додатково: "Кам'яна Могила - визначна пам'ятка культури .

Іван Іванович Заєць " Витоки духовної культури українського народу"

"Каменная могила и Держава Аратта"

Юрій Олексійович Шилов.(археолог,кандидат історичних наук)


Специалисты подразумевают под историей письменное прошлое человечества; дописьменное считается доисторическим. Считается также, что возникновение письменности - одно из наиболее очевидных проявлений государственности.
В 30-е годы XX столетия, с развертыванием широкомасштабных археологических раскопок в Месопотамии и находок там добиблейских "глиняных книг", сложилось представление, что "история началась в Шумере" - в конце 4 тысячелетия до Рождества Христова (до нашей эры) или примерно через полтора тысячелетия после определенного Библией сотворения мира.
Между тем, указанные книги засвидетельствовали и то обстоятельство, что сами шумеры выводили себя из некой Аратты... И вот начиная с 1940 года и Румынии, Болгарии, Венгрии, а впоследствии и на Украине стали находить глиняные таблички с прашумерскими письменами. Эти надписи вкупе с руинами древнейших на Земле городов засвидетельствовали формирование государства Аратты уже в б тыс. до н. э., причем в долине Дуная.
В середине 5 тыс. до н. э. центр Аратты сместился в Дунайско - Днепровское междуречье, где известен теперь под условным названием "археологическая культура Кукутени - Триполье" (по наименованием населенных пунктов в Румынии и па Украине). Здесь, на Чсркасщине, традиция Солнце подобной страны (земледельцев) просуществовала до Киевской Руси - в состав которой, по свидетельствам арабских путешественников 9-10 иском, входило княжество Арсания со столицей Артой. Наверное, именно эта страна считалась иранцами земным раем и воплощением высшего миропорядка -священной Артой; такие представления могли сложиться у них в арийское или же скифское времена.
Наряду с прашумерскими табличками из Подунавья, с 60-х годов начали накапливаться данные о некой письменности в многочисленных гротах и т.п. Каменной Могилы на речке Молочной (левобережье низовьев Днепра). Их прашумерскую принадлежность впервые предположил археолог О. Н. Бадер, а первую строку опубликовал в своей монографии "Кам'яна Могила" (Киев, 1986) его коллега В. Н. Даниленко. Спустя несколько лет ученик последнего Б. Д. Михайлов, директор музея-заповедника, опубликовал уже свыше тридцати строк и попытался определить их культурно-хронологическую принадлежность. Расшифровать же эту древнейшую письменность, а заодно и открыть и ней первую на Земле мифо - историческую летопись (12-)-7-3 тысячелетий до н.э. удалось выдающемуся шумерологу А. Г. Кифишину. Он же, привлекая древнейшие названия с территории между Карпатами и Кавказом, Дунаем и Волгой, выдвинул гипотезу о сложении представлений об Аратте в доисторические времена, еще во времена существования мамонтов.
Итак, уже можно считать, что "история началась в Аратте" - по крайней мере в 7, а быть может, и в 12 тыс. до н. э. Несомненно то, что территория будущей Руси, в особенности её южных пределов, изначально оказалась в сфере формирования древнейшей цивилизации нашей планеты. Эти обстоятельства заставляют пересмотреть не только формальную, но также содержательную и существенную стороны культурно-исторического процесса.


ДРЕВНЕЙШЕЕ В МИРЕ ГОСУДАРСТВО - АРАТТА.

Возникновение Аратты .


Итак, около 6200 г. до н. э. экспедиция жрецов-правителей малоазийского Шу-эден-на-ки-дуга ('Руки-закона степи страны благой', как называлось тогда поселение праиндоевропейцев у современного Чатал-Гуюка) достигла святилищ приднепровского Шу-нуна ('Руки-закона владычицы', совр. Каменной Могилы, плиты которой были пронумерованы одним из ее исследователей -М.Я.Рудинским). С её плит 4, 39, 9/6, 29, 10, 25/ А, 25/В, 37/4, 34/А странники в той же последовательности сняли копии пранадписей. Открывший данное событие шумеролог А.Г.Кифишин расшифровал эти надписи так:
4 Богиня Гатумдуг, владычица степи [окрестностей Шу-нуна], судит и сражает А ну [бога Небес];
39 по жребию богини Инанны, праматери благой земли и степи, гибнет (также) Сухур-алаль [предтеча Энлиля];
9/6 Месламтаэа [сын Ану] убивает Большую Птицу [Смерть], а семиголовая Ниндара-из-бездны [жена Ану] помогает судом своему мужу, - который, обретя [за время пребывания в бездне Большой Птицы] разум Мыши, справляет праздник (своего воскресения) на Поселении;
29 бог-громовик Им или Ишкур [ипостась воскресшего Ану?] - великий судья богини зерна Ашнан - судит богов в "праведные годы " ;
10 богиня-медведица Аз, пользуясь лирой, освящает суд.
Так завершается первый календарно-мифологический сюжет. Далее приводятся перечни мифологических и легендарно-исторических правителей Благой Земли и Степи (от Надпорожья до устья Молочной?):
25/А Думузи, Сухур-алаль, Кас-кисим, Ри-алаль, Уту-паиль, Му-ги, Энлиль-паиль, Ки-саль, Соль-туш (и ещё 5 правителей между Думузи и Сухур-алалем, о чём см. ниже);
25/В А-энзу, Кас-шегбар, Намтар - "творец полей утугов (демонов) ", Килим - "разливающая воду", Ибаз - "творец волокуши(?)", Ламар - "древом поразивший мудрецов ", Уту - "творящий суд воды " (и ещё 4 правителя между А-энзу и Кас-шегбаром).
Третья часть подобна первой своим календарно-мифологическим содержанием:
37/4 - 34/А Бог Энлиль [воплощение предшествовавшего ему Сухур-апаля? ] осужден за неправильное бракосочетание с Нинлиль и казнен. Однако позж-е (отыскан в потустороннем мире Нинлиль вместе с их сычом - богом луны Эту) Эн:т.1ь воскресает.
Копия, снятая с данной летописи жрецами малоазийского Шу-эден-на-ки-дуга и воспроизведенная на барельефе Праматери сущего (Гатумдуг?) храма 23/VII. несколько отличается от оригинала. Во-первых, в списках правивших династий богов и пращуров опущено два вышеуказанных блока имен; кроме того, не приведены даты основания этих династий . Во-вторых, упомянутая на плите 9/6 " Мышь" заменена на " птицу Имдугуд".
Можно считать, что сочетание этих оригинала и копии древнейшей в мире летописи означало заключение мирного договора, обусловившего открытие Циркумпонтийской зоны формирования индоевропейской общности. Этот древнейший в мире письменный договор 6200 г. до н. э. ознаменовал начало всемирной цивилизации (государственности).
Наиболее информативны среди прочитанных керешских надписей такие: (жертвенная) овца схвачена (верховным) жрецом Аратты; канал жреца Ураша [бога небес], кирпич (магического) предопределения 40; (жертвенный) ягненок стены воинов.
Итак, древнейшее государство Аратта имело уже каналы и крепости, священнослужителей и воинов, социальную иерархию, определённые ритуалы и культы, исконных богов...
2. Аратта междуречья Дуная и Днепра
Более известна ныне под условным названием "археологическая культура Кукутени - Триполье" или как две родственные культуры на территориях Румынии и Молдовы, а также Украины.
Винчанской волне переселенцев предшествовало катастрофическое запустение под конец VI тыс. до н. э. Чатал-Гукжа и Хаджиляра - древнейших центров индоевропейской цивилизации. С другой стороны, укоренившиеся было в Подунавье носители первой, праиндоевропейской волны вынуждены были потесниться - в сторону Поднепровья, чьи земли были разведаны достопамятной экспедицией 6200 г. до н. э. и уже довольно обжиты носителями вышерассмотренных буго-днестровской и сурско-днепровской культур (тоже праиндоевропейских).
На глиняных табличках Подунавья об этих событиях говорится в мифоэпическом духе: бог потустороннего мира Кулла и богиня степей Гатумдуг [покровительствовавшие, соответственно, жителям подунайской Аратты и её поднепровской периферии] договорились о прекращении ссор и объединении пред лицом нашествия с юго-востока [с малоазийской прародины] "воинов богини Ишхары" (не предтечи ли хурритской Ужхары и арийской Ушас? -также индоевропейских богинь), принесшим угрозу полям 'Солнцеподобной страны'... А среди несколько позднейших надписей кукутеньской культуры Румынии привлекают внимание следующие:
потомок Владыки на поле Страны;
бог Солнца судит убитых в саду, это второе святилище близнецов Инанны; на 5 полей 2 мотыги (ритуально) установлено.
Последняя из этих надписей близка по содержанию надписи на прашумерской табличке из украинской Волыни, которой располагал В.Н.Даниленко - прочитывая её следующим образом: прислать (в помощь) на поселение [...] 5 упряжек волов с ролами к [дата].
Приведенные надписи совместно с археологическими и проч. данными свидетельствуют о высоком уровне развития дунайско-днепровской Аратты. Основу её хозяйства составляло довольно развитое земледелие - уже не только мотыжное, но и пахотное. Главной культурой являлась пшеница-двузернянка, однако выращивали также однозернянку и спельту, два сорта ячменя, просо, бобовые. o Имели огороды, сады, а в Днестро-Прутском междуречье - и древнейшие на Земле виноградники. Разводили крупный и мелкий рогатый скот, свиней, а позже и коней.
Сохранялись собирательство растений и моллюсков, рыболовство, охота. В чести были разнообразные ремёсла: обработка камня и дерева, гончарство, ткачество, кузнечное дело. При этом аратты различных районов и поселений идеально приспосабливались к местным условиям, так что хозяйственных укладов и типов существовало немало. Довольно развитые уже в предшествующие времена, они между серединами V-III тыс. до н. э. истории приднепровской Аратты не столь видоизменялись, сколь перегруппировывались; развитие хозяйства наиболее заметно во взаимосвязанных гончарстве и металлообработке... Общественные же отношения, быт, духовную культуру, идеологию целесообразнее рассмотреть на историческом фоне.


ЖЕРТВЕННОЕ САМОСОЖЖЕНИЕ.


Могильники раннего и среднего этапов Триполья до сих пор не обнаружены, - их, вероятно, в виде привычных нам кладбищ и не было. Из этнографии различных индоевропейских народов известны захоронения на деревьях (древние черкесы и осетины), на столбах у дорог (славяне); трупосожжеиия доныне сочетаются (у индусов) с обычаями развеивать пепел над полями, а останки спускать за водой. Такой обычай доминировал, быть .может, в Аратте; данным образом можно объяснить распространённость среди индоевропейских народов слов навь, наус и т.п. со значениями судно , но также 'покойник' и 'смерть'. На кремирование умерших указывают также редкие останки человеческих жертвоприношений-которые в виде черепов и отдельных костей по древней, ещё ближневосточной традиции располагались в жилищах возле очагов. О сожжениях жертв свидетельствуют и такие надписи из подунайской Аратты:
40-е княжение(?). По велению бога Шауэ старейшина ритуально сожжён. Это 10(-я жертва);
"женщина воинов" возвеличила [сожгла как жертвоприношение] воинов-стражей святилища Огня, не дав (им) выйти из (пылающего) святилища; "женщина воинов " (их) в степи возвеличила.
Сожжение, как видим, возвеличивает человека; добровольно-принудительное (узаконенное традицией и неприятием смертности души) самопожертвование является честью. Жрецы и жрицы господствуют в обществе. Воины, помимо защиты Родины, прислуживают в храмах и время от времени приносятся в жертву - как и старейшины (вожди, достигающие преклонного возраста)...
Так вот, в Аратте, были заложены основы присущего индоевропейцам института Спасительства, снятия основного противоречия всех времён и народов - противоречия бытия-и-небытия, жизни-и-смерти. Вполне очевидно, что именно этот институт самопожертвования во имя общего блага являлся стержнем и авторитета, и власти "первобытной интеллигенции" - жрецов-правителей 'Солнцеподобной страны'.
Среди известных нам надписей Аратты единожды упоминается раб (да и то в шумероведческом понимании соответствующего иероглифа). Сей "раб плуга страны" мог быть и жрецом, обязанным починать пахоту и прочие работы сельскохозяйственного цикла - пережитки чего сохранялись, например, на Руси и в царских обязанностях времён Иоанна Грозного...
А как обстояли дела с летописью приднепровского Шу-нуна, остававшегося за пределами "трипольской" Аратты? По предположению А.Г.Кифишина, летопись продолжали жрецы " буго-днёстровского" происхождения.
II династия, заложенная будто бы более 14 тысячелетий назад патриархом А-энзу, произвела при Уту-ме-акуде в 5852 и при А-килиме в 5702 годах до н. э. какие-то реформы. В соответствии с последней, состоялось частичное переселение в Месопотамию,где был заложен город-государство Ур. Там переселенцы объединились вокруг жрецов лунного божества Сина и основали в 5662-5622 гг. до н. э. "дам Барагеси". А в 5069 г. до н. э. - при XVIII правителе А-имдугуде - в окрестностях праотчего Шу-нуна (Каменной Могилы) был основан альтернативный "дом Имдугуда"...
Эти прочитанные шумерологом А.Г.Кифишиным сведения имеют археологические соответствия - за исключением вышеуказанных дат, которые будут, по-видимому, подняты исследователями примерно на 2500 лет и приближены, таким образом, к рубежу IV-III тыс. до н. э. Более точными представляются календарные пометки 4250-4173 гг. до н. э. на ином комплексе плит (2 - 7). Названные здесь правители Му-ги, Ки-саль, Саль-туш и др. возглавляли, очевидно, роды той части буго-днестровской культуры, которая переселилась сюда в начале формирования приднепровской Аратты и слилась с местными потомками основателей ; святилища.
Переходим к рассмотрению II этапа развития "трипольской" Аратты, который начался примерно в 3600 г. до н. э. - где-то за пол тысячелетия до возникновения Шумера (и вышеописанного возникновения Ура?). На этом этапе хозяйство, быт, территория изменились немного - однако количество поселений и площади их значительно возросли; несколько племен или родов достигли Днепра выше Роси.
Итак, практически исчезли малые поселения, их площадь составляет теперь 3-40 га. Рядовая планировка сменяется концентрической с майданом-; площадью посередине. Оборонительные рвы замещаются соединёнными между ; собою домами внешнего круга. Защищались, по-видимому, не столько от ; врагов, сколько от хищников - волков, медведей и львов (которые встречались в ; Северном Причерноморье ещё и в скифское время). Дома становятся большими ; и преимущественно двухэтажными; в них обитают, по-видимому, парные ' семьи трёх поколений. В планировке поселений прослеживаются "концы", группирующиеся по ремесленно-профессиональным и, вероятно, родственным ; признакам. На алтарях нередко встречаются керамические модельки святилищ - в том числе и весьма архаического типа, восходящего к храмам малоазийского Шу-эден-на-ки-дуга. *
Из ремесел наиболее развиваются обработки камня и металла (ковка и сварка медных изделий, простейшее бронзовое литьё), а также гончарство.
Последнее всё ещё обходилось без круга, но пользовалось горном. Наряду с традиционной "кухонной" посудой распространяется расписная "парадная".
Гораздо разнообразнее становятся женские и др. статуэтки, иногда даже с портретными лицами. Хоть они почти исключительно культовые, однако позволяют судить о внешнем виде араттов.
Женщины заплетали косы, но преобладала (во всяком случае, при отправлении ритуалов) длинная прическа с прямым пробором посередине; на спине концы волос прятались в сетчатые или сплошные футляры разнообразных форм. На головах носили колпаки, грибовидные шляпы и др. На шеях монисто, гривны и подобия пекторалей; гривны иногда дополнялись лентами или подвесками. Носили рубахи разной длины и с различными вырезами, а также жилетки. Нижнее бельё представлено набедренными повязками.
Подпоясывались разнообразными поясами и перевязями - через оба или одно плечо. Лица раскрашивали, а может и татуировали. Красная и др. краски на черепах "усатовского варианта поздней трипольской культуры" отражают следы не только причёсок, но и кастовой принадлежности - аналоги
которых доныне бытуют в Индии, а до недавнего времени встречались и на Украине (казачьи "оселедци" и др.). Обувь в росписи рассматриваемых статуэток представлена сандалиями, черевиками и сапожками - нередко с меховыми отворотами.
Традиционно преобладают фигурки стоящей женщины - однако теперь уже не только Матери, но и Девы. На алтарях и в антропоморфных сосудах их нередко объединяли, как арийских Адити и Ушас или греческих Демегру и Персифону. Распространяется также образ женщины, восседающей на рогатом троне-Тельце. В.Н.Даниленко и Н.А.Чмыхов считали такие комплексы свидетельствами зарождения греческого мифа о Европе и Зевсе - но в рассматриваемой этноисторической обстановке надёжнее ограничиться соответствием индоевропейским Притхиви и Дьяусу: матери-'Земле' и 'Небу'-отцу, которые в гимнах аратто - арийской Ригведы предстают в обличьях людей или крупного рогатого скота.
Образ Притхиви-Дьяуса или т.п. зародился ещё в храмах Чатал-Гуюка и Хаджиляра, но его распространение было обусловлено, вероятно, появлением довольно специфических святилищ-обсерваторий подунайской культуры Лендель - сменившей в начале IV тыс. до н. э. предшествующую Винчу. Унаследовав круговую планировку поселений, они строились не у воды, а на удобных для календарно-астрономических наблюдений "лысых горах".
Распространившись на протяжении IV - середины II тыс. до н. э. вдоль северной, лесостепной границы тогдашнего земледелия, эти сооружения достигли британского Стоунхенджа и зауральского Аркаима - оставшись для потомков наиболее очевидным свидетельством существовавшей Аратты, высочайшего интеллекта её правителей и крепчайших общественных связей.
Письменность Кукутени - Триполья представлена "счетными фишками" (подобие наборной азбуки и арифметики, да только из керамических кубиков и т.п.), неясными пока ещё знаками на сосудах и вышеуказанными прашумерскими табличками. Упоминаемые на последних "близнецы Инанны" обнаруживаются, возможно, уже в барельефных изображениях чатал-гуюкских храмов. Можно предположить, что с распространением указанных выше святилищ-обсерваторий эти близнецы перевоплотились в Аполлона и Артемиду (в персонификацию главных созвездий зодиака и зенита, т.е. в Тельца с его Плеядами и Медведиц с их Полярной звездой) - детей Дьяуса (-Дзеуса-Зевса или Дня) и Рато (-Лато-Латону), где последняя воплощала зодиак и закон (Рита аратто-арийской Ригведы).
Если признать ошибочными расшифрованные датировки 5702-5622 гг. до н. э., указанные в летописи приднепровского Шу-нуна, то завершение рассмотренного этапа "трипольской" Аратты можно соотнести с вышеприведенными строками о возникновении шумерского Ура.
III этап охватил приблизительно 3000-2250 гг. до н.э. (от укоренения Шумера до возникновения Вавилонии). Уже в начале данного этапа центр 'Солнцеподобной страны (земледельцев)' утвердился в почти замкнутом междуречьи Буга ('Бога' ни с того ли этапа?), Соба, Роси, Синюхи - и достиг здесь максимального за всю историю Аратты развития.
В 60-х годах пилотом К.В.Шишкиным и археологом Н.М.Шмаглием были открыты грандиозные трипольские (т. е. араттские, как теперь выясняется) города площадью до 500 га. Обладая ранее сложившейся концентрической планировкой и проч., они окружались небольшими сёлами с преимущественно нерегулярной застройкой, а также святилищами-обсерваториями лендельского типа. Очевидно, что каждый такой комплекс представлял собой довольно автономный район - подобный одновременным городам-государствам уру (см. выше о возникновении Ура, а ниже - У рука) Шумера, последующим полисам Греции.ещё более поздним Па.чуни и полянам, а также "городам и весям" древней Руси.
Языковеды знают, что древнерусская весь -'вся' обжитая той или иной крестьянской общиной округа - соответствует вис(ш)ям Индии-Бхараты и соприкасается с почитаемым в ней 'Всеобъемлющим' Вишну. Наиболее известный атрибут этого бога - стопа третьего шага, с которым гигант в жертвенном пламени возносится на небеса. Такие представления хорошо согласуются и со стопообразными очертаниями наибольшего города приднепровской Арапы (у с. Тальянки Тальновского р-на Черкасской обл.), и с удивительным обычаем периодического самосожжения "городов и весей" этого древнейшего в мире, индоевропейского государства.
Данный обычай вытекал из переложной системы землепользования, несовершенства агротехники и, по-видимому, стремления жрецов-правителей 'Солнцеподобной страны' предотвратить расслабление и деградацию народа. Во всяком случае, примерно через три поколения - когда почва окрестных полей истощалась - неподалёку поднималась целина, строились новые город и села, а старые приводились в ритуальный порядок и поджигались...
Так были заложены основы учения о "дне Брахмы" -сохранившегося в Бхарате-Инпии и вспоминаемого в Рахмаиском Великдпе долины Артаплота и других районов Украины.
Ритуальные самосожжения поселении Аратты были сопряжены с обозначенным выше институтом Спаснтельства и сделали его основным инструментом государственных связей.
В дальнейшем мы будем ещё не раз возвращаться к данной проблеме. А здесь присовокупим к ней артефакт чрезвычайно далёких жреческих странствий - заложенных рассмотренной выше экспедицией жрецов-правителей малоазийской прародины индоевропейцев и прослеживаемых затем до таинственных странников Гипербореи.
Выдающийся археолог В.Н.Даниленко впервые обратил внимание на "азово-черноморскую линию развития степного энеолита" и объяснил её связями Триполья с Ближневосточными цивилизациями. Этот путь начали торить если не чатал-гуюкские, то уж во всяком случае буго-днестровские путешественники в необжитую тогда Месопотамию.
Помимо отдельных находок, захоронений и смешанных пограничных культур, на Чонгарском полуострове (в преддверии Крыма) было обнаружено небольшое зимовье араттской экспедиции (отправившейся на Восток?). С другой стороны, в районе Каменной Могилы (у с.Надеждино) и даже в междуречьи Днепра-Ингульца (в пос. Большая Александровка) обнаружены шумерские захоронения с надписью и зодиакальным изображением; в последнем случае - в паре с араттским захоронением.
Надписи приднепровского Шу-нуна (Каменной Могилы) свидетельствуют, что в 2782 г. до н. на ней побывала делегация из одноименного шумерского города на севере Месопотамии - и сняла копии с вышеупомянутых надписей на плитах 2-7 для своей едва ли не древнейшей в Шумере библиотеки. По авторитетному мнению А.Г.Кифишина, именно в данной связи мог сложиться известный шумерологам цикл из пяти поэм "Тайного Святилища", где праматерь Инанна и бог-воитель Нингирсу (один из сыновей бога-творца Энлиля) хранили 7 древнейших в мире кудурру - храмовых подобий так называемых чу ринг (священных, чаще всего каменных продолговатых предметов). Кифишин считает, что их-то и нашёл Даниленко в каменномогильском "Гроте чуринг", восходящем к XII тыс. до н. э.; они были изукрашены как изображениями мамонтов и т.п., так и шумерскими письменами.
2535 годом до н. э. завершается летопись потомков упоминавшегося выше каменномогильского "дома ИмдугудсГ, который перед этим 10 лет воевал(?) с родственным месопотамским "'домом Барагеси".
В 2530 г. до н. э. новая шумерская делегация оставила многочисленные надписи на плитах 1 и 52/А, а также обновила некоторые из старых. Среди них значится "владыка Эшнуна" -города, который именно с этого года 30 лет вместе с Уром, Уруком, Лагашем воевал против Киша.
В 2517 г. до н. э. случилось последнее, быть может, посещение, во время которого на плите 7 была оставлена надпись: "Шара, владыка Страны (Шумера) и Семи" (кудуру Шу-нуна?). Шарой именовался один из лунных богов, нижняя часть которого была смертной - людскою. Вероятно, эта делегация не только почтила пращурское святилище, но и оставила жертвенное захоронение у Надеждино (см. выцге): Оно содержало кости ног и таза взрослого человека и было перекрыто каменномогильской плитой с шумерской надписью "Шара".
Конец заключительного этапа "три польской" Аратты отмечен несколькими знаменательными, взаимосвязанными событиями внутреннего и внешнего порядка. Прежде всего, сказались геокосмические причины, сопряжённые с известным историкам Огигосовым потопом конца III тыс. до н. э. К этому времени Аратта уже имела на черноморском побережьи (в районе между современными сёлами Усатово и Маяки на Одесщине) свой южный форпост.
Особенности его металлургии неоспоримо свидетельствуют о развитых связях с малоазийской прародиной -которые осуществлялись, несомненно, преимущественно водным путём. Вследствие этого сухопутный путь захирел. Стали угасать и традиции матриархата: усатовско-маяцкие статуэтки преимущественно мужские, фаллические.
Исчезают города с населением в 10-40 тысяч человек, распадаются полисы. Часть населения уходит на север, в озерно-лесные низовья правобережной Припяти и левобережной Десны - притоков Днепра. Образованные этими переселенцами культуры связываются исследователями с началом этногенеза славян. Южная же часть населения - до вероятного морского переселения в район малоазийской Троады - всё теснее сосуществует с арийскими племенами ямной археологической культуры. Последнее обстоятельство отчетливо отразилось в антропологии останков из кладбищ и курганов возле Усатово и Маяков.
Внимание исследователей всё более привлекает подобие исторических процессов, которые протекали в позднем Триполье (приднепровской Apaттe) и месопотамском Шумере. Одновременно возникли и расцвели города, одновременно унифицировались, а затем пришли в упадок культуры; воцарение а Шумере семитской династии Аккада совпало с трансформацией Триполья в иные культуры.
Открытия археолога Ю.А.Шилова и языковеда А.Г.Кифишина позволяют вскрыть неведомые ранее археологам механизмы этнокультурных связей -приводившихся в действие не столь "миграциями народных масс", сколь тончайшими связями и резонами интеллектуальных элит различных народов.
Выше затрагивались вопросы о противоречиях между воцарившимися в Приднепровье "трипольцами" и частично переселившимися в Месопотамию "буго-днестровцами", между местным "домом Имдугуда" и ставшим шумерским "домом Барагеси" - и других противоречиях, не прервавших, однако, дружественных обменов делегациями... Они были прерваны отмеченным выше воцарением Аккадской династии, поведшей экспансию (известными историкам походами владык Саргона и Нарамсина) в направлениях как Малой Азии, так и Северной Месопотамии. Ю.А.Шилову и В.А.Сафронову удалось проследить, что в XXIII в. до н. э. арийско-хурритский союз племён Днепро-Кубанского междуречья принял активное участие в отпоре этой агрессии. Конец северомесопотамского похода союзников маркируется появлением в окрестностях Каменной Могилы и дальше к Днепру сосудов местного изготовления, но украшенных центральным эпизодом из шумеро-аккадской "Поэмы о Гильгамеше".
Подкурганные материалы у сёл Любимовка и Софиевка (возле Каховки) свидетельствуют об участии в этом движении людей из причерноморской части Аратты. Однако следы эти указывают на незначительность сыгранной роли. По-видимому, потому, что как раз в это время резко сворачивается "усатовский вариант позднетрипольской культуры" - и, вероятно, переселяется морским путём в Малую Азию. Приняли ли там переселенцы участие в отпоре против аккадской экспансии - ученым пока неизвестно.
Итак, налицо несомненные политические противоречия между поднепровской Араттой и месопотамским Шумером, особое их обострение с приходом к власти в последнем семитской династии Аккада. В плане военного и даже торгового (малоазийский экспорт металла и проч.) противостояния указанные противоречия не могли сыграть существенной роли в судьбах столь отдалённых, хотя и взаимосвязанных праиндоенвропейской историей стран.
Куда серьёзнее было идейно-социальное противостояние присущих им, соответственно, общинной и рабовладельческой (первобытнокоммупистической и раннеклассовой) государственных систем. Аратта с её переложным земледелием и обилием плодородных целинных земель ещё могла снимать свои накапливавшиеся противоречия традиционным способом - расселением и переселением; Шумер же, связанный создаваемой поколениями мелиорацией, " вынужден был загонять свои противоречия в их порождающее общество -- и " предотвращать постоянную угрозу взрыва ужесточением госаппарата (вот где - история впервые начинает развиваться в соответствии с марксистским пониманием законов истории!)... Однако и в благодатном Дунайско-Днепровском междуречьи к концу III тыс. до н. э. стал назревать демографический взрыв, усугубленный вышеотмеченными Огигосовым потопом и сопутствующими эко-климатическими изменениями, а также резко возросшей активностью и миграциями арийских племен.
Вполне вероятно, что в таких кот условиях жрецы-правители Аратты увидели оптимальное будущее для своего народа в том, чтобы вновь расселиться и возвратиться из губительного "следования шумерским путём" к догосуднрствеппым традициям прапоров (в частности, "буго-днестровцев"' и "сурско-дпепронцеи" ). - что успешнее всего воплотилось в судьбах северной части Арапы (см. выше). Южные же её переселенцы в Троаду в большей мере сохранили уровень араттской цивилизации.
Впрочем, ни те ни другие не отреклись от своих этнокультурных связей и государственных традиций - на что будет многократно указываться ниже при рассмотрениях наследников 'Солнцеподобной' Аратты: ''Солнечных' же малоазийского Илиона и приднепровского Гелона, потомки которых хранили или же воссоздавали в Европе то Артану, то Арсанию с Артой, то Артаплот...
А сейчас перейдём к рассмотрению древнейшего и наиболее близкого к Шумеро-Аккаду форпоста тогдашней Аратты.
3. Северомесопотамская Аратта
Вышеочерченные противоречия (пра)индоевропейской Аратты с семитизированным Шумеро-Аккадом - не только научный вывод, но и исторический факт, письменно засвидетельствованный поэмой "Энмеркар и верховный жрец Аратты". Правда, повествуется в ней не о вышерассмотренных подунайской, а затем поднепровской Араттах, - а об иранской Аратте, которую М.Ю.Видейко отождествляет с неплохо исследованным городищем Шахри-Сотхе в низовьях р.Хильмунд.
Если это действительно так, то возникновение данного форпоста на рубеже IV-III тыс. до н. э. и его тяготение к культурам Южной Туркмении не позволяют связывать его с описанными выше переселениями племен буго-днестровской и трипольской культур. Намного вероятней другое: участие в создании этой Аратты жреческих кланов, странствовавших "азово-черноморской линией" (по В.Н.Даниленко, Ю.А.Шилову, В.А.Сафронову, А.Г.Кифишину и др.) между Поднепровьем и Месопотамией, разведывая одновременно и путь грядущего переселения араттов и ариев в Индию... Такое предположение подтверждается находкой в древнейшем слое Шахри-Сотхе печати из Джемдет-Насра - древнейшего же шумерского города Шу-нуна, родственного приднепровскому Шу-нуну. Тем более, что в рассматриваемой поэме немалое внимание уделено изрядно призабытым уже
Поэма "Энмеркар и верховный жрец Аратты"
Поэма "Энмеркар и верховный жрец Аратты" записана на нескольких более-менее уцелевших глиняных табличках-и состоит-из 36 разделов... Энмеркар - имя верховного жреца шумерского города-государства Урука, главный храм которого является "домом Энлиля". Аратту же и её главный храм основала Инанна, а опекает её возлюбленный Думузи. (Вспомним, что все эти три и много иных божеств впервые засвидетельствованы ещё в доиндоевропейской части вышеуказанной летописи Каменной Могилы.) Сообщается также, что выходцы из Аратты основали Урук,- однако его жрец-правитель добивается теперь отвращения Инанны от метрополии и подчинения её Уруку.
В знак покорности жители Аратты должны предоставить для реконструкции его храмов металлы, каменья, строительные материалы, а также ремесленников; за невыполнение угрожается разрушением городу, рабством населению, убийством главному жрецу. Тот на угрозы ответствует так:


Я - верховный жрец, назначенный чистой рукою (Инанны).
Скипетр небесного царя (Any), апидычици асе.чепной,
"Иннин " всех законов, светлая Инанна
в Аратту, страну чистых обрядов воистину меня привела,
в горах пред нею поставила словно врата, -
то как же Аратта может покориться Уруку?
..................................................
Гора (-Аратта) - это герой, напитанный мудростью,
она подобна вечерней заре, идущей к родимому дому
и прогоняющей мрак пред своим (лучезарным) лицом.
Она подобна луне, вздымающейся на небеса,
лик которой блеском исполнен.
Она подобна деревьям, окружающим горы.
(Снова-таки, обратим внимание на совпадения "чистой руки" богини с "Рукою владычицы", как издревле именовали Каменную Могилу аратты, пра- и -шумеры; в обоих случаях "руки" сопряжены с "законом".)
Внявшая увещеваниям Энмеркара, Инанна отвернулась было от Аратты и перестала её защищать... Гонец несколько раз носил грозные приказы из Урука в Аратту, а обратно - неопределённые ответы. Приказы, помимо требований и угроз, включали магические загадки и напоминания о тех временах, когда не только Шумер и прочие страны (не дунайско-днепровская ли Аратта, прародина Энлиля, Инанны и др.?), а "всё благочестивое человечество, вся вселенная общим наречием искренне восхваляли Энлиля", чей храм теперь - главный в Уруке.
Ответы тоже аппелируют к исторической истине (см. цитату) и сетуют на то, что нынче "Аратта подобна отаре, которая разбрелась; пути её -враждебная (араттам) земля"; взамен дани, которую вымагает Энмеркар, его коллега-антипод молит прислать зерна своим страждущим от засухи соотечественникам. Не сразу, однако же удовлетворяется эта мольба. (Для понимания этноисторической принадлежности Аратты немаловажно то обстоятельство, что зерно из Урука привозят ослами, а дань аратты собираются отправлять лошадьми - впервые прирученными арийскими племенами каспийско-черноморских степей.) А пока благодарные горожане собирают в ответ караван, нетерпеливый Энмеркар вновь присылает гонца - с новой головоломкой о скипетре, который надлежит принести в храм Энлиля. На это верховный жрец Аратты отвечает достойной загадкой. Такое дипломатическое общение вскоре настолько запутывается, что несчастный гонец уже не в состоянии запоминать поручения. Вот тогда-то Энмеркар будто бы изобретает письмо - которое его "неграмотный" коллега из Аратты без затруднений прочитывает. А пока обдумывает очередной ответ - Инанна, смилосердясь к родному городу, поливает его поля долгожданным дождём.
Теперь Аратта спасена от жажды и голода, защищена разливами рек! К тому же богиня устраивает здесь праздник в честь воскресающего Думузи... Ввиду таких неблагоприятных для себя перемен, Энмеркар решает закончить спор миром - и отправляет в Аратту новую партию зерна, а также скот на предстоящее празднество. В ответ на это аратты посылают-таки дары для храмов Урука...
Конец поэмы почти не сохранился, но всё же понятно, что некто на празднике поучает Энмеркара: дела следует улаживать не войною, а миром.
Как видим, основная идея поэмы не утратила свою актуальность поныне. Тем более что симпатии автора - на стороне миролюбивой Аратты...
В заключение укажем на то, что главный герой упомянутой выше "Поэмы о Гильгамеше" выводил свой род из Аратты и был пятым в династии, правившей Уруком в начале III тыс. до н. э. Возможно, что не без этого обстоятельства Поднепровье вспомнило о Гильгамеше в трудные годы конфронтации с Шумеро-Аккадом...
Вспомним еще и еще раз о том, что на Руси традиция Арты-Арсании просуществовала до татаро-монгольских времён, что Артаплот (река на Полтавщине) и поныне струится на Украине.
В Иране память об Арте (возможно, о рассмотренной в данном разделе; но не от иранцев ли арабские купцы-путешественники узнали о русской, приднепровской Арсании?) доныне остаётся синонимом Золотого века и Высшего миропорядка. А индусы именуют свою страну Бхаратой - "Божественной Аратой"; есть там и провинция Арата... С индо-иранской традицией согласуется то, что государственный строй пра-, а затем индоевропейской Аратты был общинным, то есть доклассовым или первобытно-безклассовым.