу. Можно, например, доказать, что у Петра да Сидора общая разве только фамилия; что у прадеда Никиты и правнука Николки - матери не только разные, но из враждующих сёл… Ситуаций много, различные цели преследуют их исследователи.
Цели должны служить бытию, а не наоборот. Недаром же Лев Силенко три раздела-"дня" своей "МАГА ВІРА" назвал "Совесть Исторической Науки". Увы, авторам первых томов официозных изданий историй славянских народов, увы! Общая история родов-племён-народностей-народов, перечисленных в конце предыдущей главы, подаётся - по чужеземным указкам ещё IХ-XVIII веков - навроде тех Петра да Николки. В современной историографии господствуют те из учёных, которые так или иначе выполняют "социальный заказ" - политиков вкупе с церковниками - по "омолаживанию" славян и других индоевропейских народов до библейских Сотворения Мира да Рождества Христова. Находятся даже, и немало, такие патриотов, которые усматривают добро в этой лжи: "молодой мы народ, энергичный!". Пускай, мол, правнук Николка в хате правит, а прадед Никита - ума от него набирается… Между тем, "история - учительница жизни", а не пособие для суицидоносных губителей цивилизации. Убить её - мировыми войнами, голодоморами, злоупотреблениями научных свершений - нетрудно: стоит лишь начать перелицовывать историю по Талмуду, по "Капиталу", по "Майн Кампф". А начинают с отсечения венедов от (в)энетов, этрусков от русенов, склавинов от сколотов; с приписывания воскресающему Индре кровожадности библейского Самсона да вседозволенности "истинного арийца" и проч… есть - увы! - и такие, вполне благонамеренные, интерпретаторы истоков славян.
Факты, исследование их истинных взаимосвязей, обнародование восстановленной этим картины - вот где проявляется совесть историка! Таким был В. Н. Даниленко. Далеко не святой, но старался. Как и его научный соперник Б. А. Рыбаков - своим "Язычеством древних славян" (1981) доведший до логического завершения высший виток развития советского славяноведения, начатый "Космогонией первобытного общества" (1965, 1997-1999) Даниленко, рукопись "Этногенеза славян" которого украли коллеги. Увы!..
В названной книге академик Рыбаков впервые поставил вопрос о началах народов не от первых письменных упоминаний о них, а от глубин их собственной памяти - запечатленной в традиционных узорах, преданиях, мифах. При этом он показал, что славяне помнят о мамонтах - вымерших в Европе около 14 тысячелетий назад!.. Между тем официально (см., например: П. П. Толочко и др. Давня історія України. - К., 1995) продолжают считать, что доисторическое, т. е. дописьменное, прошлое праславян не глубже середины ІІ - конца І тыс. до н. э., а "письменные источники фиксируют славян в середине І тыс. н. э., когда последние выступают на историческую арену Европы в виде уже сформированной могучей общественно-политической силы" - которой до этого, мол, у славян не бывало. Стоит ли говорить, что вышеуказанные книга и выводы Рыбакова тут не приводятся - хотя ссылки на менее важные публикации есть.
Приведя составленную академиком Рыбаковым карту прародины славян от истоков Дона до устья Одера, авторы "Давньої історії України" не привели его пояснений: то была общность праславянского этапа (последовавшего за протославянским и пращурским, представленными свидерской, трипольской и др. археологическими культурами ХІІІ - ІІ тыс. до н. э.), отраженного тшинецкою культурой ХV-XI веков до н. э. и за нею последующими. Не стоит и говорить, что остаются невыясненными связи славянско-"тшинецкой" культуры с предшествующими "среднеднепровской" и "трипольской". А ведь исследование её приморского или "усатовского" ответвления способно раскрыть тайну тогдашнего появления (в)энет(д)ов и прочих славянских племен в Малой Азии, на Аппенинском да Балканском полуостровах и в др. западных регионах.
Следует подчеркнуть, что даже такие прогрессивные академики как археолог Б. А. Рыбаков да содружественный ему языковед О. Н. Трубачев (Этногенез и культура древнейших славян. - М., 2002), не отваживались преступать некоторых официальных ограничений. Поэтому они не ссылались в своих исследованиях ни на Веду славян (найденную сербским этнологом С. И. Верковичем в Родопских горах и дважды изданную в конце ХІХ в.), ни на Влес-книгу, которая начинает историческую память славян именно со времён мамонтов - с 21-тысячелетнего прошлого. Такая дата согласовывается и с одним из мифов Киевщины (В. Гузій. Золота очеретина. - Броварі, 1997), относящим начало света на 198 столетий назад. ХІХ тысячелетия до н. э. достигают легенды древнейшего в мире архива Каменной Могилы (А. Г. Кифишин. Древнее святилище Каменная Могила. - К., 2001).
Говорить о существовании в те времена славян нельзя - ибо тогда не существовало еще их пращуров: носителей индоевропейской и даже евразийской общностей. Однако это не мешает объяснить указанные даты двумя обстоятельствами. (Мы касались их во вступлении к книге, но стоит здесь повториться.) Во-первых, максимальным оледенением Европы в ХХ-ХVII тыс. до н. э. Оно привело к открытию календарей и зарождению письменности да истории - т. е. к фиксированию и анализу событий с целью предусмотрения подобных катастроф и др. Во-вторых, прапращуры славян оказались на стержне формирования древнейшей исторической памяти. А её хранители стали и первыми "историками" Каменной Могилы да подобных святилищ, и прямыми предками славян.
Еще категоричнее, нежели академик Б. А. Рыбаков, призывал "прислушиваться к народному мнению, а не к измышлениям ученых" историк-самоучка Ю. П. Миролюбов. Ему принадлежит честь обнародования как Влес-книги, так и "Сказов Захарихи" (Мюнхен, 1990), названных так по прозвищу народной сказительницы. Эта украинская крестьянка была, наверное, из плеяды последних "историков" (см. выше) - которым надлежало слово в слово запоминать и нести из поколения в поколение важнейшие предания. Такая передача священных знаний досихпор существует в Индии. Считалось, что в Росии подобная, былинная традиция сохранилась только на севере и достигает лишь кануна татаро-монгольского нашествия. Но когда Ю. А. Шилову (Прасторія Русі - України. - К.-Хм., 1998) удалось продатировать истоки украинских легенд и мифов о Берегине, Рахманском Великдне, Савур-могиле и др., - то открылись вдруг предшествующие Шумеру 6200-3102 годы до н. э.! V тысячелетием до н. э. - временами Триполья (Аратты) - датируют В. Гузий и Л. Шайнюк легенду болота Оврут о царевне с дитям на золотой ладье. "Сказы" же были отчасти записаны Юрой Миролюбовым в начале ХХ в. "с голоса самой сказительницы, другие же были воспроизведены по памяти". Истоки их достигают "допотопных времён" каменного века. В "Сказе про Родню Волынскую" представлен он так:

За ти стари часы, аж люди киями бились,
а ни каминного молота, ни секыры не знали,
а вместо ножа гострого костяницу брали (…)
И в ти часы найшли люди секыру каминную,
та молоты кременные (…)

Подобные сведения представлены и в украинской сказке "Про Дымка и зятя его Андрушка".


2. Когда же появились славяне?

Даже Б. А. Рыбаков не отважился, в вышеназванной книге, отнести начало славянского (а не праславянского) этапа ранее письменных упоминаний о них поздними римлянами да ранними византийцами, - ранее черняховской археологической культуры ІІІ-V столетий. Однако под конец своей долгой жизни, опираясь на исследования О. Н. Трубачева, он заговорил о том, что "сколоты времен греческих аргонавтов и классической Эллады VI-III вв. до н. э. - говорили на архаическом славянском языке!" и даже о "древних славянских племенах в ХV-IX вв. до н. э." (Б. А. Рыбаков. Древние славяне и античный мир // Всеславянский Собор. - М., 1998).
"Сказы Захарихи" и Влес-книга, так и не признанные академиком Рыбаковым, предоставляют возможность более точно определить появление славян - сначала под иными, а затем и под этим именем. И впредь не забудем, что писанная история на земле славян-украинцев - древнейшая в мире, достигающая (в архиве Каменной Могилы) не менее VII-ХІІ, а то и ХІХ тысячелетий до н. э.
Если свести воедино три упоминания "Велесовой книги" (на дощечках 2а, 2б, 4б; по Б. И. Яценко) 20-, а теперь уже 21-тысячелетнего прошлого, - то получится такая картина. Сначала был холод великий; с тех пор и живем, научившись зверя ловить и рыбачить, от страха (замерзнуть) уклонившися. Так пробыли одну тему (10 тысячелетий, до начала свидерской археологической культуры и соответствующей ей евразийской языковой общности) и начали грады ставить, огнища повсюду раскладать.
Слова о городах да огнищах отвечают реалиям державы Аратты, - которой был свойствен обычай периодического самосожжения-обновления древнейших на Земле городов. В основу их планирования закладывалось, как правило, 3 концентрических круга. Найболее выразительные упоминания городов Аратты во Влес-книге таковы (24в, 17б):

Имели в то время державу,
и в старину имели Кълоуне наше, и грады, и села, и огнища,
творившие Землю (…)
Наши грде клоум (города колом) ставить имеем,
яко и отцы наши (ставили)…

Кълоуне или Клуне (укр. клуня) - это 'Собрание', тождественное летописным "градам и весям" либо древнегреческим 'полисам'. К примеру, города-державы (да их окрестные села) Спарта, Афины и др. составляли Элладу. Такие же добровольные собрания городов-государств были характерны от Аратты до Киевской Руси включительно. Впрочем, в обоих и подобных им случаях классовый строй предполагал появление тиранов, царей и т. п., разрушавших исконные общинные взаимосвязи - и насаждавших рабовладельческие, а позже и феодальные…
Аратты могли быть родичами, а то и принадлежать к малоазийским, праиндоевропейским по своему происхождению хаттам (прямыми потомками которых стали вдальнейшем хетты да геты). Воспоминания об этом, кажется, есть в сказах "Про Хату-Русу" да "Про Землю Руську-Полянскую":

Были Пра(де)ды и Пра(ба)бы наши в краю полуденном,
и тамо жили. И позвали их "до хаты",
от ворога боронитися, а ворога отогнаты,
а колиж пришли Прады, Щури и Пращури,
то люди хатьские поховалися,
а Русы могли сами воевати и битися. (…)
А то еще до Кельчи было а до Комирей (…)
коли Руса была одна в степу
и звалася Хата-Рсуа [Руса?], и не мала она ворогов…

На дощечке 17б Влес-книги рядом с городами упоминаются еще и достойные оберегания праотцовские степовые хорпы - степные горбы-курганы. Они, как мы уже знаем, впервые распространились у ариев; но основаны были, наверное, в Орияне-Ориссе (не Ораза ли "Сказов"?). Именно для Орияны, центр которой находился наместе заложенного казаками-запорожцами села Усатово под Одессой, характерно сочетание города, сел и курганов.
Орияне неоднократно упоминаются Влес-книгою. Наиболее давние свидетельства (31, 38а, 5а) связуют их с частичным переселением ариев в индийский Пенджаб, с пребыванием там и с частичным же возвращением на прародину, в Поднепровье. Эти события разворачивались в средине ІІ - начале І тыс. до н. э. Однако засвидетельствованный при этом Сварог - божественное воплощение Солнечного зодиака - позволяет углубить возникновение славян (пусть даже под иным именем), самое малое, до 2300 г. до н. э.: так историки астрономии датируют возникновение данного Зодиака. С этим согласуется археологическая датировка "усатовского варианта поздней трипольской культуры": 3250-2250 годы до н. э. Выше мы познакомились с её святилищем-обсерваторией у с. Маяки. Привлекши сюда многочисленные символы Тельца, почитание которого было традиционным для всей Аратты (но лишь в Орияне-"Усатово" сочеталось с мужскими, а не женскими статуэтками), выдвигаем гипотезу о сложении именно здесь календарно-мифологических представлений славян о Свароге и Сварожиче-Дажбоге. Поскольку последний оплодотворяет коровоподобную Землю-Замунь (ВК 7є), то он - несомненный Телец. А тот господствовал в Солнечном зодиаке между 4440-1720 годами до н. э. Таким образом, вышеуказанные представления могли сложиться лишь в 2300-1700 годах до н. э. Это и есть дата начала славянского этапа развития нашего народа. В "Сказе про Старую Старовину" говорится:

То было так давно, что уже и давность сама
от старости выцвела, и уже не видно, что а как,
и только думка старых людей еще сохраняеть
вспомин про то, и поведаеть про те часы.
Так, коли еще Русы одразу жили на Земле,
на полуночи, а там были, и Гору Миру видели,
а та Золота Гора еще стояла крепко,
так был в Русах Царь Сварог,
а было у него много Царей разных, и все они
были Богами живыми, и носили их имено.
Ближними были возле Царя Сварога Перун-царь,
Волос-Царь, Дажбо, Себо, Ладо, Яро, Купало (…)
И вздыбилася Земля Оразкая, море кругом закипело,
дома стали падать, а люди не могли стоять,
и много коней, коров ноги поломало.
Тогда Царь Сварог приказал лоди готовить (…)
и от Земли Русов плыть на полудень. (…)

Народ, начавший почитать Сварога-и-Дажбога, был если еще и не руским, то, несомненно, славянским, - по этнокультуре. Но назвал он себя так не сразу. Не тогда, когда у Всемирной "Горы Ми(е)ру" (Тавриды?) начали формироваться аратто-арийские Веды, а вскоре случился "Всемирный потоп" и Шумер отошёл от Аратты. В ней уже, вероятно, существовали те два самоназвания, которые известны нам благодаря Влес-книге (38а, 7є и др.): огнищане да кравенцы. Можно полагать, что имя первых происходит не только от 'очага' (укр. 'вогныще'), но и от присущего Аратте периодического самосожжения своих "городов и весей". Второе имя тоже неоднозначно. Это и 'кровнородственные', но и 'коровичи' тоже - ибо считали себя детьми Дажбо(га)-Тельца и коровы Замунь-Земли.
Про ориян, произошедших от араттов и ариев, мы уже знаем. Вместе с ними во Влес-книге (6а и др.) действует племя борусы. О связи их названия с Борисфеном-Днепром сказано выше. Дату их появления можно связать с концом (2250-1500 годы до н. э.) Орияны, когда происходило расселение Борисфеноса и др. родственников гиперборейца Пелазга на Запад, а также ариев на Восток. Названия ориян и борусов принадлежали, наверное, союзам племен поморян да поднепровцев, родословные которых тяготели к Орияне и Борусии, наследникам Аратты.
К древнейшим славянам относятся также сколоты, описанные Геродотом. Он указал их возникновение за тысячу лет до нашествия персов на Скифию (514-512 г. до н. э.), то есть в ХVI в. до н. э. Вопрос о принадлежности сколотов к славянам неплохо проработан Б. А. Рыбаковым (Геродотова Скифия. - М., 1979).
О появлении самоназвания сла(о)вяне где-то на рубеже ІХ-VIII столетий до н. э. Влес-книга (38а и др.) рассказывает так. Частично переселившись вместе с ариями в индийский Пенджаб, орияне и борусы впали в усобицу. Однако часть их соединилась в союз и, нарекши себя славянами или словянами (от "славословия Богам"), велела Орию-отцу вместе с его тремя сыновьями вести их оттуда:

И пошли с Кием, Щеком и Хоравом, тремя сынами Иревыми,
иную землю глядеть.
И с того времени начался род славень аж до днесь (…)
И пошли из края Иньска куда глаза глядят.
Прошли по земле Перской пошли дальше (…)
Прошли мимо Каялє иде ду Непре (…Калки и пришли до Днепра),
яко той всякой пре граничить имеет и быть препоною для врагов.
На том Днепре имел осесть родъ слвенъ.
А те (местные жители) были (также ?) огнищанами,
и каждый имел (землянку и родовых)
… щуров и пращуров,
которые померли века тому назад.
Тем богам почтение имеем да(ва)ть и от них радости имеем.
И поставил перво(-наперво) родъ слвенъ молебище
в грду Индикииву, названном Киев.
И в нем стали селиться.

Итак, индийские славяне вернулись на Правобережье к своим давним родичам-огнищанам - которые помнили их и предоставили для проживания некий Киев. Поскольку современная столица Украины тогда еще не возникла, то тем Индо-Киевом могло стать одно из 12 городищ чернолесской археологической культуры - которуя исследователи относят к сколотам. Пришлые славяне объединились с ними и постепенно распространили тут своё самоназвание.
Восточными, степными соседями и родственниками лесостепных сколотов в начале І тыс. до н. э. были киммерийцы, известные уже автору "Одиссеи" ХІІ-VII веков до н. э. (в рамках которых датируют жизнь легендарного Омира-Гомера). До недавнего времени историки затруднялись определить место киммерийцев в среде индоевропейских народов. Преобладало мнение, что они - как и скифы - являются потомками иранского ответвления бывшей арийской ("индо-иранской", как условно её называют) общности. Но в последние десятилетия О. Н. Трубачев доказал индоарийскую принадлежность киммерийцев, а также их большую - чем у скифов - близость к славянам. Это отвечает Влес-книге (6е): "были кимории также отцы наши". Заверяется в том (2а), что на Руской земле извечно был общий корень славян и киммерийцев; что после возвращения первых из Индии (а затем из Вавилонии) вторые это признали -

ибо суть братчики наши и подобны нам,
и в опасности боронили нас от зла.

Будучи наиболее родственными ориянам и борусам, сколотам и киммерийцам, постепенно интегрируясь с ними, славяне ІІІ-І тысячелетий до н. э. оставались близкими родичами и пелазгийско-греческих племен - часть которых оставалась на общей аратто-"индоевропейской" прародине, то есть в Украинском Поднепровье. Эти племена известны (по Геродоту и др.) как тириты, "калипиды - эллинские скифы", ализоны, гелоны. Они частично в дальнейшем - как и некие части ариев, киммерийцев, тавров, скифов, др. народностей - вошли в формирование славянско племенной общности рубежа первых тысячелетий до нашей и нашей эр.
Очерченная картина коренным образом отличается от ныне наиболее принятой. Согласно ей, славяне - это наиболее периферийная часть (а не ядро, как у нас) индоевропейской общности, от которой на протяжении III-II тыс. до н. э. (а не изначально, с 6200 г. до н. э.) откололась и распалась (а не осталась и впитала) на составные та часть, из которой вышли прагерманцы, прабалты, праславяне (а не славяне 2300-1700 годов до н. э.). Эту устаревшую позицию отстаивает, в частности, Ю. В. Павленко (Праславяне и арии. - К., 2000). А на картину, родственную очерченной нами, впервые вышел О. Н. Трубачёв (Этногенез и культура древнейших славян. Лингвистические исследования. - М., 2002), заговорив "о славянском как особом индоевропейском языковом типе", наиболее адекватная модель которого нуждается в дальнейшем научно-исследовательском насыщении "конкретным лексическим, историко-этимологическим содержанием". В русле разработки данной концепции - и наши "Пращуры".


3. Что означают названия (У)Краина и Русь?

Выше отмечено: во времена господства пелазгов афиняне назывались кранаями-'краянами'(?). Существовали и другие индоевропейские племена, именовавшие себя карны, крайны, краяне. На месте нынешней Черногорской Крайны существовала тогда Акарнания, которую позднейшие авторы считали "настоящей отчизной славян". Показательно, что средневековые итальянцы в слово карниола вкладывали смысл как 'коренная' или 'настоящая', так и 'малая' Страна (укр. (В)Крайина; рус. Малороссия) - в отличие от большой либо окраинной, периферийной. "Потомки древних крайнов до сих пор сохранили название, переданное им пращурами, их страна теперь называется Крайна (Украина). Подобные местные названия встречаем во всех странах, населенных славянами", - определил полтора столетия назад А. Д. Чертков. А современный лингвист О. Н. Трубачев указал наследование Украиною не так 'Белой' (по его мнению) Руси, как 'Края'-Антии. Подобную позицию отстаивал археолог М. Ю. Брайчевский (Походження Русі. - К., 1968).
Значения древнейших проявлений Акарнании, Украины и т. п. следует искать в соответствиях Аратте, Уруку, Урашу, Урану... Приставки А- и У- означают здесь высшее (противоположное земному) качество, божественный ранг. А-Ра-тта - 'Под Солнцем территория'; У-Ра-(а)н - 'Сосредоточия Солнца небо'. В таком же духе - укры, как краяне и жрецы. Возможно, что древнейшие из них были сосредоточены в районе Боспора Киммерийского, который со времён Одиссея стал накапливать предпосылки смены названия на Керченский пролив.
Что тянуло сюда - на гиперборейский остров Эю, в предверие потустороннего Аида - чуждых, на первый взгляд, этому краю аргонавтов и Одиссея? Легенды повествуют о Золотом Руне со священным писанием и о местных волшебницах Медэе и Цирцэе. Вторую греки знали как Кирку. С нею родственны названия близлежащих античных местечек Кокур и Укрух. Все подчеркнутые выше названия происходят (по О. Н. Трубачеву) от индоарийского кр-: '(узкая) горловина' (укр. карк). И Кирк(ей)а из "Одиссеи", и укры-волхвы "Велесовой книги" - действовашие "во граде малом на берегах морских руских" - предвещали смертельную опасность и научали людей её избегать. К этому же, по-видимому, клану относился и Криве, легендарный пращур славянского племени кривичей из прибалтийской Пруской Крайны. В этих краях - от Нарвы до Дании - было столько укров (укранов, уктриан), что германцы назвали их страну Укер-марк. Трудно сказать, местные народ или жрецы подвигли чужаков на такое название. В пользу первого говорят самоназвания племён укров из долин рек Вакр (Вкра, Укра), притоков Вислы и Западного Буга.
Итак, к началам І тыс. до н. э. - І тыс. н. э. на берегах Керченского пролива, вдоль Северной Адриатики, а также на территориях Волыни и Дании сложилось, по крайней мере, четыре (У)Краины - 'Священных земель', возглавлявшихся жрецами с подобными названиями. Однако вместе с тем поднимался уже второй (согласно иерархическим традициям Аратты и Ариана) общественный слой - воинов, а не жрецов. Соответственно, распространялось и укоренялось другое название - слоя, племен, стран, народов. Это название происходило от аратто-арийского раджанья-расья-русь.
Как и у укров ('краян'; 'горловинных'), у русов тоже были праназвание и празначение. Они происходили от индоевропейского тау(в)руса - 'быка', но также 'Тельца'. Заметно, что данный этноним зародился от днестро-днепровских Орияны (Ориссы) и Борусии с начала ІІ, а то и со средины ІІІ тыс. до н. э. Ибо в середине ІІ тыс. до н. э. уже существовали орияны и борусы, принявшие участие в походе ариев в Индию. Назад же те, которые объединились в славянский союз и решили вернуться,

были отцом Орием в край руский ведены,
ибо всегда там пребывали.

Так свидетельствует Влес-книга (2а). А подтверждением "бычье-Тельцовой" первоосновы Руси есть такое, знакомое нам уж, свидетельство (7є):
И Дажбо нас родил кренз краву Замунь,
и потому (навеки) будем кравенце а скуфе -
анты, русы, борусы и сурожцы.
Так стали дедь русове.

В переводе на современные понятия текст звучит так:
Бог-Телец породил нас чрез корову-Землю,
и потому пребудем коровичами да скотичами(-бычьими) -
анты(краяне), русы(-воины), бо(жьи)русы и сурожцы(-солнечные).
Так (вот и) возникли деды русичей (-войничей).
Подытоживая уже сказанное в данном разделе, можем отметить ещё одно обстоятельство. Переход преобладания от коровы (но также Земли) к быку (к Небу-Тельцу) отвечает окончательному вытеснению матриархальных отношений патриархальными, наиболее свойственными воинскому сословию общества. Появление сармат с их 'царствующими матерями', отважных воительниц 'материнских' меотов и даже воинствующих амазонок-'мужененависниц' остановить распад традиций матриархальной Аратты(-Арты-Арсании) уже не могло. Но её обычай сватовства девушки к парню (а не наоборот) практиковался в Украине ещё и в XVIII веке…
Бытуют и другие научные пояснения названия Русь. Так, А. Вельтман акцентирует в ней значение 'родовых владык' - что может быть производным от вышерассмотренного нами значения русов. Для Н. Ильина же "понятое как сияющая влага имя Русь есть символ жизни, озаренной небесным светом Солнца". Этому отвечают праиндоевропейские еще названия Ра-'Солнца' да Расы-'Реки', которые нисколько не противоречат Тельцу - ни зодиакальному, ни увлажняющему землю с небес. А О. Н. Трубачев полагает, что Русь - это 'Светлая, западная' сторона (открывающая появление созвездию Тельца и прочим ночным светилам, дополним тут от себя)… Как видим, неразрешимых противоречий среди различных трактовок этнонима Русь не существует. И они вовсе исчезают при учёте многозначимости первобытных понятий, отличных от современного стремления к однозначности.
Отдельных рассмотрений требуют наметившиеся выводы о восточном происхождении самоназвания славяне, западного - русь, центрового - (у)краинцы. Сосредоточим внимание на двух первых. Третье же в доказательствах уже не нуждается: Украина доныне сберегает и территорию, и (в меньшей мере) уклад да культуру Аратты - ядра "индоевропейской языковой общности".

 

VII
Западное расселение славян

1. Русь и (ве)энет(д)ы

Преодолевая ошибочную теорию позднейшего происхождения славян от "индоевропейцев" путём прогрессирующего раскалывания сего "пранарода" на блоки (в том числе "германо-балто-славянский" и т. д.), академик О. Н. Трубачёв заметил "ориентацию славянского не на связи с балтами, а на контакты с более западными индоевропейцами - германцами, италиками, кельтами". Это верно в отношении славян как этно-лингвистического образования, т. е. как 'народа с (определённым) языком'. Что же касается самоназвания данного народа, то Влес-книга раскрывает такую картину: древнейшая в славянской среде русь - от Руса, мол, младшего сына праотца Богомира - сложилась на северном побережье Адриатики (16, 22, 9а), а оттуда уже довольно распространилась к возвращению славян из Пенджаба (10, 2а):

А после Богумира был Орий со своими сынами.
А когда гуны начали большую войну (…)
то мы пошли прочь, туда, к Руси (…)
и были отцом Орием в край руский ведены,
потому что всегда там пребывали.

"Сказ про Царя Замаха" (Ю. П. Миролюбов. Сказы Захарихи / Собр. соч., т. 16. - Мюнхен, 1990) подчеркивает двойственность этой родственной, в целом, среды: "И стали с того часу Русы собе, а Словени особистее".
Итак, этноним русь коренился в Орияне и Борусии рубежа ІІІ-ІІ тыс. до н. э. - и был знаком да признан теми славянами, которые в первых столетиях І тыс. до н. э. вернулись в Поднепровье из индийского похода. "Велесова книга" рисует тот поход мирным (хотя и весьма напряженным), возглавленным туда Индрой, а оттуда Орием (Иром и т. п.), - скорее жрецами, чем воинами. Иначе выглядит история первичных русичей, основная миграция которых из Поднепровской прародины пошла на запад (через Чёрное море), а окончательно вернулась (уже из Пибалтики) лишь под конец І тыс. н. э. За 2,5-3 тысячелетия такого миграционного круга в Западной и Центральной Европе прижилось немало Росав, Ростоков и т. п. - около 30 из которых сосредоточено на одном лишь балтийском острове Рюген.
Показательно, что не украинские, а именно русские сказки да былины сохранили отзвуки древнейшего переселения славян на Запад - причём начиная со времён исторической Атлантиды XVII-XIII веков до н. э. А. И. Асов (Атланты, арии, славяне: История и вера. - М., 2000) пришёл к такому выводу, сопоставляя Атланта со Святогором. Их жён звали Плейона и Пленка. Вторая нашлась за морем, в царстве Алтынском. Прослеживается также перекличка мотивов: золотых яблок из сада дочерей Атланта, охранявшегося змием Ладоном - и золотого же алтына да змиевны, ставшей 'супругою'-ладой Алтын-богатырю (как прозывался ещё Святогор)… Можно полагать (вопреки Асову), что речь здесь не о той Атлантиде-ІІ, которая покоится на дне Мраморного моря, а о её предшественнице-І в устье Буго-Днепровского лимана, около 1700 г. до н. э. затонувшей в окрестностях острова Березань. "Алтынское царство" вероятнее связывать с торговым укреплением Алектор ('Янтарь', тоже золотистый и служивший деньгами), существовавшем в указанном районе до поздней античности (О. Н. Трубачёв. Indoarica в Северном Причерноморье. - М., 1999). По-видимому, в договоре древнерусского князя Игоря с византийцами Алектор назван вторым своим именем - Элевферия. Это название связано как с греческим мифом о странствующем божестве Триптолеме из Элевсии, обучившем скифов земледелию, - так и со сказочным Кащеем Трипетовичем, которому перед погоней за Иваном Годиновичем понадобилось зачем-то "пшеницу посеять, дождаться урожая, хлеб испечь да наесться". Между тем, древнее племя элевсинов, породившее знакомых уже нам (в связи с гиперборейцами Пелазгом да Атлантом) Ахелооса и Огигоса, было близкородственно атлантам (А. Г. Кифишин. Геноструктура догреческого и древнегреческого мифа / Образ - смысл в античной культуре. - М., 1990). А Элевферия и Алектор имели промежуточные формы названий. Так, в "Голубиной книге" (близкой к центральной части "Веды славян" из Родоп) говорится:

Камням камень мать
Кармаус камень Илитор;
И лежит он у моря Теплого,
На восточном устье Волгском;
А коя рыба с моря пойдёт,
И о камень потрётся,
И на Русе той рыбы ловцам не добыть…

Здесь "море Теплое" - Чёрное, в экватории "Илитора" (у Березани) которого доныне есть косы Волошская да Руская. Название первой из них происходит не обязательно от валахов (средневековых румын, а ещё ранее - кельтов); может быть и от волхвов - хранителей древних преданий и проч.
Имеем, таким образом, ещё одну линию доказательств западного исхода древнейших русов из приморской Орияны(-Ориссы-Одиссы).
Западные русы происхожением из этой страны впервые проявились в Трое времён 10-летней войны. Их название сочеталось там с речкою Рса, унаследовавшей, возможно, традицию ведической Расы (Роси и т. п.). С той поры ру(а)сенами ('рускими энетами'?) называли себя выходцы из разгромленной греками-дорийцами Трои, более известные в истории как этруски. В италийской Этрурии - куда переселялись из Троады и до, и после легендарной войны - какое-то время существовала Расия, упомянутая на гробнице троянца Энея…
Безусловным показателем родства русенов-этрусков со славянами можно считать словарь, составление которого в середине ХІХ в. было начато А. Д. Чертковым, Ф. Воланским, Е. И. Классеном (Новые материалы для древнейшей истории славян… - М., 1854; СПб., 1995). Показательно приэтом большее сходство украинского языка, сохранившегося в пращурском крае:

агна - ягнёнок патакс - птица (укр. птах)
аки - как пеланос- "батон" (паляниця)
багети - богатый перома - паром
весперина - ужин (укр. вечеря)
влок - волк пулу - поле
врага - враг ртеле - тщательно (ретельно)
гаразд - хорошо (гаразд)
гуре - гора руна - рана
двар - дверь санкус - солнце
дивиана - девушка (дивчина)
домус - дом секурис - топор (сокыра)
жеуна - жена сестра - сестра
живас - живой скатера - скатерка
жупанос - кафтан (жупан)
зар - жар скрипиум-сундук (скрыня)
заутсас - заяц сопила - сопилка
италя(>Италия) - телёнок (тэля)
каледонес - колядки спака - собака
ката - изба, угол (хата, кут)
кондулус - кадалы талан - талант
кориус - кора тамас - усталость (втома)
либ - хлеб тес - тес
лоена - льняной турс - тур
луес - лой уна - юна
мак - мак цена - цена
млусна - мгла; томительно (мла, млосно)
пан - господин (пан) Еней - Эней, Юней (чех., болг.)

Наряду с общим фоном, случаются и весьма специфические, ключевые факты… которые игнорируются официальной наукой не менее, нежели вышеприведенный и т. п. словари. Взять, например, исследованные М. Бором (П. В. Тулаев. Венеты: предки славян. - М., 2000) бронзовую таблицу с венедской грамматикой, а также более древнюю золотую пластину с двойным текстом на языках этрусков и финикийцев. Двух этих находок достаточно, чтобы навсегда покончить с "научной аксиомой" неизвестности языка (в)энетов-этрусков, письменность которых неподдается-де расшифровке. Ан нет! официальная наука продолжает стоять на том, что "Velianas sal cluvenias" пластины - не указание написанного 'Велианосом-cловенином', а нечто непосильное для современных академий с военными дешифровальщиками вкупе. Да, непосильное для преодоления политическо-церковной доктрины о варварстве славян дохристианских времён…
Как выше уже отмечалось, "Велесова книга" (16, 22, 9а) связует возникновение русов (да и древнейших, доиндийских славян) с семейством праотца Богомира:

В давние времена жил Богумир, муж славы;
имел три дочери (Древу, Скреву, Полеву)
и двое сынов (Сиеву и Руса)…
Аж тут мать их, которую звали Славуна (…)
От них три роды пошли, что были славянами.
От них (дочек) происходят древляне, кривичи и поляне,
(от сынов же) происходят сиверяне и русы.

О возможной связи Богомира с троянским Омиром-Гомером сказано выше. Не исключено также отношение Руса к стране (?) энетов-ру(а)сенов Расии у северных берегов Адриатики. Помимо Влес-книги, имена Бого(у)мира, Руса и др. упоминаются также на статуэтках античных времен из языческого храма славянской Ретры - города в низовьях Эльбы, разрушенного немецкими крестоносцами в 1067-1068 годах (А. И. Асов. Славянские руны и "Боянов гимн". - М., 2000).
Согласно "Велесовой книге", продвижение русов от Адриатики на север ознаменовалось отделением от них венедов. Первые в начале І тыс. до н. э. образовали Карпатскую Русь (ВК: 5а, 6д, 9а), а вторые дошли до Прибалтики (8, 18а, 36а) - где их с V в. до н. э. упоминают античные авторы. Троянский первоисток этого общего, сперва, продвижения подтверждается легендой из "Летописи Великого князя Литовского и Жемайтийского". Рассказывается о римском князе Палемоне, который вместе с русом Ульянусом да ро(у)гом Эктором возглавили поиск новых земель для сородичей. В комплексе приведенных имен современные исследователи узнают троянских Гектора, Одиссея (рим. Улис), Пилемона (предка императора Нерона). Невероятно! - но вполне объяснимо с учётом традиции вышеупомянутой Ретры, связанной также с Влес-книгой.
Древнейшие следы венедов обнаруживаются в низовьях Дона и Кубани, а также на Кавказе - где на берегах озера Севан возник один из выдающихся центров арийских племен рубежа ІІІ-ІІ тыс. до н. э. Через тысячу лет в державе Урарту, возле озера Ван, правила династия Руса. В тех же краях обитали ваны. Не исключено, что современные грузинские сваны - часть их потомков. Более определенно такое можно сказать о ванах римских времен, когда та народность частично - в союзе с асами - переселилась сушею в Скандинавию. По Снорри Стурлусону (1179-1241):

Страна в Азии к востоку от Танаквисля ['Танак-река', Дон] зовется Страною Асов или Жилищем Асов, а столица страны называлась Асгард. Правителем там был тот, кто звался Одином. (…) Один пошел войною против Ванов, но они не были захвачены внезапно и защищали свою страну (…) Он направился сначала на запад к Гардарике ['Города арийские', Дандарика либо Причерноморская Русь], а затем на юг в Страну Саксов. (…) Потом он отправился на север, к морю, и поселился на одном острове. Это там, где теперь Остров Одина на Фьоне (…).

Не страну ли Ванов гомеровская "Илиада" называет Энетия? Её соседство со скотоводами-месхами указывает на Кавказ. Однако может сопоставляться и с островом Аэней либо Аиван, как иногда называли известную уже нам притаманскую Эю. Из той Энетии, по Гомеру, вывел своих (г)энетов в малоазийскую Троаду царь Пилемен (см. выше). А после троянской войны дальнейшее их переселение в Италию возглавил знаменитый Эней. Древнегреческий "отец истории" Геродот (І: 196) знал энетов еще на севере Адриатики, а его современник Софокл - уже на юге Балтики, получившей затем наименования Венет(д)ское да Руское море.
С происхождением названия Русь мы разобрались и знаем, что русы - воинственные 'быки'. Ваны-энеты-венеды же происходят от индоарийского (санскритского) ванд - 'прославлять'. Однако как первый, так и второй этнонимы - неоднозначны. Поэтому термин ванд связуется не только со 'славянами', но и со 'страною-краем' (ант) и с 'выкупом' (вено). Вполне вероятно, что последнее значение обретали названия тех переселенцев-славян, которые отправлялись соотечественниками искать себе вольных, не перенаселенных земель - каковым стал их коренной Край (Аратта - Арта - Арсания и др.). Отправители давали своим переселенцам славное приданное-откуп словно невестам: на обзаведение хозяйством на чужбине, на новой отчизне…


2. Сколоты и кельты

Выше мы рассмотрели как, преимущественно, водные миграции из причерноморской Орияны-Ориссы, так и миграции сухопутные. К последним переселениям на запад причастились, по-видимому, и сколоты. Их возникновение Геродот (ІV: 5-7) отнёс за тысячелетие до нашествия персов на Скифию - то есть к XVI в. до н. э.

Первым жителем этого необитаемого тогда края был человек по имени Таргитай (…) а у него было трое сынов: Липоксаис, Арпоксаис и самый младший - Колаксаис. В их царствование на Скифскую землю с неба упали золотые вещи: плуг, ярмо, секира и чаша. (…) Так вот, от Липоксаиса, как говорят, произошло скифское племя, называемое авхатами, от среднего брата - племя катиаров и траспиев, а от младшего из братьев - царя - племя паралатов. Все племена вместе называются сколотами, т. е. царскими. Эллины же зовут их скифами.

Исследователи сходятся на том, что сколотов во главе с Колаксае(со)м ('Солнце-царем') и указанным комплексом солнцеподобных вещей нельзя считать скотоводами-кочевниками (как описывает далее Геродот иных "царских скифов"). Тем более, что украинцы-хлеборобы доныне почитают подобные вещи: расставляют на Рождественском (зимнее солнцестояние) столе чашки и др. посуду, кладут под стол ярмо и лемеш от плуга. Последние надлежит - семье, участникам праздничного ужина - время от времени трогать босыми ногами. А Родзво (рождение-обновление Солнца зимнего стояния) традиционно посвящалось не Христу, а Дажбогу - родственому индоевропейскому еще Таргитаю, южнорусскому (по Б. А. Рыбакову) Тарху Тараховичу, кельтскому Дагду и т. п. К тому же верховные боги 'Неба' у них имели подобные наименования: Дьяус, Див, Дис…
Коло у славян не только 'круг' да 'Солнце', но и 'колено' - т. е. 'род', 'поколение'. В последнем значении это слово происходит от индоарийского кула и родственно греческому клео - 'слава'. А со всеми перечисленными значениями связывается наименование кельтов - западных родичей сколотов. Авторы Влес-книги (28) знали об этом:

И се знаем, как сказанно от праотцов, что киельци помогли им.
Ибо пошли к ним, и так были сто лет при их помощи;
то же знаем и про ильмов, то есть иллеров; мы же родичи.

Как видим, родичами славян названы тут не только кельты, но также иллирийцы; в другом месте (6е) к ним присоединены еще и киммерийцы. Такая родственность "индоевропейских народов", выходцев из Аратты да её малоазийской части прародины, вполне закономерна - и прослеживается по различным научным источникам. Так, античные авторы упоминают племена склавинов и ставанов, названия которых сближают звучания и содержания этнонимов сколоты и славяне, славяне и ваны-венеды.
Среди поздних кельтов (ализоны>галлы>галичане) было племя бастарнов, чье родсво со славянами и скифами, а также соподчинённость обоим Влес-книга (17а) обозначила так:

И се был князь Славен с братом Скивом (…)
И сказали те: "Идем до земли Ильмерской на Дунае
и поищем Бастара, сына своего,
что оставили там на страже".

Современные исследователи усматривают присутствие бастарнов в формировании "зарубинецкой археологической культуры" славян Волынщини и Киевщины рубежа І-вых тысячелетий до н. и н. эр (А. Н. Лебедев. Образование славянского мира. - К., 1997). А та поднялась тут на основе "чернолесской", возникшей на тысячу лет раньше и считающейся культурой сколотов. Именно их "скифскую" (согласно Геродоту) традицию имел ввиду Плутарх (46-130 годы до н. э.), когда писал:

Некоторые утверждали, что земля кельтов такая большая да просторная, что от Внешнего [Балтийского] моря и самых северных областей обжитого света простирается на восход до Меотиды [Азовского моря] и граничит со Скифией Понтийской. Тут кельты и скифы смешиваются.

Наверное, следуя данной традиции - поддержанной частью кимвров, которая переселилась в Британию, считаясь приэтом не только кельтами, но и потомками киммерийцев - британцы радушно приняли в V в. руского князя Яр-Тура. Его близких предков, вероятно, рисует "Сказ про Буй-Тур-Русов да про Уголищину" (Ю. П. Миролюбов. Собр. соч., т. 16. - Мюнхен. 1990). А сам Яр-Тур, дружественно сотрудничая с местным жрецом-друидом Мерлином, заложил основу Английской державы и вошел в её историю как легендарный король Артур.
Заметный след оставили славяне в формировании и других народов Западной Европы: немцев, французов, итальянцев, испанцев.
Племя вандалов, к примеру, принято считать германским. И это невзирая на то, что немец Адам Бременский еще в ХІ в. отметил: "Славия - это весьма обширная область Германии, населенная винулами, которые когда-то назывались вандалами" (по названию реки, на берегах которой вначале это племя жило). "Вандалы и славяне были одним народом", - писал в ХVІІ веке Н. Орбини, опираясь на "Историю вандалов" А. Кранция.
Вандалы прославились не только победоносными походами (во главе с Радогайсом, а затем уж с Гунтерихом и Гейзерихом) и разорениями Карфагена да Рима (447 и 455 годы), не только лишь захватами Сицилии, Корсики, Сардинии - но и основанием державы на месте "африканского Рима". Когда же в VI в. она была уничтожена византийцами, вандалы превратились в берберов ('варваров' - на языке завоевателей, которые, как и местное население, отчасти смешались с этими славянами-сакалиба). Под этим именем они частично вернулись в Европу и взяли верх над маврами Аль-Мансура. Воюя же против войск Испании, Италии, Франции, обычно держались союза с европейскими славянами… Некоторые из таких событий VIII в. отображены во франкской "Песне о Роланде" - где среди союзников берберов-сакалиба упоминаются также славяне, словенцы, борусы, русы, прусы, сербы, сорабы, угличи…


3. Венеды, анты, склавины

Официальная историография чересчур осторожно относится к очерченным выше научным источникам, позволяющим углублять историю славян не менее чем до 2300-1700 годов до н. э. Выходить в науке за рамки дозволенного круга источников и выводов, как уже отмечалось, отваживались разве что академики Б. А. Рыбаков да О. Н. Трубачёв - признанные лидеры историков славянского мира.
Среди монографических исследований последних лет выделяется книга П. В. Тулаева "Венеты: предки славян" (М., 2000), в значительной мере опирающаяся на работы М. Бора и Й. Шавли. Отстаивая основное положение названной книги, трое этих учёных подтвердили, в известном смысле, указание историка VI века Иордана: венеды - пращуры (а затем и современники) антов да склавинов. Еще ближе их выводы к позиции Нестора-летописца, который отождествлял древнейших славян с населением задунайского Норика - заселенного в римское время венедами малоазийского происхождения… Такие положения верны в том случае, если считать венедов наиболее массовыми, распространенными, эталонными носителями славянской этнокультуры троянских и античных времён.
Выше мы очертили и более древние этапы становления славян. В 2300-1700 годах до н. э. это был уже многоплеменной, осознающий своё единство (посредством Сварога и др.) народ, обитавший от лесов Припяти до степей Причерноморья, от Карпат до Кавказа; с центрами в Борусии (Арсании) и Орияне… Прервали же мы своё рассмотрение накануне Великого переселения народов ранневизантийских столетий, когда продолжалось ещё возвращение древних переселенцев назад, на свою Праотчизну. Подобное уже случалось не раз: ещё со времён странствий "евразийцев". На сей раз возвращение стимулировалось давлением прибалтийских готов. Их германские племена с конца ІІ в. тоже стремились достичь берегов теплого Чёрного моря - откуда лет 500 назад пришли к ним асы и ваны во главе с божественным Одином... С 230 г. готы начали осуществлять свой замысел.
Между тем причерноморские славяне ожидали возвращения ушедших в Прибалтику венедов, надеялись на их помощь в борьбе с чужеземными захватчиками общей прародины. Влес-книга (36а) свидетельствует:

Молвили Матери своей, что будем защищать
землю нашу лучше венедов,
которые пошли на закат солнца и там пред врагами землю рядят
и веру неверную взяли, придерживаются её. (…)
А мы не дурни, не безумцы, и верить должны,
пока не увидим, что венеды возвращаются
на земли наши, в степи давние,
чтобы досматривать очаги иные,
как в дни исхода из Пятиречья и Семиречья,
когда на восходе (венеды) отошли от нас.

Анты, как и близкородственные им венеды, появились неодновременно и в разных местах. Однако "Велесова книга" (24б) неслучайно начинает их историю с военного протистояния готам на руской Волынщине - в начале пути из Прибалтики в Причерноморье:

Мы Дажбожьи внуки и не смеем пренебрегать
нашей вековой славой.
Ибо антами были по(сле) Руськолани,
а ранее были русами и осталися ними.
Се о Волыни ведется перво-наперво,
которая била врагов, ибо храбра.
И та волынь есть первым родом, будучи их (антов) началом.
И анты Мезенмира добыли победу над готами и разбили их надвое.

Последнее из упомянутых событий относится к средине VI века. Ему предшествовали победы над готами в 375 и последующих годах. В том же году началось гуннское нашествие и др. важные события (на которых остановимся ниже).
Меж срединами V-VІ столетий, когда Антский союз племен достиг наибольшей силы, начал подниматься и Славянский союз тех племен, которые творили ядро Киевской Руси. Временно образовалось два центра (7в): "Тут русь собрала свои силы и разбила гунов, сотворивши Край Антов и Скуфь Киеву". Анты выступают тут державотворцами с давней и довольно крепкой традицией краян. А Киев лишь начинает собирать скуфь-'скотичей' - этнично определенную, но еще не сплоченную массу.
Сплачивание её и наперекор северо-западным варягам, и в согласии с ними, а также формирование при этом Киевской Руси рассмотрим отдельно.

 

VIII
Восточное расселение славян

1. Орияны, борусы, сло(а)вяне

Знаем уже, что месопотамский Шумер возник из приднепровской Аратты. А вдоль пути, что связывал их, с середины IV тыс. до н. э. начала формироваться арийская общность племен. Эта картина выяснена археологами В. Н. Даниленко, В. А. Сафроновым и Н. А. Николаевой, Ю. А. Шиловым и др., а затем подтверждена шумерологом А. Г. Кифишиным (Древнее святилище Каменная Могила. Опыт дешифровки протошумерского архива ХІІ-ІІІ тысячелетий до н. э. - М.-К., 2001). Антропологи, зоологи и ботаники должны углубить выводы Г. Кларка и С. Пиггота (Праисторические общества. - Лондон, 1965), которые пришли к выводу о колонизации Среднего и Ближнего Востока в указаное время выходцами с территории меж Карпатами и Кавказом. "Когда мы обращаемся теперь к важнейшим областям раннего земледелия, то находим существование больших связей с Трипольем (Украиной), нежели с Древним Востоком", - не говоря уж о происхождении оттуда же одомашненных коней и крупного рогатого скота, а также повозок и колесниц.
Наиболее выразительным свидетельством очерченных выше процессов являются словари, составленные Л. А. Ведделлом, Л. Силенко (МАГА ВІРА), И. Стойко:

(арат.) шумер. арий. (санскрит) слав. (украин.)
аг - агни - огонь
абба - бап, тата - папа, отец (батько)
ама, нана - амба, матар - мат(ер)ь, няня
ара - ара - рало
асса - ашва - конь, лошадь
баби - бгу - быть
бад - бад - беда
бал - вал - вал
бар 1 - вара - ворота
бар 2 - братр - брат
бара - вера - вера
барти - бгарати - боярин(я)
би - бис - бить(ся)
бид - вид, вед - вид(еть)
бул - бгал - боль
гари - ария - красивый (гарный)
дара - дару - дорогой
дас - даса - дашь (дасы)
дим - дгама - дом (дим)
димма - тама - темно; дым
дуг - диш - дума
дур - дрона - дурь
эги, ихи - их, ити - идти
лил - лел - любовь; Лель
пад - питу - пир, пища, обед
пур - проги - прав(ый)
пи - па - пить
хшати - кшатрий - атаман кошовый

Вполне очевидно, что только из Аратты-"Триполья" могла выйти общность земледельческих терминологий Шумера и Украины. Так, числа тузинь (12), копа (60), ган (120) отвечают распространенным до недавнего времени 'дюжина', 'копица' (из 60 снопов зерновых), 'гон' (60 либо 120 сажень); мера длины гин и саг происходят от 'согнутой' руки (то есть 'локтя') и 'достижения' (укр. 'сягання') 'саженя' разведенными руками; серебряный слиточек мина означал поначалу 'мену' ('менять'), а затем стал еще и греческой 'монетой'…
Дальше остановимся на дополнительных сведениях о проникновении древнейших славян в Шумер, Египет и др. А здесь сосредоточимся на их походе в Бгарату (Индию).
Будучи в Индии, С. И. Наливайко и Ю. А. Шилов показали археологам государственного Департамента культуры и науки изображения строений, городов, керамики и статуэток "трипольской археологической культуры", то есть Аратты. Первейшим впечатлением индийских специалистов было: "Мохенджо-даро!".
Да, есть такое местечко в Пенджабе. Его именем названы археологические памятники древнейшей цивилизации Бгараты V-III тыс. до н. э. Наверное, то была упоминаемая "Махабгаратой" Аратта - вторая или третья (после украинской да иранской). Она могла возникнуть вследствие послепотопных миграций из Поднепровья в Месопотамию ('Междуречье' Евфрата и Тигра), а оттуда - в 'П'ятиречье'-Пенджаб. При этом не обязательно было переселяться народам - достаточно было попасть в иноземное окружение клану странствующих жрецов. Такие нам уж знакомы: начиная с экспедиции 6200+97 г. до н. э. между Чатал-Гуюком и Каменной Могилой, потом между Араттой и Шумером, меж святилищами-обсерваториями от Днепра до Алтая и Британии, а еще позже - меж Гипербореей и Делосом.
"Велесова книга" донесла известия о походе части ориян и борусов в Пендеб-Пенджаб. Поход (где-то в середине ІІ тыс. до н. э.) организовали арии под знаменем божественного героя Индры, который "дитям пришёл из земли ариев до края Ин(д)ского" (31). К тому времени цивилизация Мохенджо-даро уже не менее пятисот лет лежала в руинах.
Не прижившись на новой родине, некоторые из ориян и борусов решили объединиться да вернуться назад. Вече ариев (Глс Аріув) не возражало. Союзники нарекли себя сла(о)вянами: славными, словославлящими Богов. Возвращение возглавил Орий-отец да три его сына (31, 38а, др.):

И там приказал отец Глас Ариев
трем сынам своим поделиться на три рода
да идти на юг и на запад солнца.
А то были Кий, Щек и Хорив.
И сделали так, и пошли три рода,
И сели все на землю свою. (…)
Земля наша простерлась от солнца до солнца Сварожия.

Легко договорились с давними родичами, которые не ходили в Индию, оставались наместе. Те предоставили возвращенцам место "во граде Индикиеве, который названо Киев. И в нём стали селиться."
Однако долго вместе не ужились. "Отошли Хорев и Щек от иных и переселились в Карпатские горы [где существовала уже Русь потомков Богомира], и там иные города основали" (36б). Затем "Хорват брал своих воев" и стал родоначальником отдельного племен (7з, 36а). Щек же закрепился в Карпатах, где "иная часть Щехова осталась с русами, и так на той земле сотворили с ними Руськолань", отличную от возглавленной Кием на Правобережье Днепра (5а, 7з). А Орий основал город-полис Гол(ы)унь (35а). Его руины находятся на Левобережьи, в верховьях Ворсклы. Вот так и разошлись древнейшие сло(а)вяне. Славяне уже не только этнически (сформировавшиеся, как многократно отмечалось, еще в 2300-1700 годах до н. э.), но уже и по названию. Которое начало постепенно распространяться, закрепляться.
Согласно Геродоту (История IV: 108-109), Гелон находился на земле кочевых охотников, рыбаков и собирателей будинов - большого племени; "все они имеют светло-голубые глаза и рыжие волосы. (…) Каждые три года будины справляют празднество в честь Диониса и приходят в вакхическое иступление". Гелоны же (родичи агафирсов да скифов) от них отличаются. Они имеют "святилища эллинских богов со статуями, алтарями и храмовыми зданиями из дерева, сооруженными по эллинскому образцу. (…) Жители Гелона издревле были эллинами. После изгнания из торговых поселений они осели среди будинов. Говорят они частью на скифском языке, а частично на эллинском".
Тут мы имеем свидетельство об остатке индоевропейской общности ориянского типа, который не пошел на Запад вместе с остальными пелазгами (или же возвратился из Трои вместе с греками-эллинами "Арго" либо Одиссея). Может быть, именно от гелонов двигались на Делос вышеупомянутые гипербореянки Опис, Арга и др. В пользу такого предположения свидетельствуют имена Гелона да Скифа, греческих царей Средиземноморья. Во всяком случае, прослеживается немало особенных сходств Трои-Илиона и Гелона ('Солнечных', как и эллины). Так, они связаны специфическими легендами о странствующем Геракле. А главное то, что именно через Гелон, описанный в "Велесовой книге" да "Истории", можно легче всего пояснить известные - но непонятные! - специалистам удивительные совпадения между культурами Украины, Индии, Греции.


2. Киммерийцы и скифы

Влес-книга содержит указания на возвращение из Индии частично ушедших туда ориян-и-борусов (первых славян!) в ІХ-VIII веках до н. э. А приблизительно 700 годом до н. э. большинство исследователей датирует нашествие скифов, которые пришли-де в Северное Причерноморье из-за Волги и изгнали киммерийцев из их отчизны. Из этой сомнительной легенды, изложенной в "Истории" (IV: 11-12) Геродота, Ю. П. Миролюбов и А. И. Асов пытаются сделать вывод о восточной прародине славян. Которых - не только эти два, но немало иных исследователей - пытаются породнить со скифами (с поздней иранской ветвью "индо-иранцев", называвших себя ариями).
Да, с позднейшими скифами, смешанными уже с исконным населением Северного Причерноморья, породнить славян можно; а вот с древнейшими, недавно пришедшими скифами - почти не выходит! Почему? По той причине, которую "Велесова книга" (6е, 6е) означила так: "были кимории также отцы наши", а скифы-'скитальцы' - чужими. Не абсолютно, конечно. Ибо кимории-киммерийцы тоже принадлежали к ариям - да только к индийской, коренной их ветви. О таком волхвы Новгородчины помнили и после крещения Руси: "Посылаю речи Перуна против лжеграмоты. Русы были кимрами и до кимров жили… Вечна Борусь, на костях стоит". Показательно, что выдающийся языковед О. Н. Трубачев (Indoarica в Северном Причерноморье. - М., 1999) и без учёта этих свидетельств пришёл к выводу о родстве индоариев как с киммерийцами, так и со славянами…
Геродот привёл четыре легенды о происхождении скифов. Первые две основаны на мифах и начинаются с пращуров - Таргитая да Геракла. С этими легендами мы уже познакомились. Последние же две - исторические. "Отец истории" и его последователи (почти все учёные и др.) доверяют, в основном, третьей - вышеизложенной. Однако она плохо согласуется с фактами, спекулируя ими в угоду политики греков-колонизаторов той эпохи.
Суть дела в том, что Геродот был другом, единомышленником и, наверное, разведчиком афинского правителя-полководца Перикла. Его эскадра в 437 г. до н. э., через несколько лет после пребывания тут "отца истории", поддержала греческие города-колонии Северного Причерноморья против местных племён. Они были недовольны торговым и проч. грабежом их отчизны, откуда город-государство Афины получали добрую половину своего хлеба. Перикл, по письменным свидетельствам той поры, "показал варварам всю силу и бесстрашие афинян, которые плавают где хотят и подчинили себе весь Понт". А Геродот, друг Перикла, показал - своей политизированной "Историей" - соотечественникам, на какой из местных "варварских" народов следует опираться, чтобы угнетать остальные. Таким народом были в те годы скифы-кочевники. Поэтому именно им "подарил" Геродот этнокультуры сколотов, киммерийцев и прочих славян. Такое самоназвание тогда ещё в достаточной мере не прижилось; среди извечного местного населения господствовало иное: скуфи-'скотичи' (по "Велесовой книге"). Его созвучие со скифами-'скитальцами' (слав. скиты, греч. скютхай) сказалось, конечно, в ошибках чужеземного "отца истории". К тому же, будучи идеологом рабовладельческой Эллады, Геродот плохо (как мы убедились при рассмотрении Пелазгии и Гипербореи) разбирался в доклассовых основах цивилизации. Противостояние скифов-захватчиков местному населению, а затем и персам - новым захватчикам, Геродоту было понятно; как и последующим историкам. А вот то обстоятельство, что имена всех скифских царей оказались почему-то не скифскими, а киммерийскими - открылось О. Н. Трубачеву только недавно… К этому открытию мы ещё возвратимся.
Согласно Влес-книге, возвращенцы из Индии - Орий либо Оседень - основали город-державу Сурож. Теперь он зовется Судак и стоит над Керченским проливом между Черным и Азовским морями. А тогда то были Понт и Меотида, соединенные Боспором Киммерийским. Исследователи (см., например: С. І. Наливайко. Таємниці розкриває санскрит. - К., 2000) нащупали уже некие исторические связи меж упоминавшимися выше горой Меру, С(Ш)умером, киморами (киммерийцами), саувирами, сиверцами. Последние из них - безусловно славяне. В Киевской Руси они населяли, в основном, Черниговщину - но считали своею дедовщиною Тьмуторакань (Таманский полуостров и прилегающие земли). Как страна "людей киммерийских" данная территория впервые упомянута Гомером.
Историкам известно о походе киммерийцев на Ближний Восток задолго до скифов, а также о пребывании их там в 783 - 595 годах до н. э. По Влес-книге (6в и др.), начало похода возглавили Оседень и Орий. Род второго

и Сирию воевал, и Египет.
Но в те давние времена у нас не было единства (…)
потом(у) персы забрали болшую часть русов
и загнали к Набсуру (…)
А иные [потомки рода Оседня?] пошли с отарами
на закат Солнца и там пропали.
Наши же люди пошли на долины Набсурсара,
потом на Сирию да Египет.

Действительно, киммерийцы дважды достигали Египта - в 663 и 605 годах до н. э., - а между этими победами понесли чуствительное поражение на территории Ирана (будущей Персии) от ассирийского войска во главе с Ассурбанипалом.
Его летописи називают киммерийцев умман-манда (от иранской Мидии и её царя Мадия; возможна связь с нижеследующим Тугдаммой и украинским городом Умань); их потомками арабы будут считать славян ("славяне суть мадая", запишет Аль-Масуди). Известно также, что супругою Мадия стала Зарина, царица города-государства Роксанака на север от Мидии (и Кавказа, по Николаю Дамаскому). А имена киммерийских вождей Каштарита и Тугдамма указывают на почитание кшатриев-кошевых и Дагда-Дажбога.
В 625-585 годах до н. э. Мидией правил киммериец Киаксар, представленный Геродотом (І: 73-74, 106; IV: 1) как истребитель вождей скифов. Это, считается, и прекратило их 28-летний поход на Ближний Восток вдогонку за киммерийцами, якобы изгнанными скифами из Северного Причерноморья. Но, как сказано выше, те сами пришли на Восток, - причем примерно за 100-150 лет до первых упоминаний о скифах. А на прародину свою часть киммерийцев вернулась (за 10 лет до смерти Киаксара) потому, что не пожелала мириться с гнётом вавилонского царя Навуходоносора ІІ (604-562 годы до н. э.). Приэтом главный отряд возвращенцев пошёл через земли малоазийских греков-ионийцев; меньший же - через Кавказ.
Именно с этим походом наиболее согласуется четвертая из рассказанных Геродотом (IV: 13) легенд. Она тоже, правда, не избежала искажений… Итак, одноглазые аримаспы выгнали исседонов из их исконной страны на юго-восточном побережьи Каспийского моря; "затем исседоны вытеснили скифов, а киммерийцы, обитавшие у Южного [Красного] моря, под напором скифов покинули свою родину". Важно, что это сообщение принадлежит, по словам "отца истории", поэту-путешественнику Аристею - одному из позднейших "одержимых Аполлоном гиперборейцев", служителей индоевропейской системы святилищ-обсерваторий. Этими же, да только славянскими служителями составлена, наверное, и "Велесова книга".
ІІІ, предыдущую легенду можно согласовать с последней вот как. Возвращаясь в 595 г. до н. э. из двухвекового похода, отряды киммерийцев попытались остановить следующих за ними скифов на границах своей прародины: на Араксе (действительном, а не скрещенном последователями Геродота с Волгой), а также на Тирасе (Днестре). А может и не пытались, ибо давние родичи за два столетия отсутствия позабыли уж их - и не захотели пускать возвращенцев. Как бы там ни было, а местным киммерийцам (и др.) пришлось отбиваться от пришельцев: то ли скифских лишь, а то ли ещё и киммерийских впридачу. Второй вариант близок к геродотовскому мотиву двубоя киммерийских вождей; первый - старых и молодых скифов. Авторы Влес-книги (2а) представляют возвращение с Ближнего Востока помягше:

К южным странам ходили, дабы взять землю нам и детям нашим.
А там греки напали на нас,
ибо мы уселись на их землю [малоазийскую?].
И была сеча великая и много месяцев (…)
и были (затем) отцом Орием [из рода пра-Ория]
в край руский (при)ведены,
потому что всегда там пребывали. (…)
Был народ родичем с кільмерстіі,
из единного кореня встали роды наши.
Кто пришёл позже на рускую землю,
то(т) и селился среди ільмершті,
ибо суть братчики наши и подобны нам,
и в опасности обороняли нас от зла. (…)
А пришёл род злой [скифский?] на нас, напал.
И потому вынуждены были отойти в леса

- где "чернолесская археологическа культура" киммерийско-скифского облика просуществовала аж до славянства позднеантичной эпохи. Ту культуру большинство археологов, вслед за открывшим её А. И. Тереножкиным, считает славянской (а конкретно - сколотской). Об этом уже говорилось.


3. Кияне - индоевропейская династия

Обращает на себя внимание родство легенд о трёх братьях во Влес- книге (завершенной волхвами в 879 г.) и "Повести временных лет" (около 1113 г.) монаха Нестора, а также в сказе Захарихи "Три браты, князья Кий, Щек, Хорив, сестра их Лебыдь и Мораван с Одинац-князем" (Ю. П. Миролюбов. Собр. соч., т. 16. - Мюнхен, 1990). Подобное также записано в "Истории Тарона" VII в. армянским историком Зенобом Глаком (Н. Я. Марр. Книжные легенды об основании Киева на Руси и Куара в Армении. - М., 1922).
Легенды о трёх братьях, сёстрах и др. весьма распространены в нашем трёхмерном мире. Однако лишь у славян они воплотились в учение о Трояне - богов, землю, века. Да и названия Киев и т. п. особенно распространены среди славян; О. Н. Трубачев (Этногенез и культура древнейших славян. - М., 2002) насчитал их в Европе около 60. Однако столицей страны стал лишь древнеруский (ныне украинский) Киев.
Между тем князь Кий во Влес-книге не один. Тут (в отличие от "Истории Тарона" и "Повести") мы имеем дело с династией Киян. Её родство с не менее авторитетной династией Ариев представлено в Книге (4г и др.) как бы бессмертным праотцом-Ором:

От отца Ория происходим,
а тот время от времени рождается среди нас;
ибо повязано сие есть до самой смерти…

Языковеды О. Н. Трубачев (Indoarica в Северном Причерноморье. - М., 1999) да С. И. Наливайко (Таємниці розкриває санскрит. - К., 2000) обнаружили общий корень обеих династий в Дандаке-Дандарике - 'Жезлоносной Арии' - Днепро-Кубанского региона, известной античным авторам аж до IV в. Тот 'жезл', знак священной власти, славяне именовали кий либо палка. Отсюда и многочисленные Кии, Палы, поляне и т. п.
Ограничимся Кия(на)ми. Откуда их значимость, святость и власть?
Рассматривая изображения жезлов-посохов-киев из курганов и Каменной Могилы, древнейшие находим в окружении БОГА-творца Эн-лиля - 'Ветра колыхания', разделившего на Мать-'Землю' Ки да Отца-'Небо' Ан зародыш Вселенной КиАн. От него, наверное, пошёл пелазгийско-греческий титан Кой, а также Кол - Полярная Звезда славян-украинцев.
Связь Коя и т. п. с майданами (святилищами-обсерваториями) мы уже рассмотрели. Там он олицетворял Ось мироздания и воплощался, наверное, в жерди-визиры для календарно-астрономических наблюдений. Отсюда такие или символические жерди-палки-кии могли распространиться не столь как робочие инструменты, сколь как священные атрибуты верховных жрецов. Учитывая системную распространенность в индоевропейском мире майданов жрецов-звездочётов, поймём истоки индоевропейской же правящей династии Киян. Её сосредоточенность в этнокультуре славян вытекает из их отношения к ядру "индоевропейцев", к Аратте.
Древнейшим проявлением династии можно считать название шумерского города-государства Киян.
Город с подобным названием существовал в Египте еще и в античное время. А истоки такой традиции восходят к ХV династии фараонов, основателем которой был Х(К)иян. Он происходил из союза племен гиксосов, завладевшим Египтом в конце XVIII в. до н. э. Обладая конями и едва ли ни древнейшими в мире колесницами, они могли быть выходцами с берегов Гипанисов - Южного Буга и Кубани. Там в то время господствовали носители "ингульской" да "северокавказской" археологических культур - предки которых первыми приручили коня, изобрели повозку, а затем колесницу. Факты для сопоставления, как видим, имеются; есть они и для постановки вопроса об отношении этих носителей к славянским туровцам и ванам-(в)энетам… Применительно к Египту следует вспомнить славянскиий корень берберов. Однако его глубина известна историкам не более как до средины V в. н. э. и связана с западной миграцией - на чём мы уже останавливались.
Приход ариев из Северного Причерноморья (и более восточных областей) в Индию середины ІІ тыс. до н. э. вызвал там, наверное, появление племени или рода кекаев. Их Кайкея - третья, младшая жена отца главного героя эпической поэмы "Рамаяна". От них, быть может, пошли кави или же кеи - 'поэты' и кудесники. Самые знаменитые средь них - один из составителей Ригведы брахман Бгригу да его сын, владыка Ушанас Кавья. От них пошло племя турваш (не родичи ли гиксоского племени турша?), считавшее себя пришедшим в Бгарату-Индию под предводительством Индры. Его магическую палицу-ваджру ламаисты называют кея…
Возвращение славян из Индии через Иран могло привести к родству между ихними Ушанасом Кавьи да Кеем Усаном, основателем хорезмийской династии Кеянидов. Её кеи превратились из 'поэтов' (как в Индии) в 'воинов' - что отобразило смену весомости каст. Был ли Усан преимущественно воином-'русом' (как его родич Рустам) или нет, - неизвестно. А вот внук его Кей Хосров вряд ли случайно именовался подобно странствующим славяно-руским братьям Кию и Хориву. Данное обстоятельство подкреплено хорезмийской легендой об изгнании царем Кеяни части своих подданых куда-то в рыбный край, где они назвались митанами или мюйтенами. Не стояли ли за ними взаимосвязанные меж собою (по О. Н. Трубачеву, С. И. Наливайко и др.) Митанни да Меотида?
Несомненно они встали в 512-514 годах до н. э., в период похода персидского войска царя Дария на Скифию. Объявленная им, быть может, причина - "царь пожелал наказать скифов за вторжение в Мидию" - удовлетворяла Геродота (IV: 1) и его приверженцев. Но с открытием индоевропейской династии Киян такое объяснение представляется теперь чересчур поверхностным. Историческая истина намного существенней.
Чтобы её рассмотреть, вернемся в Мидию времён правления (625-585 годы до н. э.) киммерийца Киаксара - 'Кийак-царя', внука Деиока ('Дия ока'). Типичный представитель Киян! - причем славянского круга. Этой династии пришлось, выходит, в Мидии отбиваться - как от вероломных скифов, так и от нахальных персов во главе с Киром.
Его одноименный внук основал Персидскую державу и, стремясь закрепить её в арийском мире, попытался осуществить династический брак со вдовою Тамирис - царицей восточноприкаспийских саков, близких родичей скифов. Дело закончилось тем, что голова агрессивного жениха оказалась в бурдюке с кровью. А Дарий (549-486 годы до н. э.), следующий великий царь Персии, начал укреплять авторитет державы иным путем.
Дарий накануне похода отменил индоарийские Веды и принял кодифицированную Заратустрой ираноарийскую Авесту. Зороастризм стал государственной религией новой династии Ахеменидов (из персов) - которая низвергла предыдущую, ведическую династию Кеянидов (из хорезмийцев). Низвергла в Персии, но не в индо-иранском, т. е. в общеарийском мире. Деспотическое державотворение требовало решения этой проблемы. И Дарий решил, наверное, рвать корень Киян окончательно. Для этого следовало подчинить причерноморскую Дандарику - 'Жезлоносную Арию', защищенную воинственными скифами.
Форма и поверхностное содержание этого события достаточно описанны "отцом истории" (Геродот. История IV: 1-143) да исследованны поколениями ученых. Суть же только что очерчена нами. С её позиции, глубинное содержание прячется за двумя фактами. Во-первых, это слова из ответа Дарию скифского царя Иданфирса: "Если вы желаете сражаться с нами, то вот у нас есть отеческие могилы. Найдите их и попробуйте разрушить, и тогда узнаете, станем ли мы сражаться за эти могилы или нет". Во-вторых, индоарийская принадлежность имен скифсих царей. Такова, по О. Н. Трубачеву, была у сколотов, киммерийцев, тавров, дандариев. А вот скифам-кочевникам надлежало иметь (как общепризнанно специалистами) ираноарийские имена. Вывод один: последние оказались не при власти, а лишь инструментом исконных, араттских по своему происхождению, владык Северного Причерноморья. Можно полагать, что сосредоточием власти в степях античного времени оставалась 'Жезлоносная' Дандарика. Куда там было Дарию состязаться с её традициями и авторитетом!… и деспот, впрямь, позорно проиграл военную свою авантюру.
Очерченный расклад сил и стремлений разных народов подтверждается отчасти и самим "отцом истории" (IV: 118-119). Когда скифы попросили совет правителей северопричерноморских племен о помощи против персидского нашествия, то их сразу же поддержали только гелоны, будини да савроматы. Цари же агафирсов, невров, андрофагов, меланхленов и тавров отказали скифам в их просьбе:

"Вы без нашей помощи вторглись в землю персов и владели ею, пока Божество допускало это. Теперь это же Божество на их стороне, и персы хотят отплатить вам тем же. Мы же и тогда ничем не обидели этих людей и теперь первыми вовсе не будем враждовать с ними. Если же персы вступят и в нашу страну и нападут на нас, то мы не допустим этого."

На этой же позиции стоят и - конечно же не скифские! - составители Влес-книги (6г). После упоминания о возвращении русов из Вавилонии на свою родину, сказано так:

Персы не гнались за ними, а пришли в края наши
и там услыхали песни наши к Интре и заявили,
что если бы стали (теперь изначально) верить,
то были б с нашими богами,
а до своих богов не понуждали бы.

Однако царь Дарий, лично возглавлявший поход, не разделял настроений своих подданых - "и побил нас через наши разобщённость и усобицы" (8). Так могли полагать гелоны, знаменитый город которых был сожжен персами (IV: 123). А позиция русов-савроматов ('царствующих матерей', как хорошо известно исследователям) ярко представлена в нескольких из "Сказов Захарихи" (Ю. П. Миролюбов. Собр. соч., т. 16. - Мюнхен, 1990). Черное дело Дария вполне резонно связано тут с и вовсе неудачным делом Кира, его предшественника. Подтверждаются и другие из вышеочерченных положений, которые лишь в последние годы - с выходом означенных монографий О. Н. Трубачева, С. И. Наливайко, Ю. А. Шилова - начинает раскрывать наука. В "Сказе про царя Оставра", к примеру, говорится такое:

У него были люди Русские, в степу скотину гоняли…
Коли пошлет кого царь Оставр, день и ночь скачет,
коли ж в степу у костра сядет, песнь поет,
про дела старыя, древния, про царей, про богатырей,
и не даром Царь ему кухоль вина грецького даеть,
и не даром кухоль серебряный в придачу,
бо знает певец про все, что знать должно,
и что младшим передать должно - знает…
"Ой, гэй, наш Царь Оставра, великий, могучий!
Славен ты, да твоя прапрабаба, Царица Сиромахова
еще славней и еще могутнее от тебе!
Она-ж Дуря-царя побила в степу, погнала,
а Киряку-царя, русскую кровь лившего,
напоила горячей кровью навеки!.."
Пришли Комыри, говорят, и Русы все понимают:
"Нам треба степу! Пришли мы землю брать степную."
Тут царь Оставр сказал: "А тут я живу,
Царь Руський, и тут уже леса идут, степу нет." (…)
И так долго-предолго Комыри были над нами,
а были они нашей веры и нашего языка,
только с далекого края пришли на Русь…

А в сказе про "Наход царя ойранского Кыряки" завоевательские цели Кира (на самом же деле Дария, как мы теперь знаем) и ответ на них представлено так:

Шел он поперве на Русь,
хотел всех Щуров и Пращуров наших бити,
Руське имя на Земле нашей истребыти,
Землю Дедовщинскую забирати,
а самому в ней Ойранщину заводяти…
И была над Пращурами нашими царица,
И звали ее Царица Сиромахова…
А и что в ночи на полдень горит?
А что за вершники там поскачуть?
А то - Сам Бог-отец со всеми Ратниками,
якови за Русь живота дали,
по степи летить, огня в траву даеть…

Невзирая на грандиозность размаха, нашествие персов составило лишь кратковременную попытку чужеземцев разрушить устои причерноморских дандаков-палов-киян. Несмотря на свою разноэтничность (производную, однако, от общего ориянского корня!) и напряженность отношений, эти хранители устоев извечной цивилизации так или иначе ладили между собой. Особенно же в вопросах противостояния многовековому давлению со стороны эллинов - греков - византийцев, которые последовательно отходили от аратто-ориянской традиции общинной государственности-цивилизации и упорно внедряли классовую: рабовладельческую, а затем и феодальную.
Дальнейшая судьба местных, сосредоточенных в Поднепровье полянских Киян (Дандаков, Пал(ак)ов - на индо- да ираноязычных наречиях) проявилась в этноисториях не только славян, но также индийцев-переселенцев и армян. Выше мы упоминали их легенду о Куаре да двух его братьях из княжества Палунь. В Х веке, через триста лет после её фиксации, византийский император-историк Константин Багрянородный в сочинении "Об управлении империей" (298) запишет, что наилучшие из печенегов называются кангар-'крепкие' и состоят из трёх племён; центральное носит название Куарцицур. С. И. Наливайко (и С. М. Вовк, Ю. О. Шилов. Сторінки історії та культури Праукраїни. - Чернівці, 2003) связывает это сообщение с предыдущей легендой - и делает вывод о поздней, но всё же индоарийской принадлежности печенегов, отчасти и половцев ІХ-ХІІІ веков.
Династия Киян довольно представлена и в истории готов. К союзу последних в ІІІ в. принадлежали славяне из племен венедов да вандалов, общим пращуром которых считался Арий. Его сын носил имя Кий, внук - Острогот, правнук - Книв. А внуком последнего стал Германарих - вероломный враг антов и др. славян, убитый ими в 375 г.
Подступая к рассмотрению деяний самого известного из всех Киев - князя племени полян, подчеркнем: последний представитель этой династии - киевский князь Боревлан - был убит варягом Аскольдом в 862 г. А через 20 лет на Руси утвердилась варяжская династия Рюриковичей. Её победа была обеспечена поддержкою Византии, которая мечем да крестом доламывала традицию коренной общинной державности - и внедряла взамен вторичную, классовую.
Однако извечная традиция киев, якобы "ходивших в походы с кийками" и родом бывших из-под Киева, довольно крепко держалась еще у казаков-запорожцев (Савур-могила. - К., 1990). Их корни - насыщенные арийскими (С. І. Наливайко. Таємниці розкриває санскрит. - К., 2000) именами-фамилиями, обычаями и характерными признаками вроде причесок-хохлов да булав - несомненно переплелись как с дандариями, так и с печенегами да половцами времён Киевской Руси. Потомки запорожцев и в начале ХХ века сохраняли надлежащие предания, песни. Вот одна из них, записанная Ю. П. Миролюбовым (О князе Кие, основателе Киевской Руси. - Собр. соч., т.12. - Мюнхен. 1987) с голоса кобзаря Олексы:

А як настав час Князю Кию вмирати,
Так позвав людей, а так казав:
"Отож Трезубу нашого Киевського хороните!
Вин-бо Трезуб тый з Земли Ойразыв,
З Земли Старои нащей, Земли Озарьской.
Та був Трезуб тый в руках Царя,
В руках Царя нашого Сварога Озарського".
[Ойразького? - 'Арийского' либо 'Иранского']

 

ІХ
Образование Киевской Руси

1. Основание летописного Киева

Данная тема не является для исторической науки такой великою загадкой, как это выставлено в публикациях наиболее признанных правительствами СССР, УССР, Украины академиков - Б. А. Рыбакова да его ученика П. П. Толочко. Установленный ими в 70-80 годы якобы 1400-, а немного погодя 1500-летний юбелеи Киева не соответствуют действительности. Ведь существовали до недавнего времени "Дорюриковские летописи", на основании которых польский историк Стрийковский четко указал 430 год. И это сходится с данными "Велесовой книги" и "Сказов Захарихи".
Между тем Рыбаков, Толочко и другие историки правы в том, что ни стоянка охотников на мамонтов, ни 7 поселений трипольской либо 14 зарубинецкой археологических культур - найденные на месте будущего Киева - не могут считаться началом его как города. Хотя наиболее северное скопление тут римских монет II в. до н. э. - IV в. н. э. со всей очевидностью указывает на предусловия его возникновения. Обусловленного, прежде всего, размещением в одном из важнейших пунктов торгово-военного пути "из Варяг в Греки". Причем эта важность начала осознаваться окрестными племенами намного раньше, еще с аратто-арийских (т. е. с "трипольских") времён. Именно с тех пор могли сохраниться названия Суботка (<санскрит. Су-пат: 'Добрый путь') и Амадока. Впрочем, в указанные времена распространения монет и даже основания Киева существовали ещё и арийская Дандака, и Гелон ориянского происхождения.
Античный географ Птолемей розмещал Амадоку (греч. 'Бревенчатый настил', Переправа) в районе будущего Киева, на пути меж подобными ему городами Сар, Азагарий, Серим. По скандинавским легендам, это могла быть Гардарика ('Городская Арика', отличная от 'Жезлоносной'). Здесь около 370 г. развернулась трагедия, участниками которой стали готский вождь Германарих, местная княжна Лебедь ('Сунильда' или Сванхильда - 'Лебедь-дева') да два либо три её брата, известные - по славянской традиции - как Кий, Щек и Хорив. Тогдашний (а тем более какой-нибудь из предыдущих) Кий действительно мог быть перевозчиком (китованом, как досихпор местами говорят украинцы) при той Переправе. Монаху Нестору-летописцу, отбросившему такое предание, в ХІ-ХІІ веках было уже неизвестно, что в предыдущие времена перевозчик весьма почитался: то была не обязательно работа (её выполняли и слуги), но должность и титул местного вождя.
Творя миф о зарождении в годы Иисуса Христа единой славянской державы да благословения того начала апостолом Андреем Первозванным, православный монах представил в своей "Повесте временных лет" такой державою Русь единственного, будто бы, в истории Кия. Однако и он был не один, и Русей было много. Об этом мы уже говорили. А теперь приведем строки из Влес-книги (33) - авторы которой радели о единстве славян-русичев не менее последующих церковников, но более их придерживаясь Истины:

А ся треба наша по Седню отцу нашему,
что на Понтийском берегу в Росии-граде был.
И се русы пошли от Белой Вежи и от Росии
на Днепровские земли.
И там Кий основал град Киев.
И се (поселились там) поляне, деревляне, кривичи, ляхове
на кущу руському.
И все стали русичами.

От этого - от выделения из Понтийской ('Черноморской'; Таврской еще или, наиболее верно, Сурожской) Руси части народа во главе с интересующим нас теперь Кием - и следует начинать непосредственную предисторию Руси Киевской. (Которая так на самом деле никогда не называлась; такое словосочетание придумали современные исследователи, отмежевывая Русь от истории Великого Московского княжества, а затем и России.) Она, будто бы, уже тогда, при основателе своей столицы, распространила владения обаполы Ра-реки (34), т. е. на оба берега Волги. Но тут лишь, наверное, сказалось стремление авторов "Велесовой книги" (6б, 10) закрепить традицию, заложенную отцом-Орием да его сынами в годы возвращения из Индии.
Собрав всевозможные известия об основателе Киева, Ю. П. Миролюбов определил годы его жизни: 390-470. На данный период приходятся такие известные историкам события:
Когда Кий основал Киев, то в приморской Руси не он, а некий князь "Мауху славян до куста и все земли до единства собрал" (ВК: 33 фр.). На руских землях существовало тогда несколько державных образований - в том числе и с поэтическим названием Лебедия. Имела ли она отношение к сестре Лыбеди или же нет - неизвестно. Константин Багрянородный указывает ту легендарную страну рядом с Хазарией, якобы населенную "турками" - под которыми О. Н. Трубачев понимает славянское племя туровцев. Влес-книга (34, 36б) знает правителя Лебеденя, родича или же подчиненного Кия. Князья тогда начали делиться на руских и простых: по своему отношению к наследованию касты воинов. А те уж - накануне утверждения государственности византийского, классово-эксплуататорского типа - беззастенчиво узурпировали извечную власть жрецов.
После значительной победы над готами и первого столкновения с гуннами в 375 г., славяне еще долго воевали с теми и другими. Однако около 450 года Кий стал, наверное, союзником вождя гуннов Атилы, начавшего успешную войну против римлян да франков. Спустя три года Атила умер, и Киевская Русь унаследовала добрую часть его славы и накоплений. Распространилась она за Волгу иль нет, а за Моравию - точно! Туда начали переселяться чехи, а оттуда попросили на Русь - после смерти Кия - княжить Верена.
В 475 г., за год до падения Рима, его императором стал Одо(н)акр - наемник-легионер, бывший до того князем ругов (по Иордану; по иным - роксоланов, рутенов, русов). В конце того же столетия готы попытались вернуться из Прибалтики в Причерноморье, где в горах Тавриды осталось их небольшое княжество. После десятилетней войны они были изгнаны назад антами во главе с Мезенмиром. Приэтом значительная часть изгнанников под предводительством Детериха пошла против римлян, и тот в 492 г. в момент переговоров убил Одоакра. Который был, наверное, тайным ставленником славянских волхвов-укров - покаравших Детериха насмерть.
Став наследницей Римской империи, Византия с 518 г. установила власть над бывшим Боспорским царством северопричерноморских греков-переселенцев - и продолжила его политику гнёта и неравной торговли с Русью. В этом Византии после 529 г. начали активно помогать евреи, поголовно изгнанные из Персии за антиправительственный заговор. Скотоводческие рода изгнанников осели в Тавриде, а рода ростовщиков - на Северном Кавказе возле Дербента. Там они начали прибирать к рукам контроль над этим чрезвычайно важным узлом торгового пути между Востоком и Западом. Следует подчеркнуть, что наиболее выгодной в те времена была торговля людьми, поэтому купцы да ростовщики в значительной мере стимулировали захватнические войны.
Западная Европа небезосновательно считала Русь продолжением Скифии. Так, по "Родзивиловской летописи" XIV в.: "И дулебы живяху по Бугу, а улучи-тиверцы седяху по Бугу и по Днепру до моря. Стоят грады их и до сего дня, и зовутся от грек Великая Скифь…" Прокопий Кесарийский повествует об антском князе-наемнике Хильбудии (Халабути "Велесовой книги", Халабуду "Сказов Захарихи"), в 533-546 годах безуспешно охранявшего границы Византии от своих соплеменников. Его отождествление с летописным Кием, предложенное Б. А. Рыбаковым, слишком сомнительно.
В 547 г. император Юстиниан утвердил епископскую кафедру для готов (а Боспорская епархия существовала в Тавриде уже с IV в.). Отсюда христианство на Русь и пошло - преимущественно мечем и огнем. Именно так начали "крестить" византийцы в 550 г. племена Предкавказья. А те, отмщая, стали ежегодно нападать на задунайские провинции Византии - каждый раз проходя туда чрез приморские земли Руси. За теми племенами потянулись заволжские авары, обры Влес-книги (32) да летописей:

После гунов нашла на нас великая беда, то есть обры,
словно песок морской.
И дали се в неволю Русь целую
и там [в Причерноморьи] обрам оставили.
Хоть бились, да не было лада у русов.

Антский князь Мезенмир попытался в 560 г. договориться с аварами-обрами. Но те пошли на князя и убили его. И се Синее море отошло от Руси (24 а-б).
На рубеже VI-VII столетий, после окончательного распада Края Антов (Антского союза племен), остатки причерноморских славян создали еще Дулебский союз, но и он распался после 670 г., когда поднялася Хазария.
Итак, Причерноморская Русь оказалась в упадке; от неё осталось, на Тамани да в Предкавказье, лишь Тьмутораканьское княжество. Пострадали также - от гетов, готов и др. - и прочие Руси: на Карпатах, в Прибалтике. Естественный подъём закономерно сменился упадком; так развиваются все народы и государства.
От врагов той эпохи наименее доставалось Поднепровской, то есть Киевской Руси. К тому же возростало её торговое значение на пути "из Варяг в Греки", на её землю стекались беженцы и переселенцы... вот она и поднималась!


2. "Вся Земля наша добра…"

Трудно освобождаясь от Тюркского каганата, а затем от Булгарии, послесарматская Хазария в 670 г. вынудила хана Аспаруха переселиться со своими поддаными из Поволжья на Балканы - где тот объединил 7 славянских племен и основал новую Болгарию, существующую поныне. А где-то через столетие хазарский каган Булан принял иудейскую веру да имя Сабриэль. Эти политико-религиозные действия сопровождались внедрением в каганат евреев Дербента, которые стали определять агрессивность Хазарии. По мере того соседние русичи, по Влес-книге (4б),

начали на чужих в неволе работать -
сначала на готов, крепко их державших,
а затем - на хозаринов, когда те появились с каганом…
А тот был приятелем нашим
и сперва были (его люди) купцами на Руси.
Вначале были велеречивы, а потом стали злы
и русов угнетать стали.

Первая, причем дружественная помощь Руси от гнета иудейской Хазарии пришла в 787-788 годах от иронцев-осетин (4а):

А был тут в степях боярин Скотень, что не поддался хозарам.
Сам будучи иронцем, от Ирони помощи просил,
а те прислали конницу,
и хозары были отогнаны.
Иное же боярство осталось под хозарами,
которые дошли до града Киевского и там осели.
Те же русичи, которые не захотели быть под хозарами,
пошли до Скотеня; там вблизи и собралася русь,

- казачить в степях, как и независимая от кагана-иудея часть хазаров - родичей осетин, славян и прочих народов индоевропейского происхождения.
Потом подоспела Руси помощь иная, недружественная. Влес-книга (4в) так её засвидетельствовала: шли до Киева варяги с купцами и побили хозар. За этими словами встаёт определённая картина. Вот плывет Днепром "из Варяг в Греки" очередной караван купеческих судов. Его, по обычаю тех смутных времен, сопровождает отряд профессиональных наёмников-воинов - на собственных или тех же судах. Причалили в Киеве - городе известном, богатом - поторговать да передохнуть. Город основан и населен преимущественно славянами, а хозяйничают теперь в нём - хазары. Несправедливо! Вот варяги-русичи (славянские же воины, то есть) и заступились за родичей… а может и грабежом подживиться решили - так не с голытьбы же местной, а с её грабителей брать!
Уже около трёх веков тянется политико-научная борьба вокруг летописных свидетельств - подлинных да поддельных, трудно теперь разобраться, - затеянная первыми историками Российской империи. Патриоты - от М. В. Ломоносова до Ю. П. Миролюбова - отстаивают идею независимости формирования славянской державности от варягов, непринадлежности последних к германцам. Так всё и есть.
Как начиналась в Аратте наша, в значительной мере и мировая государственность, - читатели "Пращуров" уже знают. А относительно варягов надо твердо знать вот что. Название их пошло от славянского племени варгов, наилучших мореходов Балтики середины І тыс. н. э. Эти водные дружинники этноисторически отличались от подобных им, по укладу и специализации, викингов. Те, германцы и впрямь, появились под влиянием варягов и несколько позже. К тому же первые сосредоточились в акватории Руского моря - как некоторое время называлась юго-восточная часть Балтики; вторые же - в северо-западной, у берегов Скандинавии (нареченной переселенцами Малой Свиольдой - Швецией, тогда как Великая Свиольд осталась на прародине воинов Одина - в Скифии). Несомненно и то, что между варягами да викингами существовали разнообразные, в том числе и этнические взаимосвязи. "Повесть временных лет" - даже после "редактирования" её немецким окружением Петра І - содержит в себе соответствующие разъяснения: "И пошли за море к варягам, к руси. Ибо звались те варяги - русь. Иные [викинги-"варяги"] так само зовутся свеи, иные - урмане, аньгляне, иные - готы".
Изгнав хазар из Киева, варяги вскоре повели себя в отношении местного населения не лучше преждних захватчиков. Особенно выделялись этим двое варягов. Влес-книга (14) повествует, что когда киевляне Рюрика отогнали от земель наших, и турнули его назад, откель пришел, то был с ним также Аскольд. Тот оказался куда вероломнее: не гребовал и купцов грабить, которые ему доверялись (8: 27), - потому и угнездился впоследствии в Киеве. А Рюрик вернулся в Русь Новгородскую, призвавшую его на княжение - но вскоре прогнавшую, как и нескольких предыдущих наемников.
Какие политико-научно-патриотические страсти кипят досихпор вокруг летописных строк! Послаша за море к Варягом, к Руси [(…) дабы пригласили послы:] "Вся Земля наша добра есть, и изобильна всем, а нарядника в неи нет, и поидите к нам (княжити)". Вот, мол, расписались славяне: не имеем ни державы, никакого порядка; умоляем немцев цивилизовать нас!.. А ведь картина для историка открывается, за теми строками, вовсе иная. Новгородска Русь и в период их написания, и 7 столетий спустя сохраняла еще общинную государственность ориянского типа. Её "градом и весью" правило Народное Вече с волхвами воглаве, а защита осуществлялась руководимой князем дружиной. Поскольку же воины начали (еще со скифских времен) теснить жрецов, то новгородцы полагали лучшим обходиться наемным войском (как те варяги, викинги, самураи и т. п., - явление было международным!), а при необходимости собирали ему в помощь своё ополчение. Оно же, когда возникала необходимость, изгоняло наёмных дружинников. Были такие до Рюрика, были и после!.. Поэтому означенные выше страсти - искуственные или же непросвещенные. "Полуправда хуже чем ложь"!
Вокняжение варягов на Руси - трагедия не этническая, а социальная: на смену власти жрецов (рахманов, волхвов, укров и т. д.) пришла власть воинов (русов, рарогов-рюриков, др.); традиция общинной государственности Аратты - Арсании окончательно сменилась классовой державностью Руси.
Итак, напрасно послонявшись вместе с Аскольдом у Киева, Рюрик вернулся на родину - вероятно, на остров Руян или прилегающее побережье Русского (Балтийского) моря. Оттуда он был приглашен (в 862-864 годах) на княжение в Новгород. В 867 г. новгородцы прогнали его вместе с обнаглевшими варягами, но через три года приняли вновь - защищать свой город-державу от подобных бродячих дружин и прочих врагов. На сей раз Рюрик княжил до самой смерти (879 г.). Его приятель прожил ещё года три, притом куда авантюрнее.
Не принятый, как и Рюрик, на княжение в Киев, Аскольд от затеи не отказался. Перво-наперво, он поплыл в Константинополь - где крестился, вероятно, самим патриархом Фотием. Крещение, как знак подчинения Византии и условие её помощи, открыло пред авантюристом большие возможности. А Фотий мог потребовать от варяга посадить на Киевский престол византийца Дироса (Дира "Велесовой книги" и "Повести временных лет"), а также поручить Аскольду опекать монахов Кирилла да Мефодия - отправленных (с конца 860 г.) обращать славян и хазар в христианство.
Киевом в те годы правил князь Боревлан - последний из династии Киян. Как и прадед его Боревен, он также начал собирать народ в поход на Византию. Но тут, в 862 году, вернулся Аскольд (и) силой погромил князя нашего и потолк того (ВК: 6е). Официальным князем стал Дир(ос), фактическим же - Аскольд. На этом закончилась общинная Русь - и началась Русь феодальная.
Спустя два года византийцы оккупировали Болгарию и - пользуясь также засухой и голодом, "Божьей помощью против язычников" - крестили народ. Тогда же захватили да крестили, не без помощи правителей Киева, многострадальную Сурожию. В "Окружном послании" за 866 г. патриарх Фотий похвалялся, что крестил не только болгар, но и народ, который часто многими упоминается и прославляется, который превышает все иные народы кровожадностью, - я говорю о русах (…) Теперь они сами сменили нечестивые языческие предрассудки на чистую и непорочную христианскую веру… Ну, не так уж и сами - ибо Византия деяла тут как и в Болгарии: солдаты, голод, проповеди да обещания. Непорочности тут еще меньше, чем добровольности. А вот нечестивости и кровожадности со стороны "слуг Христовых" - аж через край!
Укоренившись - помощью византийцам в оккупации и крещении Сурожии да части киевлян в 866-867 годах - авантюрист убил ненужного уже ему сопровителя Дироса. А самого Аскольда порешил в 882 г. новгородский Олег - воевода умершего Рюрика, дядька его малолетнего сына - княжича Игоря.
Последнее событие осталось неизвестным авторам "Велесовой книги": она завершена, очевидно, в 879 году.


3. Заветы волхвов

Предпоследними строками Влес-книги, заветом волхвов, что сложили её, можно считать слова (6 е-є):

Аскольд и Дир уселись на наших землях,
как непрошенные князья, и начали княжить…
Но отвратил (Огнебог) свой лик от них,
ибо были у греков крещены.
Аскольд - темный воин, а днесь от греков научен,
что никаких русов нету-де, а суть ворове (…)
А греки хотят (и) нас крестить, чтобы забыли мы богов наших
и так обратились (в их веру) и стали им служить.
Поостережемся того, как пастухи, что оберегают свое стадо,
и не дают волкам хищничать на ягнят,
которые бо есть детьми Солнца…

Естественная Истина противостоит тут общественно-исторически обусловленной правде. Она, согласно Влес-книге (1), происходит от Прави - 'Небес'; отсюда и Православие. Но после крещения в 988 году Руси стало не так, а наоборот. По "Руской правде" не кого-нибудь, а наимудрейшего из киевских князей Ярослава, правда - то сказанное под правежом, то есть 'пыткой'. А по церковной реформе патриарха Никона, православными приказано именовать "правоверных" то того христиан; извечных же православных велено называть "язычниками", т. е. 'народниками' (теперь уж 'националистами')… Вот так и стали позорными священные когда-то Правда, Народность. И тоталитарно-библейская идеология утвердила такой перевертыш!
Говорят, что в годы принятия христианства волхвы прокляли Русь на тысячу лет. Ну что ж, они имели на то право - и от имени пращуров, и во имя потомков; а главное - в согласии со Всеведающим БОГОМ, понимаемым современнейшей наукой как Информационное ПОЛЕ. ЕГО не обманешь, не подольстишься, не обойдешь; с НИМ можно сотрудничать лишь на Языческих (Неоязыческих теперь уж) основах Православия. Которое никак не противоречит Спасительству (более того: на Нём и стоит!), сущности християнства - не отравленной мессианством иудаизма. Ибо Христос - то греческий 'Помазанник' (на священное самопожертвование во благо людей), младший родич славянского Масленицы. Их, как и многих СПАСИТЕЛЕЙ прочих народов, единит умение священнослужителей снимать противоречия - аж до Человека-и-БОГА, аж до бытия-небытия! И обществу, роду людскому всеравно: как зовется СПАСИТЕЛЬ да именуются его служители; главное, чтобы были! А те люди да организации, что настаивают на форме вместо главного, сути, - они враги либо дурни. Влес-книга (1) жалеет даже таких:

Се души пращуров наших из Ира(-Рая) зрят на нас
и там от жалости плачут и выказывают нам,
что не берегли мы Праву, Наву и Яву,
не берегли того, а еще и насмехались.
Истинно, что не достойны быть Дажбожьими внуками. (…)
Правда такая, что мы Дажбожьи внуки ко уму,
а ум великий Божий есть един с нами…

Тот БОЖЕСТВЕННО-Человеческий УМ вещает человечеству Бессмертие души и Возрождение тела. По Влес-книге (26):

И говорю то, сын мой,
что время не утрачено и есть вечно пред нами (оно).
И там (во Прави - на небе) узрим пращуров своих и матерей (…)
Там нету ни гунов, ни эланов, и Права княжит над ними (…)
И се Зоребог грядет краем тем и говорит пращурам нашим,
как живем на земле, и как страждем, и как много зла.
А там зла нету (…)
И так провозглашаем славу Богам,
которые суть Отцы наши, и мы сыны их,
и должны быть в чистоте телесной, как и души наши,
которые никогда не умирают и не замирают
в час смерти телес наших.
А погибшему на поле боя Перуница дает воду живую попить,
и, попивши её, идет (том) в небо на коне белом…
И там п(е)ребудут (умершие некий) час
и получат они тело новое (для возвращения к жизни земной).

Заветы волхвов Влес-книги уместно завершить описанием всадника на коне белом, - образом СПАСИТЕЛЯ, наиболее свойственным сей Книге. Данный образ происходит от ведического, арийского Гандхарвы (Кентавра греков, Китовраса славян) - и доныне сохраняется в украинских легендах о Богатыре-первопредке из Сувур-могилы, а также на народных иконах Козака Мамая. Итак (8: 2):

И видели, как скакал в небе вестник на коне белом.
И тот меч воздвиг до небес
и розрубил тучи и громы.
И течет вода живая к нам, и да пием тую -
ибо все от Сварога к нам жизнью течет.
И ту пьем как стекание жития Божьего на землю (…)
Итак, услышь, потомок, славу тую
и держи сердце свое за Русь,
каковою есть и пребудет наша земля. (…)
От утра до утра видим, как зло деется на Руси,
и ожидаем [СПАСИТЕЛЯ], что к добру повернет.
А того не дождемся, ежели силы свои не объединим
и не возьмем цель одну в мысль нашу.
То бо глаголит нам глас праотцов,
и к тому да прислушаемся, ибо иначе деять не можно.


П о с л е с л о в и е

Внимательные читатели обратили, наверное, внимание на те строки "Пращуров" наших, где подчеркнуто выводы про общинный, "первобытнокоммунистический" характер Аратты, а затем Орияны, Киммерии, - наверное, и Дандарики с Арсанией включительно. Обращалось внимание также на то, что начиная с победы патриархата во второй из указанных выше держав - пошло наростание свойств державности вторичного, классового качества. Её первым проявлением - решающим образом обусловленным влиянием рабовладельческого Боспорского царства, учрежденного греками-переселенцами, - стала Скифия IV ст. до н. э. (в меньшей мере - иных столетий). Наиболее важным во всём очерченном выше процессе было то, что менялася власть: на смену извечно жреческой надвигалась воинская, естественные взаимосвязи иерархического типа (где мудрые правили, сильные защищали, народные массы жили да трудились) всё более вытеснялись искусственными (словно кандалы на телах и душах людей; кандалы, впрочим, необходимые - ибо смена мировосприятия открыла тенденцию цивилизации к сумасшедствию, к самоуничтожению).
Мы уже знаем, что многочисленные Руси стали государственными образованиями классового типа - где воины (раджанья, таурус, рус) возглавили общества и начали притеснять, эксплуатировать их. Начали!.. а в Киевской Руси такое стало уж нормой. Вот и вся её (да и всех иных классовых держав) хваленная церковно-имперской идеологией "цивилизованность" сравнительно с предыдущей, общинной цивилизацией-государственностью 7-тысячелетней давности. Это был прогресс общества по форме; по сути же - деградация человеческого естества, отрыв его от полевой (божественной!) первоосновы материального мира.
Выше приведены предостережения волхвов относительно дальнейшего развития Руси и славян. Повторилась, наверное, ситуация конца расцвета Аратты 2750-2250 годов до н. э. Тогда жрецы (как мы предполагаем), оберегая общество от перспективы рабовладельчества вроде Шумера, признали за лучшее самораспустить свою державу - дабы сохранить присущий ей общинный уклад. Руские жрецы-правители жили в иное время; они стали намного слабее араттских - и повторить их приём не смогли. Однако попытки - восстания против крещения Руси и на протяжении нескольких столитий после того - предпринимались. Но известны и случаи помощи волхвов в принятии русичами христианской веры.
Трудно теперь сказать, были такие волхвы предателями или же, напротив, провидцами. Ближе к истине, наверное, второе предположение. Поскольку неожиданным следствием Крещения явился, как доказал академик Б. А. Рыбаков (Язычество древних славян; Язычество древней Руси. - М., 1981, 1987), небывалый расцвет язычества в Х-ХІІІ веках, накануне татаро-монгольского нашествия (с 1240 года). К тому же последующая Русь - её прадавнее ядро (Украина), освобожденное вскоре от захватчиков казаками да Великим Княжеством Литовским - вернулась к пращурской вере, а вторично крестилась позже иных европейских держав, в 1386-1391 годах. И это православное христианство славян намного более прочих конфессий сохранило предыдущую, родноверскую (языческую) основу Спасительства. Причём не только со стороны народных традиций Колодия-Масленицы, Великодня и др. - но и со стороны церковного старчества. Поэтому можно предполагать наличие тайного соглашения между высшими иерархами священнослужителей - и волхвов, и попов, - а также княжеской власти Владимира Великого и его наследников; соглашения относительно Крещения и судьбы Руси вообще. В свете такого предположения вышеупомянутый 1000-летний срок выглядит не так проклятием, как заклятием - по истечению которого должны произойти грандиозные изменения. Действительно, на протяжении ХХ в. от Рождества Христа-Спасителя они уже начались.
Чтобы разобраться в разворачивающихся изменениях Руси, следует окинуть мысленным взором историю Европы и человечества хотя бы с момента завершения Влес-книги. Следом за ней поднялись и другие свидетельства величия языческой культуры славян - заботливо собранные Ярославом Мудрым в его знаменитой библиотеке. Она известна теперь лишь "Велесовой книгой", "Гимном Бояна", "Голубиной книгой" (вариантом центральной части Веды славян, полностью найденной в Родопских горах во второй половине ХІХ в.), несколькими цитатами да названиями произведений. Все они, исключая лишь Веду, оказались в составе приданного Анны Ярославны, королевы Франции - а на рубеже ХVIII-ХІХ столетий были тайно возвращены в Россию (А. И. Асов. Славянские руны и "Боянов гимн". - М., 2000). А в 1185 году воссияло, в том же светоносном потоке, "Слово о полку и гореви Игоря Святославлича" (как верно и лишь недавно разгадал его название украинский писатель В. С. Осипчук). Данное произведение оценивается некоторыми, наиболее дальновидными исследователями, как предвестник европейской эпохи Возрождения. Однако - учитывая очерченные выше язычество да православие, литературу и библиотеку, миссии Ярослава Мудрого да его дочери Анны - можно сделать вывод и глубже: на Руси то, что возрождал Запад, не умирало и вовсе! Почему так? - Поясняю:
Честные историки рассматривают эпоху Возрождения (с рубежа ХIV-XV веков) античной, языческой культуры как начало выхода европейской культуры из того смертоносного (суицидного) тупика, в который завели её библейские доктрины "первородного греха", "труда как искупления", "конца света" и т. п. Нельзя при этом забывать то обстоятельство, что на Руси та же эпоха началась сразу же после Крещения 988 года (а то и за 109 лет до него, имея ввиду завершение "Велесовой книги"), т. е. не позднее рубежа Х-ХІ столетий. Об этом довольно сказано выше. А тут подчеркнем еще пару вполне очевидных обстоятельств: республиканский уклад Запорожской Сечи украинских казаков да составленная по их Звычаевому Праву "Конституция" Пилипа Орлика. Карл Маркс и многочисленнейшие его последователи считают данные обстоятельства зачатком демократизации Европы нового времени. По-форме процесса они правы, но ошибаются по-содержанию (не говоря уж о сути!). Ибо то был не "зачаток" - а сбережённый славянами мост, переброшенный Русью, для себя и Европы, чрез смертоносную пропасть классовых и церковных распрей; мост между берегами Язычества-и-Неоязычества ('Национализма' и 'Неонационализма', как выяснялось выше), размежеванных призраками религиозной 'Международности' да производного от неё политического Интернационализма.
Европейская культура постигала миссию Руси - России - Украины, проходя чрез эпохи, естественно последовавшие за Возрождением. Которое победило смертоносность Библии лишь на уровне формы - внедривши античные каноны в убранства церквей и кастёлов, а также в трактовки их человеконенависнических (по крайней мере по отношению к "гоям" - всем неевреям) учений… Итак, за Возрождением потянулась эпоха Реформации церкви, узурпировавшей было посредничество между БОГОМ и Человечеством, обнаглевшей аж до распродажи грехов-индульгенций. Сей удар по содержанию библейной доктрины был закреплен эпохой Просвещения народов, доведенных той же доктриной до сумасшедствия, до изничтожения инквизицией интеллектуальной элиты (но главным образом - язычников, хранителей общинных устоев).
В чём только не обвиняли язычников, в чём только ни обвиняют неоязычников! Многобожники-де. Ну, это как посмотреть. Правильнее всего глазами авторов "Велесовой книги" (30): Бг іе іедінь і мнъжествень (Бог есть един-и-множествен в своих проявлениях). Действительно: верховный БОГ славян Сварог - это 'Солнечный зодиак', годовой цикл. А поскольку двух и более годов в году не бывает - то какое уж тут "многобожие"!? Другое дело, что в году: сотни дней и ночей, несколько сезонов и проч., - и всё это проявления БОГА или же Боги, божества и т. д. Кстати, один из них - Лель - прямой потомок аратто-шумерского Бога-творца Эн-лиля ('Ветра колыхания'). Впервые Он проявился в рисунках и надписях Каменной Могилы, а затем под тем же именем почитался в Шумере, Вавилонии, Ассирии; еврейские авторы Библии сотворили из Него своего Элогима ('Богов'). Единобожие тут, а тем более богоизбранство евреев, как видим, сомнительны. К тому же библейский БОГ-творец имеет несколько имён. К изначальному ближе всего еврейский перевод Эн-лиля, 'Ветра колыхания': Яхве, 'Огненный смерч'. А Саваоф, есть гипотеза, происходит от славянско-арийского Сварога (см. выше)… Каннибалы-де. Да, не без того; и это ужасно! Можно согласиться, что евангелическое "ешьте хлеб - это тело моё; пейте вино - это кровь моя" гуманнее, нежели напрямую - без замен да иносказаний. Но это гуманнее к распинаемому и распинающим, а не к гибнущим во славу и на хулу Спасителя по обеим сторонам религиозных, этнических и прочих баррикад; несть им числа и края! Ибо ратуя за гуманизм на словах, христианская церковь утратила биофизический механизм СПАСИТЕЛЬСТВА - деловое снятия противоречий Человеческого-БОЖЕСТВЕННОГО (вещественного-полевого), бытия-небытия. Языческое поедание Спасителя (Колодия, Гандхарвы, др.) проистекало не из изуверства, а из необходимости спасаться от воен, эпидемий и проч. Жрецы умели перебрасывать мост между жизнью (народа) да смертью (индивида), и самопожертвование являлось центральной опорой моста. Об этом уже говорилось (см. также: Ю. А. Шилов. Гандхарва - арийский Спаситель. - М., 1997; Начало начал. - К.-М., 2002). Будем надеяться, что в начинающемся Неоязычестве СПАСИТЕЛЬСТВО будет облечено интеллектуалами в новые формы - и героям не придётся ни приносить себя в жертву народу, ни бросаться на амбразуры, ни гибнуть на эстрадах и проч. …
Общепризнанно, что эпоха Просвещения привела к НТР - Научно-технической революции. Но мало кто рассматривает НТР как двойной рубеж: и завершение определённого цикла в бесконечном раскручивании спирали развития цивилизации, и начало её очередного витка. Вспомним, что начало цивилизации заложено было около 6200 г. до н. э. древнейшим государством Араттой - возникновение которой обусловилось укоренением Великой неолитической революцией: переходом от хозяйства присваивающего (охота, собирательство) к производящему (скотоводство, земледелие). ВНР и НТР - начало и конец, исторические полюса витка-І развития Земной цивилизации. Почему? Потому что первой революцией было открыто, а второю завершено освоение вещественных проявлений материального мира. Это в плане так называемой "материальной (правильно говоря: вещественной) культуры". Что же касается "духовной культуры" эпохи НТР, то её следует считать Неоязычеством - основой разворачивания которого стали взаимонаправленные (из Индии в Европу да Америку - и наоборот) миссии Вивекананды и Рерихов на рубеже ХІХ-ХХ столетий.
То, что именно Неонационализм стал основой возрождения вконце ІІ тыс. н. э. многих народов и человечества в целом - политики, культурологи, церковники уже признают. Однако последние, а за ними и носители двух первых аспектов культуры не желают признавать возрожденческую сущность 'Неоязычества'. В 1994-1996 годах дошло даже до церковного проклятия семейства Рерихов да порицания Православия за его удаленность от библейных "духа и буквы" (иудаизма) - и "культурная общественность" не только проглотила сей рецедив инквизиции, но и начала искоренять язычество из 'национальной' культуры России и др. Воистину, "кого Бог хочет наказать - лишает разума"!.. Что это, конец того жизнеутверждающего оздоровления индоевропейськой культуры, которое начали титаны Возрождения? Да нет же! - завершение цикла. Поясняю:
Библейская идеология смирилась со своим поражением со стороны Микеланжело и др., сжилась и пользуется плодами чуждой победы. Ибо та не пошла глубже формы и дальше античности, соизмеримой с весом и давностью Библии. Её идеолоогия выдерживает даже победоносный - по содержанию - напор Просвещения, ловко списывая на НТР собственный грех "конца света". А вот Рерихи, Н. К. и Е. И., да их единомышленники побеждают по сути - а этого "богоизбранные" хозяева Библии и прочие её почитатели пережить уж не смогут, потому и не мирятся. Да и как смириться с теми фактами, что ведическая культура намного древнее и весомей библейской? А главное, что хранители Вед не только знают, но и умеют выходить на божественную первооснову мироздания - которую современнейшая культура всё более понимает как полевую. Поэтому даже начало грядущего витка цивилизации оказывается в русле (нео)язычества - и всё дальше от избитой стези "Господних рабов".
Да, Научно-техническая революция - это конец… но не Света, а всего лишь начального витка-I спирали бесконечного развития цивилизации. Конец, ознаменованный обретением цивилизацией возможности расщепления атома, мельчайшей частички вещества. Но этим же НТР вывела цивилизацию на новый виток-II - на освоение полевой первоосновы материального мира. И в ней уже проступают пред нами не только "пришельцы" из соответствующих цивилизаций, далеко опередивших нашу, но также общий - их и наш - Всеведающий БОГ т. е. Информационной ПОЛЕ.
Страшно? - Конечно! (См.: В. Г. Ажажа. Основы уфологии. - М. : Ин-тут гос. администрирования, 1995; Под "колпаком" Иного Разума. - М. : РИПОЛ КЛАССИК, 2002.) Но к этому естественно-вселенскому процессу нужно относиться без религиозных либо научных или житейских предрассудков. Знать, чтить и считаться следует, - да! Но воспринимать надо приблизительно так, як мы привыкли воспринимать смерть и рождение, смены времён года. Конец современной "зимы" цивилизации приведет к некой "весне" - подобной, однако же никак не тождественной той минувшей "весне", которую теперь обзывают язычеством(-народничеством-национализмом). Это ли грех или ужас?! Ясное дело, что растают такие привычные, такие милые нашему сердцу сугробы - но не следует этого слишком пугаться и сосредотачиваться на строительстве церковно-политических ледников и т. п. А порадуемся-ка лучше тем грядущим цветам да листочкам, почками которых уже разбухают голые ветви наших дерев!
Мы уже много говорили о естественности основ язычества (название и смысл которого изгажены церковью и др. не меньше поганства <латин. 'селянин'. Что ж то за мораль, идеология, культура в целом, где быть крестьянином и народником - грех и позор!? Да та же самая - с иудейско-сионскими, человеконенависническими относительно гоев и человечества в целом основами - с которой выросли впоследствии гражданские войны да голодоморы, организованные и византийской, и советской властями. Это следует четко знать и понимать… иначе вымерзнут те дерева, в ледниках и скончаемся). А раз они естественны, то не могут не иметь полевой - "божественной", как говорили пращуры наши - первоосновы!
В культуре полевая основа и вещественные проявления материи взаимосвязаны чрез ауру, подсознание, архетипы. Они тоже - подобно научным, религиозным, художественным, политическим и прочим элементам культуры - естественно взаимообусловленны, нерасчленимы. Таким было Язычество, таким стаёт Неоязычество. Они стоят на формальных разнообразиях путей к общечеловеческим архетипам зачатия, рождения и т. д. А между язычеством и неоязычеством такое - неестественно "классовое" да искусственно "интернациональное" - состояние культуры, когда её элементы поляризованы, а некоторые, к тому же, еще и преследуются как "поганские", "еретические", "контрреволюционные", "националистические", "антинаучные". Такое состояние закрывает существенную основу культуры и дееспособно лишь к формализованной общности, декларативному равенству и тому подобным потугам да обещаниям "интернационалистов". На деле же они, революционеры-поляризаторы, оказываются пособниками того смертельного, прединфарктного положения цивилизации, который Библия предрекает как "конец света". Сама предрекает и сама же провоцирует, как затем марксистский "Капитал" с его направленностью на "мировую революцию".
Но естественное движение сердца истории - пульсация, а не только разжатие-поляризация. И уже было сжатие-синкретизм (Язычество), наступает и новое (Неоязычество). От жизнелюбов требуется лишь понимание да посильная помощь процессу, управляемому вселенскими силами во главе с Информационным ПОЛЕМ. Вот это и есть формула благосостояния и счастья, светлого будущего всего человечества. Что же касается смертелюбов, сторонников да исполнителей суицида-самоуничтожения цивилизации, то…
То следует знать и понимать, что существует немало и таких - людей, организаций, тенденций. Нетрудно представить себе, к примеру, старческий клан верховных хранителей Торы (ветхозаветной основы Библии), имеющих ныне возможность (атомной и т. п. войной) утащить с собой на "тот свет" всю планету - во славу библейского Бога, во исполнение угодного Ему "конца света". Подобные самоубийцы объединены не хуже сторонников мира, тоже имеют сильную идеологию - основанную также, как и жизнеутверждающая, на естественно-вселенских законах.
"Жизне-" и "смертелюбы" сосуществуют подобно организму и паразиту, + и - мироздания. Это жутко, но естественно - без такого противостояния нету энергии, угасает развитие. Поэтому бояться действительности, закрывать глаза на неё не следует. Необходимо помнить и работать на то, чтобы организм и + общечеловеческой цивилизации был мощнее её же - и паразита, - тогда она не исчезнет.
Теперь уже не только математикам следует стоять на том, что в нашем мире "минус" должен быть лишь подчиненным. И не только лишь биологи обязаны задумываться над теми закономерностями, что превосходство паразита над организмом ведет к смерти обеих, тогда как спасающий себя организм сберегает существование и паразиту.
Вот и наша книга нацелена не против губителей традиции пращуров наших, а на укрепление данной традиции. На благо всего человечества (культуры народов которого - да не забудем! - взаимосвязаны общечеловеческими архетипами и проч. на существенном уровне), а не одних украинцев, славян, индоевропейских народов. Во имя обновления восприятия всеми людьми (и самоубийцами тоже) Всеведающего БОГА, новое Имя КОТОРОГО - Информационное ПОЛЕ.
Видим уже весенние почки на оттаявшем дереве нашем! О нём-то и рассказанно в "Пращурах".


Киев
24.02 - 16.03.2003

П р и л о ж е н и е

ИСТОКИ БРАХМАНСКИХ УЧЕНИЙ
Два подхода к решению научной проблемы

В 1992-1993 годах руководимая мною экспедиция "ПГОК" (Полтавский горно-обогатительный комбинат) Лаборатории охранно-археологических исследований Министерства культуры Украины да Института археологии Национальной Академии наук Украины исследовала 8 курганов возле г. Комсомольск Кременчугского р-на Полтавской обл., в устье Псла да в начале Днепровских Порогов. Два из этих кургана, именовавшиеся местным населением Цегельня и Кормилица, оказались древнейшими среди известных науке - и, кроме того, довольно очевидно отразили зарождение основ Ригведы, сборника священных учений индо-арийских брахманов.
Публикуя материалы и выводы в своей монографии "Прародина ариев" (К. : СИНТО, 1995), я счёл необходимым указать на обстоятельства, свидетельствующие о действенности брахманских мифоритуалов - проявившиеся, в частности, в мистической гибели экспедиционного бульдозериста Б. С. Опришко, а затем едва причастного к раскопкам мальчика из соседнего с. Потоки. (Вечная слава невольным жертвам науки!) Такое погружение в неизведанную археологами глубину потребовало от меня немалого мужества: на карту ставились престиж и карьера, которые учёный нарабатывает десятилетиями. Вот заключительные строки из послесловия к монографии (стр. 623-625): "ВСЯ ЛИ ДУША, АВТОМАТИЧЕСКИ ЛИ УХОДИТ ИЗ УМЕРШЕГО В НООСФЕРУ? НЕ НУЖДАЮТСЯ ЛИ ОСТАНКИ В ЗАБОТЕ ЖИВЫХ, А ДУША ДЛЯ СВОЕГО ВОСПАРЕНИЯ - ПОМОЩИ? Современная наука обязана срочно и конкретно ответить на эти вопросы, а современная культура - перестроиться в соответствии с этим. Нет у человечества задачи актуальнее этой!.. Надеюсь, что "Прародина ариев" посодействует и выдвижению, и решению данной задачи.".
Следует подчеркнуть, что эти строки предварялись ссылками на исследования археологических объектов геологом Р. С. Фурдуем и физиком Ю. М. Швайдаком, первый из которых снабдил меня аэрофотоснимком и геофизической дешифровкой района указанных курганов. С их помощью мне удалось (задним числом, увы!) догадаться о первопричине загадочной гибели людей не только в моей, но и в экспедиции знаменитого археолога Б. Н. Мозолевского (ставшего там третьей жертвой… вечная слава!). Но вот ответы моих коллег, опубликованные в журнале "Археологія" (К. : Наук. думка, 1996, №2. - С. 103-116; 109-110, 112) соответствующего института Национальной Академии наук Украины: "Монографію не можна розглядати як серйозну наукову працю. Адже кургани Ю. Шилова є сховищами космічних знань, а також (що більш хвилююче) сексуальними символами. Кров стигне в жилах, коли на повному серйозі розповідається, як при розкопках могили з неї випорхнула відьма з кримінальними намірами зіпхнути з профілю кар'єру бульдозериста разом з бульдозером. Трагічний образ бульдозериста, який все ж таки невдовзі вмер за нез'ясованих обставин, здається, навіяний Ю. Шилову не менш драматичною долею бурсака Хоми з повісті "Вій" М. Гоголя. Як на мене, сипатичним і навіть корисним для старіючої української науки видається пассаж про перебування Ю. Шилова в тунелі безсмертя з наступним наведенням відповідної формули безсмертя. […] Однак, як на мене, все це псевдонауковий сурогат, наукоподібна міфотворчість."; "Ю. О. Шилова повсякчас виносить за межі прокрустова ложа археології у світ широкий. У його творах виразно відчувається синдром пророка. […] Але ж пророцтва, видіння, маячня та всяке інше бісівство, то є сфера релігії, а не науки. Нехай теологи разбираються, де істине вчення, а де - єресь, відповідно до своєї конфесійної належності.".
По-разному можно оценивать приведенные высказывания докторов исторических наук Л. Л. Зализняка и В. В. Отрощенко, поддержанные редколлегией академического журнала. Сосредоточим внимание на двух обстоятельствах. Первое: эти смертные (как и все мы) люди, будучи археологами, по долгу службы исследуют древние могильники с останками умерших людей - но их образовательный и профессиональный уровень явно не соответствует их общественному предназначению: исследовать феномен смерти не только формально, но и существенно. На этом НО оппоненты мои и застряли. Почему так? А потому что официозная археология "исследует остатки материальной культуры", оставляя вопросы культуры духовной - как видно из приведенных слов моих оппонентов - на рассмотрение писателей, теологов и "прочих пророков да мифотворцев". Целостности культуры, взаимосвязей всех её проявлений (религиозного, научного и т. д.) оппоненты мои не признают и считают второй из вышеназванных - наиглавнейшим, судией остальным. Второе: археологи советской выучки стоят на позиции "исторического материализма" - ошибочно отождествляющего всю материю с её вещественными проявлениями, а её же полевую первооснову отметающего как "идеализм, религиозность и т. п.". К тому же археологи, занимающиеся вещеведением, пытаются свести к нему всю историческую науку - в том числе и её полевую ("духовную, идеалистическую") первооснову. А в ней-то и залючается суть! тогда как в веществе - только форма.
Оставляя в стороне морально-этические оценки высказанного Отрощенко да Зализняком, можно сказать: они принадлежат к типичным истматовцам-археологам. Ну что ж: такие вещеведы тоже нужны, словно эксперты в криминалистике. Но там и здесь, те и другие должны знать своё место - и не мешать общественным устремлениям разобраться в первоосновах своего бытия-и-небытия. Это сфера мыслителей (постигших, ясное дело, и вещеведение - азы культурологии).
Археология, как вспомогательно-вещеведческий раздел исторической науки, свои собственные возможности постижения действительности исчерпала. Но она может обретать актуальность, как бы растворяясь в естественных науках: астрономии, геологии, физике, биологии. Астроархеология, к примеру, уже существует - благодаря, в частности, усилиям Н. А. Чмыхова (1979, 1990), Ю. А. Шилова (1981, 1992, 1996) и многих других, и невзирая на противодействия Л. Л. Зализняка (там же; 2002) иже с ним.
Разбираться в астрономии мне пришлось, столкнувшись с календарно-обсерваторной подоплекой мифоритуалов строителей "степных пирамид". Что же касается иных аспектов естественнонаучной подоплёки брахманской идеи Бессмертия Души, то вывести её "формулу" в данной книге я не берусь. Хотя могу указать ряд публикаций (см. ниже) соответствующих специалистов, соединение усилий которых с моими ведут, полагаю, к искомому результату. Для раскрытия же темы, заявленной в названии данной статьи, достаточно показать факт выхода мудрецов - руководивших мифоритуалами рассматриваемых в книге курганов - на полевую первооснову материального мира, наглухо закрытую истматом для современных археологов-историков, вроде поименованных выше. Раскрывая факт выхода, будем опираться на выводы авторитетных специалистов.
Первым из таких авторитетов является академик В. И. Вернадский - основоположник учения о Ноосфере. Ещё в 1914 г. он пришёл к заключению о наличии "огромной магнитной аномалии… по Пслу в пределах Кременчугского уезда", в районе исследованных затем мною курганов - располагавшихся у края карьера по добыче железной руды (Бенько и др., 2000). Выше отмечено, что геолог Р. С. Фурдуй предоставил мне аэрофотоснимок и геофизический план, показавшие встроенность данных курганов в действующие периметры "мантийных каналов", образованных кольцевыми завихреними неких полей - которые, с позиции физиков А. Е. Акимова и Г. И. Шипова (1996), следует трактовать как "торсионные поля". Академик А. Е. Акимов в своей статье "Физические основы фундаментальных понятий Учения АГНИ" (с. 83-84) характеризует их так: "Существуют теоретические и экспериментальные основания считать, что торсионные поля на уровне вещества и первичные торсионные поля являются физической основой Сознания, Мышления и Памяти. […] Абсолютное "НИЧТО" порождает первичное торсионное поле. Первичное торсионное поле порождает физический вакуум, в свою очередь порождающий элементарные частицы, из которых возникают атомы, составляющие основу мира вещества. Последние утверждения являются общепринятыми в современной физике.". В качестве конкретизации и строго научного обоснования данных положений можно сослаться на статьи А. В. Букалова "Количество информации в живых организмах и энергия вакуума" да "Психоинформационное пространство и структура событий в физическом пространстве-времени. Синхроника", опубликованные в журнале Международного института соционики "Физика сознания и жизни, космология и астрофизика" (К., 2002, № 2. - С. 5-9, 22-27). С другой стороны, Л. П. Санникова опубликовала в "Материалах IV Международного конгресса "Эниология ХХI века" (Одесса, 2002. - С. 196-201) статью под не менее, чем у Акимова и Букалова, красноречивым названием: "Концепція Триіпостасного Вакууму П. Харченка у контексті визначення первнів (архетипів) української народної культури".
Эниология - это новая наука об энергоинформационном обмене в природе и обществе. Академик, доктор биологических наук П. А. Харченко (1999-2000; др.) - основоположник качественно новой научной парадигмы: основанной не на отождествлении материи с веществом; за основу берётся "Тригнозис" (К., 1998. - С. 13 и др.), посвящённый "неатомістичному світоосягненню, що покликане охопити пізнання первинного і вторинного рівнів матерії в їх єдності (тобто Першосубстанції і продуктк її розвитку - речовини).". Санникова (Ук соч., с. 199) приводит такую схему курганного обряда, отчасти сохранённого украинской этнокультурой: на вершине погребальной насыпи, сосредоточии торсионного поля, раскладывались писанки (птичьи свежие яйца, предварительно покрывавшиеся архетипическими рисунками), неким образом помогавшие священнослужителям осуществлять "перехід від образного мислення до логічного […] Можливо, певна кількість писанок, на яких "писали" ієрогліфи (символи первнів Всесвіту) у загальній сукупності відтворювали передумови народження речовинного простору, який апріорно вкладався в загальний триплетний візерунок. Такий символ набував назви "Квітки Життя"". В другой публикации (Украинские писанки - реликтовые явления мегакультуры // Эниология. - Одесса, 2002, № 2. - С. 59-64) Л. П. Санникова прямо ссылается на мою "Прародину ариев" и, в частности, одобряет те вышеприведенные строки, которые столь саркастически были отвергнуты моими коллегами-археологами. А далее, аппелируя к авторитетным книгам "Миф о вечном возвращении" М. Элиаде и к "Трудам по ведийской мифологии" Ф. Б. Я. Кейпера, исследовательница приходит к выводу: "Формирование духовной культуры племён Аратты [и Ариана] происходило прежде всего благодаря влиянию брахманов - интеллигенции, осуществлявшей напряжённейший диалог интеллекта с Мирозданием. Извлекая из подсознания архетипы (по К. Г. Юнгу) или творчески распаковывая континуум смыслов через вероятностную, т. е. числовую логику Тексты Вселенских Смыслов (по В. Налимову), брахманы раскрывали непроявленные семантические составляющие в виде дискретных семиотических. Непроявленный Мир - семантический вакуум - это спресованность смыслов на действительной оси." Как это происходит - и происходило - на обыденном уровне, можно постичь на практических семинарах современного украинского (б)рахмана-характерника В. И. Холошни, героя моего документального романа "Цілитель" (К. : Аратта, 2003).
Примечательны и нижеследующие строки из второй статьи Л. П. Санниковой: "Исследования и выводы, гипотезы и интуитивные прозрения в работах замечательных учёных, смельчаков в науке - и Василия Налимова, и Сергея Сухоносова. И Юрия Шилова - на наш взгляд, гениально современны, актуальны; дополняя друг друга, они делают мощный прорыв к синтезу научного и духовного и предлагают нам вспомнить свою Божественную Сущность, избавиться от телесного ужаса смерти, душою причаститься к Высочайшему - и Оно тебя защитит, и тобою спасёт народ…".
Как видим, моё открытие полевой (божественной, как именовали её же пращуры наши) первоосновы брахманских учений - сделанное по материалам древнейших курганов в аномальной зоне верховьев Днепровских Порогов, с учётом загадочных смертей Б. С. Опришко, Б. Н. Мозолевского и др. (Шилов, 2001, с.34-40) - не пропало втуне. Оно признанно, поскольку оказалось в русле самой передовой науки - занятой поиском основ Вселенной и общества, смысла бытия, снятия противоречия человеческой жизни-и-смерти.

Это цель, достойная и науки, и культуры вообще. Примечательно, что в стремлении к данной цели лидируют представители не гуманитарных, а естественных наук. Более того: гуманитарии в лице археологов - наиболее причастных к решению проблемы человеческой жизни-и-смерти - оказываются, в массе своей, ретроградами. Этим самым они закрывают перспективы как собственной научной дисциплине, так и (не только гуманитарной) науке, развитию всей культуры. С целью снятия сей досадной преграды мною написаны не только специальные научные (см. выше) и научно-популярные (Космические тайны курганов. - М., 1990; Пути ариев. - К., 1996), но и художественные, а также публицистические книги: Брама Безсмертя (К., 1994), Homo soveticus (К. - Ирпень, 1995), Гандхарва - арийский Спаситель (М., 1997), Начало начал (К. - М., 2002), Святині (К., 2001), Цілитель (К., 2003). В них акцентируется не позор археологов, а предел их сил - концептуальных, образовательных, человеческих - в постижении ИСТИНЫ. ОНА же, по природе и сути своей, сверхчеловечна, БОЖЕСТВЕННА. И с этой реальностью следует считаться, а не издеваться над нею (подобно Зализняку, Отрощенко и др. "настоящим археологам"). Издеваться тут не только грешно, но и крайне опасно!
Стоит ли говорить, что общекультурный уровень оппонентов не позволил им понять моих благих намерений. Показательна в этом отношении наукообразная статья Л. Л. Зализняка "Свиня як критерій нордичних народів та семітів", опубликованная не где-нибудь, а в научном историко-филологическом журнале "Київська старовина" (К., 2002, № 3. - С. 152-160), редактируемом академиком П. П. Толочко - бывшим директором Института археологии НАНУ и её же (Национальной Академии наук Украины) вице-президентом. Среди прочих умствований Леонида Львовича есть и такое: жанр публикаций Ю. А. Шилова "не науковий, а, скоріше, сакрально-релігійний. На відміну від наукових концепцій, які будуються на засадах наукової логіки, релігійні догмати не потребують аргументації, а лише беззастережливої віри. Схоже чогось подібного очікує від своїх читачів і Юрій Олексійович, який не випадково проголосив себе спасителем людства, що отримав священні знання мало не від брахманів священої Арати. Свою більш ніж скромну брошюру під претензійною назвою "Победа" він порівнює з великими епосами […]. У … "Хомо советикус" 1997 р. на основі брудних пліток і власних домислів археологи Києва показані як зборище мерзотників, алкоголіків та повій.". Видно, что с "Homo soveticus" (1995) Л. Л. Зализняк знаком понаслышке; унизительная оценка коллег-аргеологов - на его, а не на моей совести. И коль уж дошло до морально-этических оценок личностей, позволю себе сделать заключение о чрезвычайно низком культурном уровне своего оппонента.
Нельзя, к примеру, назвать приличной манеру ведения доктором Зализняком научной полемики ссылками на художественные произведения, да ещё и неправильно понятые. Статья "Свиня як критерій…" написана так, словно её автор никогда не слыхал о художественных произведениях выдающихся учёных Обручева, Ефремова и др.; попробывал бы кто критиковать их научные свершения цитатами из "Земли Санникова" или "Туманности Андромеды"! А господин Зализняк пробует (в отношении трудов Шилова), - новатор, видите ли. Игнорируя приводимую мною библиографию и, главное, семиотическую дешифровку мифоритуалов курганов, впервые в мире сделанную именно мною (см. выше оценку открытия в понимании Санниковой), оппонент юморит: "Щодо генетичного коріння аріїв, то його в українських степах відкрили задовго до Ю. Шилова […] Власний доробок Ю. Шилова в цій проблематиці полягає в тому, що він за його ж виразом "інфекціював" її фантазіями про космічні таємниці курганів з "силовыми установками в виде магнитного канала с биоэнергетическим трансформатором" (!?), "пришельцами из иных миров" та іншою містикою13. Я також люблю фантастику, але окремо від науки. Змішування ж цих двох несумісних жанрів в праці, що претендує на науковість, неминуче веде до профанації науки.". Вот именно. Но за правильными словами оппонента скрывается вероломная ложь: 13 - это ссылка на мою не научную работу, а на повесть "Победа!". Просматриваю страницы 86-87 своего художественно-публицистического произведения, указанные оппонентом в его 13-й сноске. Выражения "інфекціював" (и подвёрстанных к нему Зализняком слов) здесь, конечно же, нету: текст-то не украинский, а русский. Мой рассказ о расположении курганов Цегельня и Кормилица в геомагнитной зоне (см. выше об исследованиях В. И. Вернадского и др.) оппонентом проигнорирован, смысл перекручен, а цитаты искажены. У меня приведенные Зализняком слова опубликованы так: "Кормилица с её "силовой установкой" в виде мантийного канала и "биоэнергетическим трансформатором" в виде окружённого рвом алтаря […]"; "Замечено, что с ними связаны концентрации уфологических явлений, то есть "пришельцев из иных миров".". Отсюда вывод: Л. Л. Зализняк не только лжец, но и фальсификатор.
Итак, рассмотрение двух подходов - гуманитарно- и естественнонаучного - к решению проблемы истоков брахманских учений, явно не в пользу первого, представленного археологической дисциплиной исторической науки. Однако, несмотря на наличие ретроградов вроде Зализняка да Отрощенко, положение в археологии понемногу исправляется. Об этом с наибольшей очевидностью свидетельствуют учебники для учителей и студентов: "Археологічні дослідження курганів" (К. : КДУ, 1989) М. О. Чмихова, Ю. О. Шилова, П. Л. Корнієнко; "Україна давня: Євразійський цивілізаційний контекст" (К. : Генеза, 2002) О. А. Білоуська; "Сторінки історії та культури Праукраїни" (Чернівці : Прут, 2003) С. М. Вовка, Ю. О. Шилова, С. І. Наливайка.

 


ШИЛОВ Юрий Алексеевич
родился в 1949 г. Из казаков-задунайцев, сооснователей с. Обиточного (ныне г. Приморск-ІІ Приморского р-на Запорожской обл.); родители - крестьяне-колхозники.
В 1966 г. окончил общеобразовательную школу, в 1972 - исторический факультет Московского государственного университета, в 1977 - аспирантуру при киевском Институте археологии Академии наук УССР, где работал в 1971-1998 годах (и был уволен "за прогулы" после написания докторской диссертации да издания монографий "Прародина ариев" и "Праісторія Русі - України"). В 1999-2002 - заведующий отделом древней истории Международного Института соционики. Ныне - профессор Межрегиональной Академии управления персоналом (МАУП) и Уманьского государственного педагогического университета.
Академик (Української Академії оригінальних ідей, Православной Русской Академии, New York Academy of Sciences), кандидат исторических наук, член Союзов писателей Украини и России.
Автор 8 монографий, 4 научно-популярных, 9 художественных и публицистических книг. Среди них найболее известны: Космические тайны курганов (М., 1990), Брама Безсмертя (К., 1994), Праодина ариев (К., 1995), Homo soveticus (К.- Ірпінь, 1995), Гандхарва - арийский Спаситель (М., 1997), Праісторія Русі - України (К.- Хмельн., 1998), Начала цивилизации (М., 1999), Святині (К., 2001), Начало начал (К. - М., 2002), Джерела витоків української етнокультури (К., 2002), Цілитель (К., 2003).